ЭпохА/Теремок/БерлогА

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЭпохА/Теремок/БерлогА » Теремок » Русская История


Русская История

Сообщений 111 страница 120 из 162

111

Во Владивостоке вспоминают моряков "Варяга" и "Корейца"

http://cdn1.vesti.ru/p/o_595954.jpg
Во Владивостоке 9 февраля вспоминают подвиг моряков крейсера "Варяг" и канонерской лодки "Кореец", принявших в этот день в 1904 году неравный бой с японской эскадрой. Участниками церемонии, которая пройдет на Морском кладбище у памятника нижним чинам крейсера, станут моряки Тихоокеанского флота, представители администрации города, воспитанники детской флотилии "Варяг", ветеранских организаций, морских государственных учебных заведений. К памятнику возложат венки и цветы, будет отслужена лития, передает ИТАР-ТАСС.

В начале русско-японской войны, 9 февраля 1904 года (27 января по старому стилю), "Варяг" и "Кореец", пытаясь прорваться к Порт-Артуру из корейского порта Чемульпо, вступили в почти часовой бой с 14 японскими военными кораблями.

"Варяг" выпустил по противнику 1105 снарядов, потопил один миноносец и серьезно повредил два крейсера.

Сам "Варяг" получил 5 подводных пробоин и лишился 3 орудий; офицер и 30 матросов были убиты,
6 офицеров и 85 матросов ранены и контужены, около 100 человек легко ранены.

Корабль не имел возможности продолжать бой и вернулся в порт.

По приказу командира "Варяга" Всеволода Руднева крейсер был затоплен, а канонерская лодка "Кореец" взорвана.

Сегодня имя "Варяг" носит флагман Тихоокеанского флота – ракетный крейсер водоизмещением 11 тысяч 490 тонн.

http://www.vesti.ru/doc.html?id=1027985

Всеволод Руднев, командир крейсера «Варяг»

http://s017.radikal.ru/i435/1209/96/6c52b023db98.jpg
7 февраля 1904 г., в первый день русско-японской войны получил ультиматум японского контр-адмирала С. Уриу с требованием покинуть рейд до полудня, в противном случае они грозили открыть огонь по русским кораблям в нейтральном порту, что было грубым нарушением международного права.

Всеволод Руднев отказался и решил идти на прорыв.

Перед строем офицеров и матросов крейсера он сообщил им об ультиматуме японцев и о своём решении. В частности, он сказал следующее:
«Безусловно, мы идем на прорыв и вступим в бой с эскадрой, как бы она сильна ни была. Никаких вопросов о сдаче не может быть — мы не сдадим крейсер и самих себя и будем сражаться до последней возможности и до последней капли крови.
Исполняйте каждый свои обязанности точно, спокойно, не торопясь. Особенно комендоры, помня, что каждый выстрел должен нанести вред неприятелю. В случае пожара тушить его без огласки, давая мне знать»
.

Бой был жестоким. Всю силу огня японцы сосредоточили по «Варягу».
Под ураганным огнем противника русские матросы и офицеры вели огонь по врагу, заделывали пробоины, тушили пожары. Меткий огонь с «Варяга» принес свои результаты: серьезные повреждения получили японские крейсеры «Асама», «Чиода», «Такачихо», затем был потоплен один миноносец.
Израненный, но не побежденный, «Варяг» вернулся в порт.

http://rusmir.in.ua/ist/3019-7-geroev-r … vojny.html



ВАРЯГ
клип с песней

http://www.youtube.com/watch?feature=pl … vT_r5hJBiQ










Крейсер "Варяг"

