ЭпохА/теремок/БерлогА

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЭпохА/теремок/БерлогА » ЭпохА - Библиотечка » Интересные рецензии на интересные книги


Интересные рецензии на интересные книги

Сообщений 111 страница 120 из 185

111

Из России с любовью: постсоветский дебют Эллиот Холт
("The Observer", Великобритания)
Джесси Баррон (Jesse Barron)

http://beta.inosmi.ru/images/20960/01/209600111.jpg
Существует некая разновидность детской дружбы, которая, по сути, становится первой любовью. Не всем доводится ее испытать, но если у вас был такой опыт, то вы обязательно узнаете те взаимоотношения, которые легли в основу дебютной книги Эллиот Холт (Elliott Holt)
– литературного триллера об утрате первого человека, который вас по-настоящему узнал.
Действие романа «You Are One of Them» («Ты один из них») происходит в Москве 1996 года, куда Сара Цукерман (Sarah Zuckerman) приезжает, чтобы разобраться в обстоятельствах смерти своей лучшей подруги, погибшей 10 лет назад в авиакатастрофе.
Расследование Сары быстро превращается в повесть о взрослении, очень напоминающую историю о том, как поиски сестры Фиби О’Коннор (Phoebe O’Connor) в романе Дженнифер Эган (Jennifer Egan) под названием «The Invisible Circus» («Невидимый цирк») перерастают в поиски ее собственной зрелости. Неважно, что мы говорим о целях наших поисков, потому что, как правило, мы ищем самих себя.

Лучшая подруга Сары была обаятельной и назойливой идеалисткой под имени Дженни Джонс (Jenny Jones), и с самого начала стоит сказать, что обстоятельства ее смерти оказались настолько приторно неправдоподобными, что они могли быть основаны только на реальных фактах – и это действительно так.
В 1983 году красивая 11-летняя девочка по имени Саманта Смит (Samantha Smith) написала президенту Советского Союза Юрию Андропову письмо, в котором спрашивала его, почему он хотел «завоевать мир и уничтожить нашу страну».
Увидев в этом хорошую возможность для саморекламы, Андропов опубликовал в газете «Правда» ответ на письмо девочки, в котором он пригласил г-жу Смит посетить СССР. Этому эпизоду была посвящена целая программа на телевидении, визит Саманты в СССР освещало издание Times, а позже о нем была написана книга.

Однако у этой истории печальный конец: спустя три года после своей поездки в СССР г-жа Смит погибла в результате крушения самолета у берегов штата Мэн.
Это событие многим кажется в лучшем случае незначительным – как рекламная пауза между эпизодами истории. К моменту своей гибели г-жа Смит уже приобрела репутацию молодой Рейчел Кори (Rachel Corrie), наивной и чрезвычайно привилегированной особы с хорошими намерениями, но без какой-либо четкой цели.

Г-жа Холт изменила имя Саманты на Дженни Джонс, сохранив при этом остальные детали этой истории. Довольно странное решение – поставить всем известный рассказ в центр политизированного романа, кроме того письмо Дженни, полный текст которого стал эпилогом книги, настолько слабое, что на него не стоило тратить целую страницу:
«Мама говорит, что после взрыва ядерной бомбы все потемнеет. Она говорит, что солнца больше не будет, поэтому вокруг станет темно и холодно. Она говорит, что везде будет лежать пепел, и весь мир станет серым. Цвета исчезнут. Все погибнет».

Фу! Это можно назвать словесным эквивалентом ванны с растворенным в воде искусственным заменителем сахара, поэтому у г-жи Холт не было ни единой причины включать это письмо в свою книгу.
Но, как это ни странно, она это сделала. Интуитивно чувствуя связь между тоном письма Дженни и языком пропаганды и западной рекламы, г-жа Холт соединяет своего рода фальшивый американский оптимизм с жалкой капиталистической структурой постсоветской Москвы. Мы не обязаны симпатизировать Дженни. Мы должны увидеть, как Сара перерастает Дженни в самой себе.

В самом начале романа Сара – это скромная студентка, заканчивающая колледж, которая вынашивает подозрения, касающиеся крушения самолета.
Действительно ли это был несчастный случай? Есть ли в теориях заговора с участием агентов КГБ доля правды?
Вскоре она получает письмо из Москвы: «Я могу многое рассказать о Дженнифер, - пишет ей женщина по имени Светлана. – Пожалуйста, ответьте мне».
От таких предложений не отказываются. И после этого мы начинаем следить за событиями, происходящими с Сарой в Москве, периодически вспоминая о том, что нас должны интересовать (и нас они действительно интересовали) подробности гибели Дженни.

Роман «You Are One of Them» вызывает гораздо больше интереса, чем его малохудожественный исходный материал, отчасти потому, что г-жа Холт решила раскрыть процесс формирования личности Сары через призму поисков полноценного языка, попыток избавиться от клише, в плену которых оказалась Дженни.
«Себя всегда можно перестроить в соответствии с иным языком, - говорит Сара, которая действительно в это верит. – Прежде мне не приходило в голову, что где-то в мире люди вкладывают в слова совершенно иной смысл».
Ей необходимы новые открытия, она хочет избавиться от застенчивости и невидимости, которые преследовали ее у нее на родине. Она мечтает о том, что новые слова, возможно, сделают из нее нового человека.

Г-жа Холт наделяет Сару хорошим чутьем в области синтаксиса русского языка, идиоматических оборотов и забавных ошибок при переводе – эти детали приносят читателям истинное удовольствие. Сара сообщает, что русские называют своих американских подруг «словарями под подушкой», что они произносят «Голливуд» через «г», что восклицание «Боже мой!» несет в себе некую боль, которую невозможно перевести на другой язык. Сара чувствует, что в России она может обрести новую, уверенную себя, и вопрос «Каким человеком я хочу стать?» волнует ее гораздо меньше, чем вопрос «Как я хочу говорить?» Когда она записывается на курсы русского языка, мы понимаем, почему.

Между тем, Светлана, автор загадочного приглашения в Москву, преследует противоположную цель: она использует язык неискренне, с целью извлечь какую-то выгоду, а именно ради рекламы.
Она пишет слоганы, которые должны соблазнять россиян удовольствиями западного капитализма. Lucky Strikes – это «американская мечта», как говорит она Саре. «США – это бренд».
Ее коллеги повторяют слоганы Pepsi и составляют списки американских компаний по времени их появления в России.
Нельзя бороться с «американской мечтой» без того, чтобы вспомнить о Дженни, которая до абсурда в нее верила.

Читатели могут подумать, что Дженни, вероятно, была некой статьей экспорта, как газировка или сигареты.
Очевидно, Сара это тоже понимает: сразу после сцены с Lucky Strike она начинает гораздо больше времени проводить с экспатриантами, отвлекается от своих поисков, встречается с парнем и узнает правду.

Ирония состоит в том, что этот роман, такой творческий в смысле языка, оказался весьма посредственным в смысле своего стиля.
Г-жа Холт часто прибегает к стилю, который можно назвать «приятным чтивом», вполне сносным, но при этом чрезмерно благопристойным.

Улицы в пригороде «засажены дубами», одиночество «метастазирует», разозлившиеся люди «выпаливают» слова, снег и свет «смягчают» пейзаж, свет «струится» с вечернего неба, ньюйоркцы «быстры и непоколебимы», постоянно возникает образ «калейдоскопа», люди описывают старые фотографии, а в персонажах всегда можно найти приятные черты характера.

Она всегда предугадывает вопросы читателей: там, где мы должны задуматься о том, что случилось с Дженни, г-жа Холт заставляет Сару спросить себя: «Где она была? Как она могла пропасть без следа?».
Однако, как однажды ответила мать Саманты Смит критикам ее дочери, «вы способны найти плохое даже в куске хорошего пирога».

Оригинал публикации: From Russia With Love: Elliott Holt’s Post-Soviet Coming-of-Age Debut  http://observer.com/2013/05/from-russia … age-debut/
перевод: http://www.inosmi.ru/world/20130602/209 … z2V5W2YCjX

0

112

Он молит Бога за нас

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/062013/87e11d535b4391a66a19670a1aea9ef41fedefc0.jpg

Стяжи дух мирен. Наставления прп. Серафима Саровского.
– М.: Никея, 2013. – 320 с.

Преподобный Серафим Саровский был канонизирован Русской православной церковью 110 лет назад.
Прославление состоялось по инициативе царя Николая II, лично присутствовавшего вместе с августейшей семьёй на всенародных торжествах по поводу этого знаменательного и радостного для великого множества его современников события.