http://www.youtube.com/watch?feature=pl … _5U6Prytt8


ZakirovR
Опубликовано 30.03.2012

В феврале 2004 года подвигу крейсера "Варяг" исполнилось 100 лет. С прошлого столетия его история окутана тайной.
Что кроме знаменитой песни осталось нам от легендарного судна? Что прячут в своих военных музеях японцы? Где покоятся останки этого крейсера? Что послужило причиной поражения России: военный гений великого самурая Того или бездарность русских политиков и военачальников? Ответы на эти вопросы съемочная группа искала в России, Америке, Франции, Корее, Японии и Великобритании.
Участникам экспедиции удалось найти уникальные документы, проливающие свет на неизвестные страницы истории крейсера "Варяг", и бесценные реликвии, поднятые с морского дна.
Летом 2003 г. была организована специальная экспедиция по поиску останков "Варяга" в Ирландском море. В двух милях от Ленделфута на глубине 6-8 м съемочная группа канала "Россия" обнаружила разрушенный взрывом корпус "Варяга". Находку Алексеев назвал "сенсационной". Aвтор и режиссер фильма Алексей Денисов сообщил, что сенсационной стала и находка таблички с маркировкой американского завода "SNOW", поставлявшего на "Варяг" паровые приводы и насосы.
Эта табличка, наряду с другими поднятыми на поверхность фрагментами легендарного крейсера -- латунным сливным устройством, а также боцманскими приспособлениями, были представлены на пресс-конференции. Съемочной группе телеканала вместе с российскими аквалангистами, в числе которых Андрей Быков, Михаил Школьников-Ярошевский и Дмитрий Волков, удалось обнаружить и снять на видеопленку многослойную броневую палубу, имевшуюся только на "Варяге", остатки машинного отделения, паровые котлы, шлюпбалки и устройство для наматывания якорной цепи.
Съемки фильма проходили в США, Республике Корея, Японии, Франции и Великобритании.







Крейсер "Варяг" (1946)

http://www.youtube.com/watch?feature=pl … LzQq-HvPv4


Matusovskiy
Опубликовано 07.06.2012

Режиссер: Виктор Эйсымонт
Сценарист: Георгий Гребнер
Оператор: Борис Монастырский
Композиторы: Николай Крюков, Григорий Теплицкий
Художники: Семен Мандель, Петр Галаджев
Страна: СССР
Производство: Союздетфильм
Год: 1946
Премьера: 26 февраля 1947
Актеры: Борис Ливанов, Александр Зражевский, Николай Чаплыгин, Вячеслав Новиков, Всеволод Ларионов, Георгий Петровский, Надир Малишевский, Михаил Садовский
Жанр: военный фильм, драма, приключения
В 1904 году командование японской эскадрой, подошедшей к нейтральному корейскому порту Чемульпо, предлагает русским кораблям - крейсеру "Варягу" и канонерской лодке "Кореец" - покинуть порт.
Русские моряки, не получив поддержки у командиров кораблей иностранных держав, решают выйти в открытое море и дать бой японской эскадре...

112

Русофобские исторические мифы
Цивилизацию русским принесли викинги, византийцы, хоббиты…

http://topwar.ru/uploads/posts/2013-02/1360634052_1323340287_ryzhenko2.jpg

На заре славянства
Сторонники «вторичности» славянской и русской цивилизации обожают выискивать лингвистические, культурные и прочие заимствования у славян в ранний период их истории. На руку им тут играет тот факт, что письменных источников на этот счёт осталось очень мало, а остальные достаточно размыты и допускают очень вольное толкование. Но, да, заимствований наблюдается довольно много. Что же это означает?

Славяне действительно много контактировали на раннем этапе с иранцами, балтами, финно-уграми, германцами, тюрками и т. д. И многое перенимали у них. А всё потому, что славяне начали расселяться достаточно поздно, когда все эти народы уже занимали большие территории.
И, соответственно, теснили эти народы. Зачем же славянам было пренебрегать заимствованием всего лучшего?

Таким образом, наши предки умудрились, начав экспансию очень поздно, занять в итоге огромные территории и создать множество достойных государств, включая самую миролюбивую из сверхдержав современности — Россию. А всё потому, что наши предки не страдали снобизмом и узколобостью, как их современные критики, а умели разговаривать с другими нациями иначе чем на языке огня и меча.