С тех пор слава батюшки Серафима не только не померкла, но напротив, пройдя испытания многими десятилетиями государственного атеизма, окрепла и преумножилась.

Ныне Серафим Саровский – один из двух самых почитаемых святых (вместе с прп. Сергием Радонежским) русского православного мира.
По всей России ему посвящены более двух сотен православных храмов. К сакральным местам, связанным с именем великого старца, круглый год устремляются многочисленные группы паломников и просто экскурсантов. И их поток с годами только увеличивается.

Представляемая книга, возможно, будет непроста для понимания людей, далёких от христианской веры.
Адекватное постижение глубинного смысла незамысловатых, казалось бы, поучений преподобного Серафима сопряжено, как правило, с очень серьёзным духовно-философским осмыслением.

В качестве верного путеводителя по этой в какой-то мере эксклюзивной тематике не мешало бы для начала использовать жития Серафима Саровского.
Или, как минимум, качественные описания его уникальной биографии в светских развёрнутых текстах.

Тогда будет несколько проще вникнуть в суть откровений Серафима, записанных когда-то его учеником Н. А. Мотовиловым. К примеру, таких:
«Пост, молитва, бдение и всякие другие дела христианские, сколько ни хороши сами по себе, однако не в делании лишь только их состоит цель нашей жизни христианской, хотя они и служат средствами для достижения её. Истинная цель жизни нашей христианской есть стяжание Духа Святого Божьего.
Пост же, бдение, молитва, милостыня и всякое Христа ради делаемое добро суть средства для стяжания Святого Духа Божьего.
Заметьте, что лишь только ради Христа делаемое доброе дело приносит нам плоды Духа Святого, всё же не ради Христа делаемое, хотя и доброе, мзды в жизни будущего века нам не предоставляет, да и в здешней жизни благодати Божьей тоже не даёт.
Вот почему Господь наш Иисус Христос сказал: всяк, иже не собирает со Мной, тот расточает…».

Приведённая цитата является в какой-то мере квинтэссенцией Серафимова учения.

В полном, насколько это возможно, объёме оно представлено в данной книге.

http://file-rf.ru/knigochei/105

***

В контексте поста,в разделе  Теремок темы:
Русская История
Русский Дом
Русская книга
Православие на Руси

0

113

Настоящая Америка – взгляд изнутри

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/062013/bb807d0f9a097893b0551f36da3c5353253f627a.jpg

Уильям Блум
Убийство демократии: операции ЦРУ и Пентагона в период холодной войны. – М.: Кучково поле, 2013. – 615 с.

Выход этой книги в России стал весьма заметным событием, освещённым целым рядом общефедеральных СМИ.
На её презентации в гостинице «Националь» выступали такие статусные персоны, как послы Сирии и Ирана, временный поверенный в делах Венесуэлы, российские и зарубежные эксперты.
На время мероприятия был установлен видеомост с Вашингтоном, из которого с гостями презентации общался автор книги Уильям Блум.

На вопрос из Москвы, пытались ли американские власти как-то «наказать» его за подобный «антиамериканизм», детальное, скрупулёзное разоблачение подлинной сущности проводимой США внешней политики, автор «Убийства демократии…» ответил примерно следующее:
в Америке все официальные лица и сотрудники средств массовой информации подобных книг просто-напросто «не замечают». Их для политического класса этой страны «не существует».

У нас же замечательная работа Уильяма Блума стала доступна читателям стараниями Вероники Крашенинниковой, генерального директора Института внешнеполитических исследований и инициатив, члена Общественной палаты РФ.

Сама Вероника Юрьевна в недавнем интервью нашей интернет-газете охарактеризовала эту новинку (для массового русскоговорящего читателя) так:
«Это одна из самых ценных книг, которые мне довелось прочитать.
В этой книге приведён очень чёткий исторический анализ 56 открытых и тайных вмешательств США в годы «холодной войны».
Если нужно прочитать только одну книгу по реальной внешней политике США – это она и есть».

Описанные в книге события, связанные с беспардонным вмешательством Америки в дела многих государств, свержением в них законных режимов и другими антидемократическими действиями США по всему миру, относятся в основном к периоду до 1994 года.

«Убийство демократии», – читаем в издательском предисловии, – доказывает, что Соединённые Штаты, вопреки их риторике и общепринятому мнению, занимались отнюдь не продвижением демократии.
Наоборот, в одном государстве за другим, методично и безжалостно, напрямую и руками наёмников, США уничтожали неугодные им мнения, движения, партии, людей, чтобы привести к власти своих ставленников, готовых обслуживать американские интересы.
Ни одно государство, которое в ХХ веке попыталось взять независимый курс и провести прогрессивные реформы в интересах своего народа, не избежало безжалостного американского вмешательства.
Уильям Блум приводит неумолимую статистику:
с 1945 по 2003 год Соединённые Штаты пытались свергнуть правительства более чем в 40 государствах, подавили более 30 народно-патриотических движений, боровшихся против диктаторских режимов, нанесли бомбовые удары по 25 странам;
в результате погибло нескольких миллионов человек, и ещё миллионы были обречены жить в агонии и отчаянии».

Свои исследования, касающиеся агрессивной экспансии Америки в разных регионах планеты, Уильям Блум не прекратил и по сей день.
Надо полагать, перевод на русский язык других его работ – дело ближайшего будущего.

http://file-rf.ru/knigochei/103

**********

В контексте поста,в разделе  Война против России темы:
Холодная
Информационная
Дезинформационая
НАТО  vs  Россия

А в разделе  Политика - грязное дело?  тема Гудбай Америка 3

0

114

Строитель МХАТа

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/062013/4b2888ee3150cc7da80f8a82a2927276adf4bf95.jpg

Анна Федорец
Савва Морозов. – М.: Молодая гвардия, 2013. – 350 с.

Анна Федорец принадлежит немногочисленной генерации молодых российских историков-интеллектуалов, «родившихся в эпоху перемен» и практически полностью свободных от штампов, стереотипов прежней социально-политической системы.
Это очевидно способствует максимальной полноте раскрытия той или иной исторической темы.

Тему жизни, пожалуй, самого знаменитого нашего купца-мецената Саввы Морозова Анна раскрыла очень хорошо, – что, впрочем, подтверждается и фактом выхода её новой книги в самой известной «молодогвардейской» серии.

Федорец весьма успешно специализируется на тематике, связанной с русским меценатством (преимущественно московским) дореволюционной поры.

Её популярные монографии, посвящённые П. Третьякову, С. Мамонтову, С. Перлову, освещают очень важный пласт отечественной истории,
– то, чему в советские годы уделялось крайне скудное внимание, а сегодня зачастую подаётся поверхностно и схематично.

Её герои предстают перед читателями не какими-то журденами, фанфаронами, стремившимися посредством приобщения к искусствам создать себе, как сейчас говорят, благоприятный имидж. Они, купцы-меценаты, были тонкими ценителями этих искусств.
Более того, их уникальный практический опыт, смекалка и предприимчивость плюс знание общественной жизни во всех её проявлениях позволяли им развивать отечественную культуру не только финансово, но и предметно, «точечно».

Тот же Савва Морозов, создавший вместе со Станиславским и Немировичем-Данченко Московский художественный театр, на первом этапе его деятельности принимал живейшее участие в обсуждении репертуара, лично занимался вопросами архитектуры и внутреннего обустройства, передовых технологий и декораций.
И даже в качестве простого рабочего (инженера, химика) вложил немало труда в дело строительства нового здания театра, установку оборудования и т. д.

Все эти замечательные качества известнейшего русского купца и особенности их применения в книге Анны Федорец описаны очень подробно, обстоятельно.

Рассказано, конечно же, и обо всех известных (местами – доселе малоизвестных) этапах жизненного пути Саввы Тимофеевича Морозова.
Этот путь был относительно коротким, но чрезвычайно насыщенным, исполненным огромной пользы для России.

http://file-rf.ru/knigochei/108

*********

В контексте статьи,в разделе  Теремок  темы:
Русская книга
Русская История

0

115

Екатерина предпочитала мокко

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/062013/2f1d8b80da24901578ee4233499eef813475513b.jpg

Занимательные истории из жизни Русских Государей и замечательных людей. В 2-х томах.
– М: Русский издательский центр, 2013. – 560 с.

Жанр исторического анекдота в дореволюционной России был весьма популярен.
Понятно, что литераторы, работавшие в этом жанре и описывавшие случаи из жизни монарших особ российского императорского дома, старались чаще всего внушить читательской аудитории уважение к героям анекдотов.
Однако какого-то сугубого авторского подобострастия, верноподданнического «пресмыкания» в подобном изложении биографических историй, как правило, не просматривается.