Викинги
Нет, речь тут не о норманнской теории в том смысле, что изначальный русский народ имел скандинавское происхождение. Это как раз вовсе не миф, а одна из основных исторических гипотез на этот счёт, располагающая весьма солидными доводами в свою пользу. Мифом и русофобией является утвеждение, согласно которому без скандинавов восточные славяне ничего не сумели бы создать, ибо органически неспособны к порядку, ленивы etc. Разберёмся с этим.

Изначально объединившая страну "русь" (доподлинно неизвестно, было ли это племя, клан или сословие) очень быстро растворилось в восточном славянстве и других народах Руси. То, что называют «цивилизацией», «государственностью» и т.д., не есть исключительно или даже в первую очередь дело элит: это создаётся трудом и творческими силами всего народа. Собственно русь образовывала первоначальную правящую верхушку нового государства, объединив разрозненные государственные и догосударственные образования на просторах востока Европы. Их экспансия послужила, скорее, катализатором, чем причиной образования Руси.

Почему же всё-таки без них не обошлось?
Дело тут в том, что это объединение было очень быстрым и внезапным, потому что его целесообразность была связана с открытием новых торговых путей (таких, как путь из варяг в греки), и создание единого государства, контролирующего эти пути, сулило большие выгоды всем. Однако на территории будущей Руси проживало много народов — как славянских, так и неславянских — которые не хотели так просто уступать первенство соседям.
Здесь и пришлись к месту русы, которые были вроде как чужими всем (вероятнее всего, скандинавами), вроде как открыли и освоили все эти торговые пути и не имели прочной привязки ни к одному из этих народов. Потому первенство русов оказалось устроившим всех компромиссом. Это ничуть не принижает древних славян (а также, например, финно-угров), а скорее хорошо говорит о них, ибо они сумели достаточно легко подняться над племенными предрассудками и построить гораздо более эффективное общество совместно друг с другом и русью.

Антинорманнская теория
Существует также альтернативная точка зрения по поводу происхождения Рюрика. Что Рюрик был не скандинавом (викингом), а славянином, и никого чужого русские князья не приглашали.
Видными антинорманистами были Михаил Васильевич Ломоносов и Дмитрий Иванович Иловайский. Из современных авторов можно отметить неоднозначного писателя Михаила Задорнова. Его теория изложена в фильме «Рюрик. Потерянная быль».

Аргументы в пользу антинорманнской теории:
В «Повести временных лет» указано, что Рюрик был варягом, а варягами назывались многие народы, живущие по побережью Балтики, в том числе славянские;
В русском языке отсутствуют элементы скандинавских языков. Если бы славяне призвали на правление скандинавов, то эти элементы наверняка бы появились;
Скандинавия в то время была менее развитой, чем Русь. Призывать на правление человека из менее развитого региона смысла мало;
В скандинавских сагах отсутствуют упоминания о плаваниях норманнов по порожистым рекам Руси;
Кроме этого, скандинавские лодки глубоко погружались в воду и просто не могли физически пройти по порогам, в отличии от славянских лодок с плоским дном;
Иоакимовская летопись, относимая к 1740-х гг., представляет варяга Рюрика славянином;
Из германских источников следует, что отец Рюрика был западным славянином.

Государственность славян до Рюриковичей
Впрочем, достаточно просто обратиться к анализу истории, чтобы понять, что при приглашении Рюриковичей на княжение в Новгород стоял не вопрос государственности или создания государственных институтов. Все государственные институты были сформированы задолго до появления единой княжеской династии. На тот момент Новгород являлся, по всей видимости, центром крупного племенного союза славян на севере, а Киев — центром такого же союза племен на юге. Это подтверждается археологами, которые даже выделяют две архитектурных традиции, сложившихся еще в 4-5 веках. Не просто так целью князя Олега в первую очередь стал Киев.

Князем в каждом племени и племенном союзе являлся военный вождь (что, в принципе, указывается во многих источниках). Выбирался этот вождь на время войны на вечевых сходах разных уровней. Первые из Рюриковичей просто подстраивались под эту систему, становясь князьями и принимая на себя схожие обязанности. Достаточно вспомнить только долгую борьбу уже Московских царей с новгородским вечем (по всей видимости, это было единственное вече, сохранившее в полной мере свои функции на территории бывшей Киевской Руси).