Потому читаются они с интересом и несут в себе немалую пользу в плане изучения истории Отечества.

«Занимательные истории из жизни Русских Государей и замечательных людей» представлены в двух томах.
Первый из них посвящён периодам правления Петра I, Екатерины II и Павла I.
Второй охватывает почти весь XIX век, вплоть до царствования Николая II.

Читатели, прежде не листавшие подобных изданий, узнают много нового и в какой-то мере необычного.
Причём это касается не только государей и взаимоотношений оных с подданными, но и иных фактов биографий огромного числа их современников – придворных, военачальников, учёных, писателей и многих других.

Тематика анекдотов-историй самая обширнейшая: войны и межгосударственные союзы, карьерные взлёты и падения, дворцовые заговоры и обстоятельства легитимного престолонаследия, культура и градостроительство, любовь и ненависть, дружба и вражда, героизм и малодушие…

Некоторые из представленных анекдотов широко известны благодаря маститым историкам и литераторам, с другими большинству читателей доведётся ознакомиться впервые. Например, с историей, которая будет весьма небезынтересна современным кофеманам:

«В январе месяце 1775 года весь двор прибыл в Москву по случаю предполагаемого мирного торжества с турками. В самое короткое время в прошедшем году выстроено было огромное из брусьев деревянное здание, соединяющее дом князя Голицына со многими другими.
Кабинет императрицы помещён возле парадных комнат на большую улицу и по вышине был очень холоден. Несмотря на сие она всегда очень продолжительно занималась делами. Однажды заметила, что секретари её Григорий Николаевич Теплов и Сергей Матвеевич Кузьмин очень прозябли, для сего приказала подать им кофию, какой всегда сама употребляла.
(Екатерина чай употребляла только в болезненном состоянии, а кофий ей подавали самый крепкий, называемый мокка; его ровно фунт варили в вызолоченном кофейнике, из которого выливалось только две чашки, чрезмерная крепость умерялась большим количеством сливок).
Когда помянутые секретари по чашке оного выпили, то от непривычки почувствовали сильный жар, биение сердца и дрожание в руках и ногах, отчего приведены были в робость. А императрица, расхохотавшись, сказала: «Теперь знаю средство согревать вас от стужи».

Двухтомник станет хорошим подарком для всякого толкового книгочея.

И, естественно, качественно усилит любую книжную экспозицию, посвящённую 400-летию Дома Романовых.

http://file-rf.ru/knigochei/109



***


Первый идеолог

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/062013/fd405a9a6949dae78c5b6eeed0f7001aaf26abcc.jpg

Николай Овчинников
Вдохновитель побед русского оружия. – М.: Луч. – 288 с.

Сила, жизнестойкость государственной идеологии наиболее наглядно проявляется в периоды тяжелейших испытаний для страны.
Одним из таких испытаний стало для России двести лет назад наполеоновское нашествие.
О том, как действовала в это время идеология патриотизма, любви к Отечеству, все мы знаем из русской классики (Толстой, Пушкин, Лермонтов и т.д.) и школьной программы по истории.

Однако едва ли многие наши сограждане-неспециалисты в курсе того, кто в 1812 году в основном формулировал идеологические принципы и лозунги, писал патриотические манифесты, вдохновляя народ на героическую борьбу с интервентами.

Эта книга рассказывает о главном российском идеологе указанного периода, адмирале А. С. Шишкове, получившем в апреле 1812-го от Александра I назначение на пост государственного секретаря.

Именно ему некогда посвятил Пушкин свои возвышенные строки: «Сей старец дорог нам: он блещет средь народа, священной памятью двенадцатого года».

Александр Семёнович Шишков был министром народного просвещения с 1824-го по 1828 год, президентом Российской Академии с 1813 года и до самой смерти (1841), замечательным учёным-филологом, историком, непосредственным участником известных морских сражений.
И, конечно, автором знаменитых июльских «Воззвания к Москве» и «Манифеста о всеобщем ополчении» (от лица императора, разумеется).
Последний звучал так:

«Неприятель вступил в пределы наши и продолжает нести оружие своё внутрь России, надеясь силою и соблазнами потрясти спокойствие Великой сей Державы.
Он положил в уме своём злобное намерение разрушить славу Её и благоденствие.
С лукавством в сердце и лестью в устах несёт он вечные для неё цепи и оковы.
Мы, призвав на помощь Бога, поставляем в преграду ему войска Наши, кипящие мужеством попрать, опрокинуть его, и то, что останется не истреблённого, согнать с лица земли Нашей…

Не можем и не должны скрывать от верных Наших подданных, что собранные им разнодержавные силы велики, и что отважность его требует неусыпного против неё бодрствования.
Сего ради при всей твёрдой надежде на храброе Наше воинство полагаем Мы за необходимо нужное собрать внутри Государства новые силы, которые, нанося новый ужас врагу, составляли бы вторую ограду в подкрепление первой и в защиту домов, жён и детей каждого и всех.

Мы уже воззвали к первопрестольному Граду нашему Москве, а ныне взываем ко всем Нашим верноподданным, ко всем сословиям и состояниям духовным и мирским, приглашая их вместе с Нами единодушным и общим восстанием содействовать противу всех вражеских замыслов и покушений.
Да найдёт он на каждом шагу верных сынов России, поражающих его всеми средствами и силами, не внимая никаким его лукавствам и обманам.
Да встретит он в каждом дворянине Пожарского, в каждом духовном – Палицына, в каждом гражданине – Минина…».

А. С. Шишков, безусловно, один из достойнейших наших исторических деятелей.
И книга о нём не будет лишней ни в какой хорошей российской библиотеке – общественной или частной.

http://file-rf.ru/knigochei/111

****************

В контексте поста,в разделе  Теремок темы:
Русская книга
Русская История
Россия в "Круге Годовом"

0

116

Второе пришествие Джорджа Оруэлла

http://m.ruvr.ru/2012/04/09/1303112320/4156564564645456.jpg.1000x297x1.jpg
Эрик Артур Блэр (Джордж Оруэлл) английский писатель и публицист © Фото: ru.wikipedia.org

Книги Эрика Артура Блэра, писавшего под псевдонимом Джордж Оруэлл, побили все рекорды продаж.
На американском интернет-рынке рост - на тысячи процентов. В век информационных технологий мрачное пророчество писателя приобретает особую актуальность

Возможно, о 110-й годовщине Эрика Артура Блэра, родившегося 25 июня 1903 года в Мотихари в семье сотрудника Опиумного департамента британской колониальной администрации Индии, никто бы не вспомнил, если бы его книги, подписанные псевдонимом – Джордж Оруэлл, аккурат накануне весьма относительного юбилея не побили бы все рекорды продаж. На американском интернет-рынке оруэлловский бум – речь идет о росте на тысячи процентов.     

А все потому, что американцам стало интересно, как это так вышло, что некий британец, в сущности, лузер и несчастный, неприкаянный человек, так точно предсказал будущее: то, каким оно будет в эпоху новейших информационных технологий, хотя при его жизни и компьютеров-то не было.
Оруэлл умер от болезни бедняков – туберкулеза – в 1950 году.

Жизнь он прожил короткую, яркую, но не слишком счастливую.
Обучался в школе Св. Киприана, в 1917 году получил именную стипендию и до 1921 года посещал итонский колледж.
С 1922 по 1927 год служил в колониальной полиции в Бирме, затем долго жил в Великобритании и Европе, существуя на случайные заработки.
Тогда же начал писать художественную прозу и публицистику.

С 1935 года публиковался под псевдонимом Джордж Оруэлл.

Перелом наступил во время Гражданской войны в Испании 1936—1939, где он сражался против Франко. Результатом стала книга "Посвящение Каталонии".
Там он провел больше всего времени – в Барселоне теперь есть площадь Джорджа Оруэлла.
У многих западных интеллектуалов во время той войны возникло ощущение того, что левые идеи так же чреваты тоталитаризмом, как и фашистские, что идеологии коммунизма и фашизма ведут в к одному и тому же общественно-политическому устройству.

Во время Второй мировой войны Оруэлл вёл антифашистскую программу на Би-би-си.
А с наступлением мира, наблюдая за развертыванием войны холодной, стал последовательным антикоммунистом, хотя ведшим за ним слежку агентам британских спецслужб сам казался коммунистом.
В привычные рамки он не укладывался, как не укладывались его книги, в которых он препарировал наиболее живучую модель тоталитаризма, одержавшую верх над всеми другими.           

"Старший брат следит за тобой" - этот лейтмотив романа "1984" все отчетливее слышен в информационных сообщениях, политологических и социологических исследованиях наших дней.
И хотя Оруэлл имел в виду модель коммунистическую, современное западное общество все более уверено в том, что писатель предрек его будущее.
Особенно это стало ясно после краха коммунистических режимов в Европе.   

А еще раньше Оруэлл был признан массовой культурой. Разнообразные реалити-шоу, все эти подглядывания "за стеклом" или в "доме один-два-двадцать три" имеют общее название: Big Brother.
То есть тот самый Старший брат. Какая уж идеология с политикой – сама повседневность напоминает об Оруэлле.             

Книги же его стали ходовым товаром по одной простой причине:
американцы бросились читать их после разоблачений бывшего сотрудника ЦРУ и АНД Сноудена, рассказавшего о тотальной высокотехнологичной слежке американских спецслужб за всем миром.

Дмитрий Зуев
http://rus.ruvr.ru/2013_06_25/Vtoroe-pr … ella-9866/

http://www.happierabroad.com/ebook/Images/1984.jpg

Джордж Оруэлл «1984»
v_mashkovsky 10 ноября 2012

«Был холодный ясный апрельский день» — этими задающими настроение словами начинается первая глава самого известного романа Джорджа Оруэлла.
События, описываемые в нём, действительно до пронзительного скрежета отчётливы и словно вычеканены из холодного железа будущего.

Условно говоря, главный герой — отмеченный великовозрастной мудростью осёл из повести «Скотный двор».
Всё понимающий, страдающий от этого, но до неприличия долгое время скрывающий своё инакомыслие. Мыслепреступление — вот как это будет называться спустя несколько десятков лет.

В циклически повторяющемся 1984-ом году партия не скрывает своих намерений и открыто объявляет три лозунга, главный из которых «Незнание — сила». Самостоп пока всего лишь слово и в голову неизбежно приходит сравнение с нынешним Министерством образования.

Многие (но не все) параллели с действительностью очевидны, но куда интереснее провести аналогию в литературной среде.
Почти сразу «1984» напоминает другую не менее знаменитую антиутопию с цифрами в заглавии — «451° по Фаренгейту» Рэя Брэдбери.
Есть и отличия: у Оруэлла сделан особенный акцент на природу власти, больше резкости и жёсткости под стать времени.

Сходство же прослеживается вплоть до конкретных фраз, например: «Жечь было наслаждением» («451°») против «Самым большим удовольствием в жизни была работа» («1984»).Работа, заключающаяся в создании хитроумных фальсификаций истории. Разве что при выполнении заданий подобного рода активно задействуется работа мозга, а смотреть на языки пламени, как известно, можно вечно.

Надо признать, «1984» намного масштабнее «451 градуса» по идейному замыслу.
Брэдбери очень удачно сконцентрировался на одной из сторон тоталитарного общества,  а Оруэлл блестяще представил на бумаге все стороны режима в целом. У первого получилось изящнее, у второго — документальнее.

Оба писателя едины в главном — литература, богатство речи, хорошо развитая память — сильнейшие катализаторы мыслительного процесса и главные препятствия в обезличивании людей.
Именно поэтому  в созданных ими мирах будущего борются с торговлей антиквариатом, переиначивают книги, последовательно проводятся реформы языка, а написание сюжетов новых «правильных» книг в специальных литотделах механически штампуют роботы…

Но если у гуманного Брэдбери в основном уничтожаются источники знания — книги, то у более жёсткого Оруэлла предпочитают «распылять» людей.

«Было ещё утро <...>» — начало второй части антиутопии Оруэлла. Главный герой уже перезрел на ветках партии, похожих на тянущиеся во все стороны костлявые пальцы. Для него всё только начинается. Утро вечера мудренее.

Во второй части романа появляется особый вид несогласного — он выражает личный протест только ради нарушения сравнительно мелких запретов, для него это своеобразная озорная игра.
Локальная победа над системой, казалось бы, возможна только в этом случае. Но Оруэлл спешит уверить читателя всех возрастов, что революция – не игра и смерть в ней ещё не самое страшное.

Схема романа построена очень чётко и грамотно.
Первая его часть менее активна по сюжету, средняя же щедро сдобрена довольно обширными размышлениями о политике, однако для соблюдения баланса сюжет в ней развивается стремительнее. Заметно, что для автора было важным создание читателю удобства при чтении.

Вся книга в целом и IX глава второй части концентрированно приводят знания читателя в упорядоченную систему.

Финальная сцена одного из величайших романов XX века заслуживает отдельного рассмотрения.
В концовке «Зелёной мили» Стивена Кинга присутствовал человек, до последней минуты сопереживающий главному герою, и это вызывало у читателя сентиментальные чувства. Иначе никак, всё-таки Кинг во многих деталях кинописатель.
В финале романа «Над кукушкиным гнездом» Кен Кизи вскользь описывает процесс наказания главного действующего среди бездействующих лица, акцентируясь только на последствиях. В антиутопии Брэдбери вообще фактически хэппи-энд.

Оруэлл же третьей главой «1984» повергает читателя в шок.
Добравшийся до кульминации не испытывает жалости, сострадания, страха или ненависти — только оцепенение. К примеру, я прочувствовал вместе с героем едва ли не физическую боль и под конец у меня заметно дрожали руки.
Это одна из самых сильных сцен, которые мне довелось читать в книгах самых разных жанров.

Антиутопии, содержащие минимум фантастики и пугающие своей документальностью, обычно и становятся великими.
Сложно смириться с тем, что мир идёт к описанным событиям семимильными шагами и у человечества уже мало шансов поставить подножку.

Роман Джорджа Оруэлла — яркая иллюстрация этого необратимого процесса.

http://fantlab.ru/blogarticle22956

0

117

Литературные путешествия
("La Vanguardia", Испания)
Анна Томас и Карлота Иглесиас (Anna Tomàs y Carlota Iglesias)

Поездки по новым местам всегда являются источником незабываемых впечатлений. Но если на это наслаиваются еще и образы, созданные гениями мировой литературы, положительные эмоции от таких путешествий усиливаются в значительной степени.
Лондон, Стамбул, Токио, Чили, Кейптаун, Тоскана, Вьетнам и Париж кажутся еще прекраснее, благодаря великому писателю-путешественнику Эрнесту Хемингуэю.

Литература – очень эффективное транспортное средство. Кто не прогуливался по улицам города вместе с героями произведений? Кто не мечтал поехать в удивительное место, описание которого восхитило читателя? Советуем вам прочитать накануне отпуска роман, действие в котором происходит в городе или стране, где вы собираетесь побывать.
Читайте и представляйте. Чемодан собран. Фотоаппарат наготове. В путеводителе подчеркнуты достопримечательности, необходимые для посещения.
На чем основывается выбор места проведения отпуска? Многие отмечают, что литературные произведения и фильмы часто помогают нам в этом. Ниже представляется вашему вниманию перечень интересных мест, которые стоило бы посетить хотя бы раз в своей жизни.

ЕВРОПА

Лондон.
«Полночь целый день», Ханиф Курейши. Талант этого писателя, рассказывающего истории о безответной любви, семейных конфликтах и профессиональных неудачах позволяет назвать его документалистом, описывающим проблемы современного общества. К этому добавляется любовь автора к Лондону, где он родился 59 лет назад и живет по сей день. В романе «Полночь целый день», действие которого происходит в столице Великобритании, автор описывает взаимоотношения между любовниками, мужьями и женами, детьми, не пренебрегая интимными подробностями.

Курейши создает образ Лондона через детальное описание событий, происходящих в определенных местах: вечеринки в барах престижного района Ноттинг-Хилл, поцелуи любовников на вокзале Виктория, монотонные ужины на Кенсингтон-Хай-Стрит и прогулки по Гайд-парку. Писатель избегает эпитетов и других приемов стилистической идеализации, предпочитая показать город через случаи из повседневной жизни его обитателей. «Полночь целый день» (Anagrama).

Тоскана.
«Тысяча дней в Тоскане», Марлена де Блази. В этом произведении автор отступает от канонов жанра романа. Сюжет развивается как цепь воспоминаний и ощущений, связанных с ними. Американская писательница Марлена де Блази рассказывает в «Тысяче дней в Тоскане», как главная героиня вместе со своим мужем Фернандо переезжают в маленький городок в Тоскане и в течение года открывают для себя много нового из жизни этой области Италии. «Надо читать, читать много.