Косвенным подтверждением существования такой государственной системы является небезызвестная история смерти Игоря от рук древлян. После убийства Игоря на его место стал претендовать древлянский князь — Мал. Достаточно просто задуматься откуда у якобы диких славян (у одного из самых замкнутых племен восточных славян — древлян) существовал свой князь. Более того, князь Мал пытался воспользоваться древней традицией, которая хорошо известна в Европе, у народов, которые уже обрели государственность. Мал претендовал на все титулы и имущество князя Игоря, в том числе на детей и его жену — княгиню Ольгу — по праву победителя. В раннем Средневековье этой традицией пользовались часто. В конце концов, большинство войн в Средние Века именно за титулы и велось.

Таким образом не так уж и важно, откуда именно мог происходить Рюрик, поскольку сам акт приглашения его на княжение в Новгород являлся всего лишь способом привлечь независимого от внутренних дрязг правителя. Этим способом пользовались и многие другие народы Европы. И непонятно, почему только для Руси факт приглашения правителя со стороны стал интерпретироваться как «обретение государственности».

Точнее, понятно. В дорюриковские времена политические объединения будущей Руси практически не имели прямых контактов со старыми цивилизациями (как, например, древние германцы — с Римом, а Русь позднее — с Византией). Объяснялось это банальной удалённостью. Описать эти племенные союзы и государства, таким образом, было просто некому. Первые же летописи Руси появились уже при Рюриковичах и, соответственно, выполняли их политический заказ.

Само собой, правящей династии была очень выгодна точка зрения, согласно которой именно эта династия принесла на Русь государственность и цивилизацию.
Эту точку зрения Рюриковичам и удалось сделать официальной на долгие века.

......................................

Продолжение под катом:

Продолжение статьи   Русофобские исторические мифы

Кукийана, ас-Салавийа и ал-Арсанийа
Немало сведений сохранилось в арабских источниках. Большинство произведений, где они встречаются, датируются началом 11 века, но, на чем сходится большинство исследователей, используют данные гораздо более ранние - 9 века. Эти данные получали от купцов и путешественников, в том числе и из Армении.

Русов три группы (аснаф). Одна их группа (кабил) называется равас, и правитель (малик) ее живет в городе Кук(и)йана. Другая их группа называется ас-Салавийа, и правитель ее живет в городе Салав. Этот город [стоит] на вершине горы. Третья группа называется ал-Арсанийа, и правитель ее пребывает в городе Арса. Город Арса - красивый укрепленный город на горе, и местонахождение его - между [городами] Салав и Кук(и)йана. От Кук(и)йаны до Арсы четыре перехода, а от Арсы до Салав четыре дня [пути]. Купцы-мусульмане из Арминийи (Армения) доходят до Кук(и)йаны. Что касается Арсы, то шайх ал-Хаукали сообщает, что никто из чужеземцев туда не проникает, так как они обязательно убивают всякого чужестранца, входящего к ним, и [поэтому] никто не отваживается войти в их землю. От них вывозят шкуры черных леопардов и черных лисиц и свинец 140 - все это [вывозят] от них купцы [из] Кук(и)йаны
И.Г.Коновалова Восточная Европа в сочинении ал-Идриси М.: Восточная литература РАН, 1999

Арабские источники упоминают славян и их города. По современным представлениям Кукйана - это, вероятнее всего, Киев. Салав, исходя из имеющихся описаний, это город на территории Ильменских словен, бывший столицей до Новгорода. А о местонахождении Арсы спорят до сих пор. Из полутора десятков версий ни одна не получила пока достаточного подтверждения. Надо сказать, что топонимы отличаются, но незначительно. Во всяком случае, в 10 веке в арабских источниках твердо закрепляется топоним ал-Русийа, который обозначает Киевскую Русь. В данном случае речь идет об уже известном нам образовании единого государства Русь в 10 столетии.
Определенным намеком на местонахождение ал-Арсанийа можно посчитать географию завоеваний Аскольда и Дира, а, затем, и Олега – город мог находиться между Новгородом и Киевом.