Но не только путеводители, в которых есть определенная польза... Надо читать рассказы, романы, мемуары… Надо быть готовым к путешествию по Тоскане», - говорит Марлена де Блази. Читая эту книгу, то оказываешься посреди бескрайнего макового поля в Умбрии, то любуешься великолепными кипарисовыми рощами. «Тысяча дней в Тоскане» (Martínez Roca).

Стамбул.
«Турецкая страсть», Антонио Гала. «Малиновый сок струился по небу над районами, граничащими с Фатихом, и вечерний туман поднимался над холмами. Тысячи золотых отблесков появились на поверхности воды в Золотом Роге, а Мраморное море окрасилось в цвет светлой лазури с бороздками других оттенков голубого, еще более светлыми, позади проходящих кораблей», - так описывает Антонио Гала одно из самых красивых мест Стамбула - побережье пролива Босфор. Жизнь героини романа, Дезире, в ее родном городе Уэска скучна и однообразна. Ее поездка с мужем в Стамбул кардинально меняет все. Дезире влюбляется в Ямана.

Стамбул проходит фоном в этом произведении, описывающем историю всепоглощающей, граничащей с помешательством любви. Дезире и Яман тайно встречаются в храме Христа Спасителя в Хоре, на мосту Галата и во дворе Голубой мечети. Действие романа разворачивается на берегах Золотого рога, в гареме султанского дворца Топкапы, в старинном рыбацком районе Кумкапы и т.д. «Турецкая страсть» (Planeta).

Париж.
«Праздник, который всегда с тобой», Эрнест Хемингуэй. Многие писатели жили в Париже с давних времен, и сюжет многих произведений развивается в этом городе. Последователи Хемингуэя могут писать мемуары о жизни в районе Сен-Жермен-де-Пре. Париж – это праздник. По словам журналиста Мануэля Легинече, «многое можно узнать о Хемингуэе из этого романа, в котором воспоминания автора сочетаются с вымыслом». Надев удобную обувь и вооружившись фотоаппаратом, идем к дому 74 на улице Кардинала Лемуана. На третьем этаже этого здания жил когда-то Хемингуэй со своей первой женой Хэдли.

Табличка на стене дома гласит: «Таким был Париж в те далекие дни, когда мы были очень бедны и очень счастливы». За углом, в доме №39 на улице Декарта расположен отель, где работал Хемингуэй. Следуя указаниям автора, можно дойти до площади Сен-Мишель и выпить кофе в одном из понравившихся ресторанчиков. Без сомнения, самым знаменательным местом здесь является бар Динго (в конце бульвара Распаль), где сейчас располагается итальянский ресторан «Auberge de Venise». Там Хемингуэй познакомился с Фицджеральдом, они стали друзьями и решили изменить лицо американской литературы. «Праздник, который всегда с тобой» (Seix Barral/Lumen).

АЗИЯ

Япония.
«1Q84», Харуки Мураками. В японском языке буква «q» и цифра 9 произносятся одинаково. Соответственно, «1Q84» (в русском издании роман имеет подзаголовок «Тысяча невестьсот восемьдесят четыре» - прим перев.) - это, по сути, 1984 – год, в котором происходит и действие одноименного романа-антиутопии Джорджа Оруэлла. Не совсем обычное название произведения Мураками призвано показать, что в мире, где живут его персонажи, происходят изменения, размыты ориентиры. Речь идет о Японии 1984 года. Книга знакомит читателя с двумя героями: Аомамэ - независимой женщиной, работающей инструктором в фитнес-клубе, и Тэнго - учителем математики. Обоим около 30 лет, оба не связаны узами брака, и увлечения обоих абсолютно не соответствует их имиджу: красавица Аомамэ – наемная убийца, бесцветный Тенго мечтает стать писателем.

Действие происходит в столице Страны восходящего солнца на рубеже восьмидесятых и девяностых годов прошлого века, когда стали очевидными перемены в поведении молодого поколения. Оно уже не похоже на предыдущее – готовое жертвовать собой, послушное и соблюдающее старые добрые традиции.

На протяжении всего романа автор показывает, какие изменения претерпевает Токио: меняются социальные ценности, скрытое насилие становится нормой, государственный режим вызывает недовольство. Что произошло с Японией самураев, гейш и кимоно? «1Q84» дает подробную информацию о географии, истории и политике Японии - от развлекательных заведений района Шибуйя и небоскребов финансового центра до небольших островов к югу от Хонсю.
По словам Карлоса Рубио, доктора филологических наук Калифорнийского университета, «эта книга направлена на определенный круг читателей: тех, кто любит Японию, и тех, кто любит Мураками». «Соответственно, автор преследует две цели: представить себя аудитории, которая, любя Японию, не была знакома с этим японским писателем, и вызвать желание узнать больше о Японии у почитателей Мураками», - заявляет он. «1Q84» (Tusquets Editores).

Вьетнам.
«Тихий американец», Грэм Грин. По политическим соображениям, город Сайгон был переименован в Хошимин в честь лидера коммунистического движения Вьетнама. Но в романе Грина действие разворачивается в старом, экзотическом и прекрасном Сайгоне 50-х годов. Английский журналист, работающий в Южном Вьетнаме, простодушная девушка и американец, недавно закончивший университет, - три главных героя этого произведения. Дух и темперамент Востока, так хорошо переданные в романе, вызывают у читателя ассоциации с оазисом экзотики.

«Не знаю, что меня заставило влюбиться во Вьетнам. Наверное, то, что здесь все так насыщено: цвета, запахи, даже дождь. Говорят: чтобы ты ни искал, ты найдешь здесь». Прогуливаясь по улице Катина (сейчас Дон Хой), герои оказываются возле отеля «Континенталь». Открытый в 1880 году, этот отель – один из лучших в Азии. Именно там Грин задумал и написал свой роман. «Тихий американец» (Cátedra/Edhasa/Alianza), «Тихий американец» (Noguer y Caralt /Alianza).

Индия.
«Бог мелочей», Арундати Рой. Индийская писательница, Арундати Рой, которую сравнивают с Габриэлем Гарсией Маркесом как продолжательницу традиции магического реализма, - автор «Бог мелочей», ее первого и единственного на сегодняшний день романа. В нем рассказывается история трех поколений большой индийской семьи из штата Керала, на юге Индии.

Любовь, смерть и запретные страсти сосуществуют в сложной реальности, где все может измениться в одночасье. Хотя Керала считается одним из райских уголков мира, которые нужно посетить, в этом произведении показана жизнь бедных и практически бесправных групп населения, несправедливость кастового строя и разделение на «прикасаемых» и «неприкасаемых». Впечатляют пейзажи: описания реки, бескрайних рисовых полей и т.д. «Бог мелочей» (Anagrama).

АФРИКА
Кения.
«Прощай, Африка!», Исак Динесен. Карен Бликсен, известная под псевдонимом Исак Динесен, была права, заявив в своей автобиографической книге воспоминаний об Африке следующее: «В сафари есть что-то, что заставляет забыть все горести и почувствовать себя так, как будто бы ты выпил полбутылки шампанского… Сердце бьется с благодарностью за то, что оно еще живо».
Баронесса, родившаяся в Дании, Карен Бликсен, вышла замуж за своего кузена барона Брора Бликсен-Финеке, с которым отправилась в Кению в начале XX века, чтобы осваивать кофейную плантацию. Позднее Бликсен сблизилась с путешественником и охотником Денисом Фитчем Хаттоном, который попал в автокатастрофу в национальном парке Цаво. Заповедники Масаи Мара и Шаба проходят фоном в произведении. «Прощай, Африка!» (Alfaguara).

Кейптаун.
«Молодость», Джон Максвелл Кутзее. Это произведение южноафриканского лауреата Нобелевской премии по литературе, Кутзее, является продолжением «Детства» - его первого автобиографического романа. В жанре мемуаров Кузе описывает свою молодость, которая прошла в Кейптауне – городе, где он родился и которому посвящен его первый роман.

Сейчас уровень жизни в Кейптауне довольно высокий, но в годы молодости автора принципы свободы и равенства там вовсе не проповедовались. Доказательством этому служит описание демонстраций рабочих на Де-Ваал-драйв – улице, которая существует и по сей день на магистрали M3. Можно также вспомнить другие места, упоминаемые в произведении, прогуливаясь по центральной улице Кейптауна - Мейн Роуд, в парке Белсайз или по Клифтонскому пляжу, где Пол и Элинор встречались с группой друзей-художников в бунгало. «Молодость» (Mondadori/DeBolsillo).

ЮЖНАЯ АМЕРИКА

Колумбия.
«Сто лет одиночества», Габриэль Гарсия Маркес. «Макондо было тогда небольшим селением с двумя десятками хижин, выстроенных из глины и бамбука на берегу реки, которая мчала свои прозрачные воды по ложу из белых отполированных камней, огромных, как доисторические яйца». Прообразом Макондо в романе Маркеса «Сто лет одиночества» стал маленький колумбийский городок Аракатака в департаменте Магдалена. В этом бессмертном романе, написанном в стиле магического реализма, упоминаются колоритные домики, очарование улиц, поезд, ежечасно прибывающий на станцию. Нет ничего лучше, чем «Маршрут магического реализма Макондо», чтобы получить исчерпывающую информацию о представителях рода Буэндиа.

Маршрут проходит по местам, которые вдохновляли Маркеса на создание его произведений. Семидесятикилометровое расстояние между Санта-Мартой и Аракатакой можно проехать как в современном автобусе, так и в традиционном колумбийском автобусе или на знаменитом «желтом поезде» (скоро открытие). В течение пятичасовой поездки по «Маршруту магического реализма» можно встретить желтых бабочек, предвещающих появление Маурисио Бабилоньи, и памятник Ремедиос Прекрасной. В Аракатаку можно также отправиться и на велорикше, который провезет туристов по самым знаменитым местам романа, таких, как Вокзал, Библиотека Ремедиос Прекрасной или Дом телеграфиста. «Сто лет одиночества» (Mondadori/DeBolsillo/Cátedra).

Чили.
«Моя придуманная страна», Исабель Альенде. Хотя этот роман и не относится к разряду наиболее известных произведений, вышедших из-под пера Исабель Альенде, в нем наибольшее внимание уделяется Чили. С раннего детства и до эмиграции в Венесуэлу в 1975 году автор «Дома с привидениями» описывает историю и географию Чили, а также рассказывает о своей жизни в этой стране в манере, сочетающей в себе черты публицистики и автобиографического романа. Начиная с Сантьяго-де-Чили, Альенде с ностальгией вспоминает периоды своей жизни и литературного творчества через описание поездок на остров Пасхи, Пуэрто-Монт и пустыню Атакама. «Моя придуманная страна» (Plaza & Janés, DeBolsillo).

Оригинал публикации: Viajes literarios  http://www.lavanguardia.com/estilos-de- … arios.html
перевод: http://www.inosmi.ru/world/20130630/210 … z2XjJlrBUl

http://uploads.ru/i/o/6/S/o6SFs.gif  в контексте,в разделе Вокруг Света темы:
Искатель
Храбрецы - Романтики
По Странам и Континентам

0

118

Родина и вера

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/062013/9dd7eb60b015432a93162fdf8124236bf70080eb.jpg

Монах Лазарь (Афанасьев В.В.)
Ставка на сильных. Жизнь Петра Аркадьевича Столыпина. Документальное повествование. – М.: Русский Паломник, 2013. – 304 с.

Биографических книг о П. А. Столыпине за время, прошедшее после его «реабилитации», написано немало. Изданной только за пару последних десятилетий литературы по «столыпиноведению» хватило бы на внушительных размеров книжную экспозицию.
Тем не менее издания, посвящённые жизни премьера-реформатора, продолжают множиться.
И пользоваться неизменным читательским спросом. Чем объясняется этот феномен? Величиной, многогранностью личности Столыпина.

О нём писали и продолжают писать представители самых разных политических направлений.
К его реформам апеллируют потенциальные реформаторы. Его патриотизм, самоотверженное служение России ставят в пример современные государственники.
К нему как христианину, носителю безусловных, подлинно традиционных ценностей с глубоким пиететом относятся люди воцерковлённые и их пастыри-священнослужители.

Потому выход новой книги о Столыпине, написанной известным в православной среде литератором монахом Лазарем, выглядит вполне закономерным.

Это прежде всего взгляд на личность Петра Аркадьевича с точки зрения Русской православной церкви.
И хотя жанр этого труда определён как документальное повествование, стилистические элементы духовной, в какой-то мере житийной литературы в нём заметить несложно.
Что, конечно же, ещё раз подчёркивает личное отношение автора к фигуре выдающегося соотечественника.

Документальные свидетельства тут тоже представлены – например, мнения о Столыпине его современников.
«Я ясно помню его фигуру и лицо. Он стоял совершенно спокойно на кафедре и, облокотившись обеими руками, в которых он держал свою знаменитую декларацию, говорил её, то есть рассказывал, что и как он думает сделать для России.
Он говорил очень спокойно, очень благожелательно, почти ласково. Он говорил так, как будто перед ним были люди, понимавшие его, способные отнестись сочувственно к его планам и намерениям, способные подвергнуть добросовестной критике свиток реформ, который он разворачивал перед ними.
Необычайная чуткость этого человека, та чуткость, которая так редко даётся, но без которой немыслимы политические люди, чуткость к толпе, к массам, понимание и умение владеть ими сказались уже и в этот день. Он отлично знал, кто сидит перед ним, кто, еле сдерживая своё бешенство, слушает его…».

Этот фрагмент из воспоминаний В. В. Шульгина характеризует знаменитое выступление Столыпина перед депутатами Госдумы, ознаменованное, в частности, его крылатой фразой «Не запугаете!»

П. А. Столыпин действительно никого и ничего не боялся, кроме Бога.
Похоже, этой главной идее, её максимально полному раскрытию и посвящена в основном книга монаха Лазаря, автора многих изданий по истории русской литературы и Церкви.

http://file-rf.ru/knigochei/114


***

Оклеветанный молвой

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/062013/6ae3fc0351bd45282d133dd0ae8b880257180bb4.jpg

Александр Боханов
Павел I. Гамлет на русском троне. – М.: Вече, 2013. – 256 с.

Трудно сказать, станет ли интерпретация «дел давно минувших дней», предлагаемая очень сильным специалистом в области отечественной истории Александром Бохановым, вскоре общепринятой, вытеснит ли вековые (или даже многовековые), зачастую ложные стереотипы, заставит ли людей посмотреть на многие исторические события и явления иначе.

В книге об императоре Павле I автор, очевидно, такую цель в какой-то мере преследует.

Был ли этот император на самом деле сумасшедшим или слабоумным, каковым пытались его представить историки от Карамзина до профессоров советских академий?
Вовсе нет, – утверждает А. Н. Боханов, – ни слабоумным, ни тем более сумасшедшим Павел I никогда не был. Скверную репутацию ему начала создавать, как ни парадоксально это выглядит на первый взгляд, матушка Екатерина, стремившаяся таким образом удержать за собой российский престол пожизненно.
Она не только в присутствии придворных ставила под сомнение качества ума своего сына, но и, мягко говоря, не препятствовала распространению слухов о том, что он был якобы незаконнорожденным.

«Эстафету» после гибели императора с радостью подхватили цареубийцы. У них были весьма веские шкурные мотивы для этого преступления:
Павел I лишил их отдельных дарованных Екатериной привилегий. Стремился, и довольно успешно, облегчить жизнь крестьян и солдат, уменьшая по отношению к ним тяжесть гнёта и бесправия, совершенствовал «законодательно-правовую базу» своего времени.
Короче говоря, делал очень многое из того, что аристократии того времени было явно не по душе. Более того, всячески старался оттолкнуть от себя тогдашних претендентов на мировое лидерство англичан и приблизить наполеоновских французов.

Уже в предисловии к этому изданию А. Боханов указал на одну из возможных причин убийства российского императора:
«История гибели Павла не была секретом и для Европы и однажды стала поводом для дипломатического инцидента.
В марте 1804 года в Венсенском парке в Париже был расстрелян по приказу Наполеона принц крови герцог Энгиенский (Луи Антуан Анри де Бурбон-Конде, 1772—1804).
В Петербурге бурно отреагировали на событие: Россия разорвала дипломатические отношения с Францией. При прощальной аудиенции французский министр иностранных дел Талейран сказал русскому послу: «Когда по проискам Англии в Петербурге был умерщвлён Император Павел, то никто из заговорщиков не был наказан.
Тогда французское правительство не протестовало».

Можно ли упрекнуть автора в чрезмерной идеализации своего героя, – в том, например, что, сравнивая Павла I с шекспировским Гамлетом и наделяя его чертами, прямо противоположными «стереотипным», Александр Боханов вольно или невольно уходит от взвешенных, объективных оценок и трактовок? Вряд ли.
Скорее всего историк, по большому счёту, прав. Хотя, конечно, будут и другие мнения среди тех, кто прочтёт данную книгу.

http://file-rf.ru/knigochei/112


************************

В контексте поста,в разделе  Теремок тема Русская История

0

119

Русский путь
Александр Владимиров, Антон Печерский 3 июля 2013

http://zavtra.ru/media/useruploads_new/georg/30713-vladimirov-1.jpg
Известный писатель Александр Владимиров гостях у «Завтра»

Вы хорошо известны российским любителям фантастической литературы как автор нескольких циклов романов, причем в последних значительное место уделено поискам и догадкам о древнейшей истории русов.
Во второй части двух ваших последних  книг помещены очерки  академика Чудинова. С чем теперь встретится читатель?