Тех, кого смущает упоминание черных леопардов в приведенном описании, можно успокоить: вполне возможно, что речь идет о черных бобрах.
Не понятно, насколько сильной была преемственность ал-Русийа от трех предыдущих государственных образований. Но можно смело утверждать, что Русь явно строилась не на пустом месте.

http://topwar.ru/uploads/posts/2013-02/1360634106_0nesterovmv_narusi206x483gtg.jpg

Византия
Нездоровое отношение к факту принятия христианства в России — один из эталонных завихов русофобов всех мастей.
Христианство рано или поздно приняли практически все страны Европы — кто раньше, а кто позже нас. В раннее Средневековье это, помимо всего прочего, являлось впитыванием элементов более высокой цивилизации, хранящей традиции античного мира. В Византии эти традиции сохранились и продолжали развиваться, как нигде.
Современная князю Владимиру Византия являла собою идеальный по тем временам образец благоустроенного, относительно мирного, но мощного и обороноспособного государства с блестящей культурой. Вся Европа тогда была фактически её цивилизационной периферией, а формального разделения западной и восточной церквей ещё не произошло. Однако Рим вёл куда более активную миссионерскую политику, в то время как Византия, будучи и так культурным центром всего христианского мира, тратила на это меньше сил. В основном в её сферу влияния попадали славянские народы, давно контактировавшие с ней (к примеру, болгары).

Следует отметить, что, принимая христианство с Запада, многие правители таки руководствовались желанием приобщиться к культуре Западной Европы. Но не потому, что она была какой-то особенно высокой, а потому, что вставать против этой массы агрессивных феодалов — себе дороже. Таким образом, принятое из Византии христианство было роскошью, которую могли себе позволить только народы, не очень-то боявшиеся западной экспансии.

До Владимира некоторые деятели Руси уже принимали христианство из Византии, но его отец князь Святослав был талантливым полководцем и, в числе прочего, воевал с Византией. Как видим, связи Руси со Вторым Римом были ко времени Владимира уже долгими и разнообразными. С другой стороны, после завоеваний Святослава Русь нуждалась в мирном развитии и дальнейшем укреплении цивилизации. Принятие Крещения из Византии было, таким образом, уже предопределено, ни одного аргумента «против» не оставалось.

В итоге Русь начала перенимать культуру из самого центра христианского мира. Но этот процесс не начался внезапно, а постепенно вызрел задолго до Владимира в недрах самого русского государства. Что до спекуляций на тему «лучше бы католицизм приняли» — по тем временам христианство было единым, и именно Византия выглядела его центром. Русь не просто вошла в цивилизацию — она вошла в первосортную цивилизацию, при этом оставаясь собою. Что русофобам, понятное дело, не по нутру.
Отметим здесь также, что если бы Русь стала католической, вряд ли она сумела бы восстановить политическую независимость после нанесённого монголами удара.

Выводы о мифе
Никакой научной основы миф о привнесенной норманнами государственности для Руси под собой не имеет.
В истории вообще не было культур, существовавших полностью независимо. Славянская и, позднее, русская культуры исключениями не были. Находясь постоянно в окружении самых разных культур, наши предки строили свою, очень быстро развивавшуюся. За раннее Средневековье восточные славяне проделали путь от небольшого праславянского племени к огромному государству, в культурном отношении стоявшему ничуть не ниже тогдашней Западной Европы.
Народы, вливавшиеся в Русь (в основном — восточные славяне), создавали её своими силами, попутно сплавляясь в единый русский народ. Все контакты и заимствования лишь укрепляли русскую цивилизацию, но не подменяли её собою. И уж тем более никто не принёс её извне.

Россия — не наследница Киевской Руси, а хрень с горы
Очень любимый русофобами тезис. На основании того, что Россия начала формироваться на землях Северо-Восточной Руси (изначально бывшей окраиной) утверждается, что там сложился какой-то другой народ, безо всякой преемственности к Руси. Некоторые особо неадекватные даже отказывают русским в принадлежности к восточным славянам. Как вариант, часто встречается миф, что Россию из Руси создала Орда.