А.В. Мы создали своё направление под названием «Бестселлер 21». В каждой книге будет роман писателя и исследование учёного, посвященное разрабатываемой автором теме. Писатель и ученый могут соглашаться, а могут и спорить.

С Чудиновым мы сделали две книги. Одна из них, «Мистерия запретных истин», стала лучшей книгой 2008-2011 гг. по версии Московской городской организации союза писателей РФ. Вторая, «Лже-абсолют», - лучшей книгой 2011-2013, и я получил за нее международную премию «Литературный Олимп».

Валерий Алексеевич Чудинов – человек очень интересный,  грамотный,  знающий. Иногда иронизируют: мол, он везде ищет русский след. Иронизировать можно над чем угодно,  именно так и уничтожают в общественном сознании настоящих ученых. А Чудинов – настоящий! Он знаток своего дела.

Есть и другие авторы, с которыми мы работаем. Летом состоится очередное переиздание моей книги «В астрале веков» в двух томах. В первом томе напечатана статья академика Вячеслава Жукова, где он раскрывает код русской нации, ее отличительные особенности от других народов. Ко второму тому мы привлекли знаменитую сказочницу из Венесуэлы Валентину Тархову (псевдоним «Надежда Борцова»). Из ее фамилии ясно - она русская. Что ж, пусть русские всего мира трудятся в тесном единстве.

А над чем работаете сейчас?
А.В. Только что закончили роман «Инфинитум», то есть «путь в бесконечность»…

Закончили? Почему во множественном числе?
А.В. Впервые писал в соавторстве, и соавтор этот - писатель Тиана Веснина. Здесь соединены два направления: путешествие по параллельным измерениям и приход в наш мир писателей и поэтов «Серебряного века». Мы пытаемся возродить великие имена, к которым, к сожалению, редко обращается современная молодежь. Северянин, Брюсов действуют у нас как основные герои. Правда… по нашим правилам.

Сейчас политизировано все. Талантом ты можешь и не быть, а «политически грамотным» обязан. Но если бы еще данная политика способствовала повышению морали и нравственности, а то ведь наоборот. Классический пример: во Франции - мощные протесты против легализации однополых браков, и в это время в Каннах вручили премию лесбийскому фильму. Сегодняшнее управление искусством – одно из важнейших направлений в работе «мирового правительства», цель которого - полностью разрушить мораль, нравственность, превратить человека в зомбированное существо, полностью подвластное могущественным теневым структурам.

Россия так же втянута в структуру мощного зомбирования. Например, телевидение. Никогда не возникало ощущения, что это криминал снимает программы для самого себя? Руководители каналов оправдываются высокими рейтингами. Чушь! На мой взгляд, главная задача здесь - сказать человеку: «Хочешь жить? Пусть плохо, но жить?.. А то быстро попадёшь под криминальные разборки».

И что самое страшное - это примитивизация языка и образов. Возьмите современные книги, фильмы, песни. Это важнейший фактор уничтожения русского самосознания.

Писатель, а тем более тот, который пишет о гипотезах происхождения нашего народа, несомненно, имеет мнение и о нынешних мировых процессах. Проблемы Европы и России как-то соотносятся?
А.В. Они похожи. Это и засилье иностранного капитала, порождающее мощное американское влияние, и проблема миграции. Люди с иными ценностями становятся наглее, требует больших прав, а традиционные белые сообщества уступают. Тем не менее, несмотря на противодействие представителей «мирового порядка», в Европе, думаю, будут побеждать национально-патриотические движения, типа «Национального Фронта» Марин Ле Пен. В России приход в политику национально-патриотических сил вместе с ростом  самосознания русского народа создаст условия для победы истинно народного правительства.

И что тогда будет?
А.В. Не исключено - размежевание с Кавказом. С другой стороны, ускорится объединение славян – великороссов, малороссов, белороссов. Это единый народ. Если ситуация в России поменяется в пользу русских, то и Украина, и Белоруссия без промедления объединятся в одно сильное государство.

А либералы?
А.В. Ну, эти в ближайшее время потерпят окончательное поражение. На Руси их эпоха заканчивается.

Иногда слышим: если в России победят национал-патриоты, то победит и нацизм.
А.В. Смешно! Классического гитлеровского нацизма уже никогда не будет. Просто возникнет национально-ориентированное государство, которое русским не давали создавать многие годы. Совершенно недопустимо, когда коренной народ, составляющий восемьдесят с лишним процентов населения страны, отстранён от всех видов власти. Даже те немногие русские, что вроде бы на Олимпе, часто являются куклами в руках кукловодов.

Не исключаю и такого варианта: произойдёт сближение России с Германией и другими европейскими странами. Но это при условии, что и те, и другие освободятся от восточного и американского влияния.

Не думаю, что русский путь – союз с Востоком, ведь мы настолько разные! Дружить надо со всеми, но… чтобы дружить с соседом, не обязательно приглашать его жить в свою квартиру.

Кто-то скажет, что ваши слова о размежевании с Кавказом – угроза целостности России?
А.В. Я ни к чему не призываю, я делаю предположение. Границы современной России – это плод «фантазии» нескольких людей. Поделили так, а могли поделить по-другому. Харьковская, Луганская, Донецкая, Днепропетровская, Запорожская – это всё могло принадлежать и России. О Крыме, основной части Казахстана, востоке Прибалтики – и не говорю.

Но давайте перейдем от геополитической области к социальной. Я предполагаю усиление роли государства, которое должно стать гарантом интересов и бизнеса, и отдельных людей. Учитывая прежние ошибки, необходимо возродить и общественную собственность, которая станет гарантом развития социальных программ. Разные формы хозяйствования должны дополнять друг друга.

Как возрождать социальные программы, если правительство говорит, что у него нет на это денег?
А.В. Государство у нас богатое, но все богатство (природные ресурсы) сосредоточено в руках небольшой группы лиц. Поэтому у нас такая разница доходов. Одной из важнейших задач национально-ориентированного правительства станет пересмотр существующего положения вещей, в том числе через национализацию природных ресурсов.

Особо хочется сказать о духовности, поскольку это – моя сфера. Необходимо поднимать и развивать русскую культуру, выявлять и всячески поддерживать русские таланты! Дайте им развиться, и тогда разовьется страна.

Если ситуация поменяется, то перемены произойдут кардинальные: от отмены ЕГЭ до создания собственных национальных премий, которыми награждаться будут русские писатели, кинематографисты, художники, представители настоящего искусства.

Так что, нам ждать прихода национального правительства? А до тех пор сибаритствовать?
А.В. Что вы! Под лежачий камень… Все мы, по мере возможностей, стараемся внести свою лепту в развитие национальной культуры. Я, например, пытаюсь объединить творчество (в лице Московской городской организации СП РФ), науку (РАЕН) и информационный потенциал (Первый образовательный канал)  для совместной работы в нашей книжной серии. Мы уже частично привлекли предпринимателей, но этого мало, работа продолжается. Если все задуманное реализуем, много талантливых русских писателей получит возможность опубликоваться, добиться известности.

У вас вот запланирована серия. Не приведёт ли это к сериальщине в худшем значении слова?
А.В. Конечно, нет. Не мексиканский сериал («150 серий»). Каждая книга – это совершенно разные, самобытные произведения.

В разных Ваших книгах возникает тема теневых структур мира – на первый взгляд невидимых, но мощных и влиятельных. Тут и параллельные миры, и живущая рядом отличная от человечества и враждебная ему раса…
А.В. Мои романы двухуровневые. С одной стороны сюжет – детективный, приключенческий. Но есть и другая сторона: во имя чего это все. Подобные вещи были и у Гофмана, и у Гоголя, и у современных писателей, как, например, Клайва Баркера и Стивена Кинга. Считаю, что форма и содержание должны соответствовать друг другу. Ведь какими бы глубокими ни были идеи, если форма подачи материала скучна, то люди не читают. И мысли оказываются невостребованными.

Вы упомянули двух современных зарубежных писателей-мистиков. А кого-то из отечественных авторов считаете своим вдохновителем, учителем?
А.В. У любого серьезного писателя были и есть учителя. Я учился у Пушкина, Лермонтова, Достоевского; в своём жанре – у Гоголя, А. К. Толстого, Грина.

Что ж, надеемся, все ваши планы осуществятся.
А.В. Стараемся, работаем.

http://zavtra.ru/content/view/russkij-put/


*********************

В контексте статьи,в разделе Теремок темы:
Русская книга
Русский Дом
Русская История

В разделе Политика - грязное дело? темы:
Правители Мира сего.....
Всё тайное становится явным.Конспирология
Этот безумный безумный безумный Мир

А в разделе Кошелёк или Жизнь... тема Большой Передел Мира

0

120

Откуда у «крылатых фраз» ноги растут?

Крылатые выражения прочно вошли в обиход современного человека, несмотря на их почтенный возраст.
Однако зачастую мы употребляем крылатые выражения, не задумываясь об их истинном значении.

Крылатая фраза – это устойчивый фразеологизм, который появился из исторических или литературных источников и стал широко использоваться благодаря своей выразительности. Источниками крылатых фраз являются, как правило, мифы, легенды, литература, народный фольклор или изречения великих людей.
Множество крылатых фраз пришло к нам из латинского, греческого и других древних языков.
Но немало крылатых выражений и в русском языке. А их происхождение зачастую удивляет даже лингвистов.

Бить баклуши.
Известное выражение означает «лентяйничать», «отсиживаться на работе». В старину мастера делали деревянную посуду из небольших чурок – баклуш.
Заготавливать эти чурки поручалось подмастерьям, так как работа была легкая, не требующая напряжения.
Колоть такие чурки и называлось «бить баклуши».

Битье баклуш – это вам не сидение сложа руки
– А что ты делать умеешь?
– Не учёные мы, батюшка водяной, только баклуши и бьём.

– Хорошо, – говорит водяной, – бей баклуши... – и ушёл.
Стал мужик из осиновых чурбанов баклуши бить. Много набил, целую кучу.

Пришёл водяной и удивился:
– Ты что это вытворяешь?
– Баклуши бью, как вы приказали.

– А на что мне баклуши?
Почесал мужик спину: – Ложки из них делать.

(А.Н. Толстой. Сказка «Водяной»).

Сидеть сложа руки – выражение, не требующее объяснений, тем более что присутствуют аналоги во многих языках. С баклушами не так понятно, хотя этимологическая «ситуация» всегда считалась однозначной. Баклуша – некий чурбак, из которого делали заготовки для некоторых долбленых изделий, например, ложек. Казалось бы – совсем несложное занятие. Однако же – занятие, тем не менее. И уж никак не бесполезное. Делать заготовки для посуды – разве такие уж пустяки? Этим вопросом задавались многие.

«Вот, рыскают по свету, бьют баклуши, воротятся – от них порядка жди!» – писал Грибоедов. Баклуши бить – не сидеть, и не лежать. Можно бить баклуши, рыская по свету и гоняя собак, голубей и слонов. Все эти фразеологизмы зафиксированы и в литературе: «Я раскис и ошалел, да слоны слонял по Москве», «Слоняет слоны из комнаты в комнату.» (Н. Лесков). Одним словом – слоняться без дела и бить баклуши.

Но некоторые филологи предполагают, что речь идет о другом возможном значении слова «баклуши». Во многих русских говорах баклуша зафиксирована как «палочка, чурочка для игры в бабки». То есть бить баклуши – это изначально играть в городки, или бабки. И строгий негативный оттенок этого выражения немного снимается. Ведь игра – это не безделье, это некая небольшая, но важная часть жизни.

Такое предположение довелось вычитать у Н. Шанского. Он же и слово «сачок» также возводит к игре. Есть основная версия – морская. Брезентовый мешок – сак – предохранял якорное устройство от трения. Сак находился на баке, там же разрешалось курить. Те, кто частенько хаживал на носовую часть корабля на перекур – сачковал. Но возможна и другая версия, тоже связанная с игрой в бабки (одна из разновидностей ее – саки или сачки).

Вариант с игрой, верный или нет, – конечно, симпатичен. В нем есть снисходительность, в нем есть понимание, что человеку необходимо, в том числе, и потешиться игрой в урочный (или не очень) час. Но в целом, судя по языку, к бездельникам относились строго, что отражено в многочисленных словечках и фразеологизмах. Ведь вчера конь не валялся, сегодня бьешь баклуши и сачкуешь, и что получится завтра?
http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-43724/


Отставной козы барабанщик.
В старину на ярмарках вместе с дрессированными медведями выступали мальчик-плясун в костюме козы и барабанщик, наигрывающий для него мелодию.
«Отставной козы барабанщиком» называют человека никчемного, несерьезного, на которого нельзя положиться.

Отставной козы барабанщик
Оказаться в этой роли – символ настоящего жизненного крушения.
А выражение взялось от бродячих трупп, где главным актером был ученый медведь (то есть дрессированный),
за ним шествовала «коза» (то есть ряженый с козьей шкурой на голове), и только за «козой» – барабанщик.
Роль последнего состояла в том, чтобы бить в самодельный барабан, зазывая публику.
Перебиваться случайными заработками или подачками – само по себе неприятно, а тут еще и «коза» не настоящая. Отставная коза.

Хорошо, что из непонятных глубин памяти иногда сами собой вырываются давно забытые слова и выражения.
И можно сказать что-то не обидно. Или почти не обидно. Даже себе.

Творимое с умом и не шутя
безделье освежает наши души;
с утра я лодырь, вечером лентяй,
и только в промежутке бью баклуши.

(И. Губерман)
http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-43724/

Всыпать по первое число.
Это выражение пошло из старорусских школ, где учеников пороли постоянно, независимо от того, провинились они или нет.
И если наставник не жалел сил, такой порки хватало надолго, вплоть до первого числа следующего месяца.

Гол как сокол.
Как известно, сокол – птица хищная, красивая, ни на какие мысли о бедности не наталкивает.
А вот стенобитное орудие под названием «сокол» (с ударением на второй слог)
– как раз являлось совершенно гладкой («голой») чугунной болванкой, закрепленной на цепях.
Потому и выражение «гол как сокол» означает человека очень бедного, у которого ничего нет.

Зарубить на носу.
На самом деле, здесь под «носом» понимается дощечка для зарубок.
В старину неграмотные люди всегда носили с собой такие дощечки и палочки, с помощью которых делались зарубки на память.
«Зарубить на носу» – хорошенько запомнить, принять к сведению.

Ни пуха, ни пера.
Это выражение возникло в среде охотников, которые считали, что пожелать напрямую побольше добычи в виде зверей («пуха») и птиц («пера») – значит, сглазить всю охоту. Поэтому напутствовали друг друга словами «ни пуха, ни пера», как бы говоря:
«Пусть в твои силки и капканы не попадет ни один зверь, а твои стрелы не ранят ни одну птицу».
На что охотник, чтобы также не сглазить, отвечал: «К черту!»
Считалось, что злые духи, таким образом, удовлетворятся недобрыми пожеланиями и не будут строить козней во время самой охоты.

После дождичка в четверг.
Древние русичи возносили мольбы о дожде богу Перуну. Считалось, что он выполняет эти просьбы в «свой» день – четверг.
А так как мольбы зачастую не приносили результатов, появилось выражение «после дождичка в четверг», которое применяется ко всему, что неизвестно когда исполнится.

Прийтись ко двору.
Эта старинная примета связана с тем, что новое животное в крестьянском хозяйстве должно обязательно «прийтись ко двору» – то есть понравиться домовому.
А не понравится – заболеет, погибнет или убежит. В наши дни эта фраза употребляется для выражения уместности какого-либо человека в коллективе, обществе.

И на старуху бывает проруха.
В древнерусском языке «проруха» означало ошибку, досадную оплошность, промах.
Это выражение означает, что и умудренный опытом пожилой человек может допустить ошибку или промах.

Язык до Киева доведет.
Есть сказание, согласно которому киевлянин Никита Щекомяка заблудился в бескрайней степи и попал к половцам.
На вопрос, откуда он, Никита рассказал, что он из старинного и прекрасного Киев-града, и так расписал половцам красоты и богатства родного города,
что половецкий хан прицепил Никиту за язык к хвосту своей лошади (а половцы, как известно, миролюбием не отличались) и половецкое войско понеслось грабить Киев-град.
Так Никиту Щекомяку язык до Киева довел.

Источник: http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-62127/
© Shkolazhizni.ru

0


Вы здесь » ЭпохА/теремок/БерлогА » ЭпохА - Библиотечка » Интересные рецензии на интересные книги