В реальности Северо-Восточная Русь стала общепризнанным центром русских земель ещё до монгольского нашествия. Произошло же это вот как.
Лествичное право, которым с самого начала руководствовались Рюриковичи, первое время давало более мирное сосуществование феодалов и более единое государство, чем в западных странах. Суть этого права сводилась к тому, что удел передавался не от отца к сыну (как в Западной Европе), а от старшего брата к младшему и только после всех братьев — к следующему поколению. Но ко времени Владимира Мономаха распри князей начали превращаться в полный кошмар — расплодилось слишком много разных ветвей, и каждая из них хотела власти.

Сначала Мономах, а потом и ближайшие Мономашичи стали делать ставку на Северо-Восточную Русь, в которой стремительно возникали многочисленные новые города и поселения. Здесь, на окраине, за которую не шло ранее страшных распрей различных ветвей Рюриковичей, было проще укрепить власть одной из них. Если Юрий Долгорукий, укрепившись на Северо-Востоке, попытался княжить в Киеве (где не нашёл понимания у местных и, вполне вероятно, был ими отравлен), то Андрей Боголюбский не захотел наступать на те же грабли и противостоять всем южным князьям разом, а перенёс великое княжение к себе во Владимир, попытавшись максимально ослабить Юг. Таким образом, Мономашичи спасли хотя бы часть Руси от вечных разрушительных усобиц, где уже вообще непонятно было, кто против кого. На Северо-Востоке был заложен первый камень в здание единой, свободной от феодальных распрей Руси. В здание России.

Центр государства переместился туда же, и это признали все русские князья. К сожалению, Мономашичам на Северо-Востоке не хватило времени для объединения государства — помешало монгольское вторжение. Однако если бы это единство не начало строиться, после удара монголов и одновременного натиска с Запада, скорее всего, не видать бы восточным славянам независимого государства, как своих ушей. Вообще никогда.

Итак, Россия — не просто крупнейшее восточнославянское государство и прямая наследница Киевской Руси, но и страна, благодаря которой, вероятно, восточные славяне вообще имеют сейчас независимую государственность. И история Руси — это наша история, общая с Украиной и Белоруссией. Любая иная трактовка — миф.

Пётр I сломал всё
Этот миф существует в двух основных вариантах:
Вариант 1: кровавый тиран Пётр не оставил камня на камне от традиционной русской культуры и государственности, разрушив всё до основания, а затем воздвигнув на этом месте Ад по капризу своей левой пятки, между служением Бахусу и употреблением антихристова зелья;
Вариант 2: косная лапотная Расея, окоченевшая во тьме веков и прозябавшая без жизненно необходимой европейской цивилизации, была переустроена блистательным гением Петра в худо-бедно настоящую страну, хоть, конечно, и не дотягивающую до Эльфийского Запада (да простят Валар это кощунственное предположение!), для чего, увы, пришлось действовать по-расейски варварскими методами.

Оба варианта являются потенциально русофобскими, пожалуй, в равной степени — невзирая на то, что их носителями зачастую являются люди, называющие и даже искренне считающие себя патриотами. В реальности реформы Петра были подготовлены поистине бешеным развитием России в XVII столетии после Смуты и логически его завершали.

Первые Романовы
После окончания Смуты страна лежала в руинах — постаралась старая аристократия, сильно обрадовавшаяся династическому кризису московской ветви Рюриковичей, разного происхождения авантюристы, которым тоже хотелось порулить, и любимый предками рукопожатных просвещённый Запад, в первую очередь — Речь Посполитая, которая изо всех сил пыталась с помощью этих протобелоленточных поглотить восточного соседа. В общем-то, дурное дело нехитрое: ослабшая страна не могла сопротивляться влиянию извне и процветающая Московская Русь за несколько лет была либерализована по самое не могу.
Тем удивительнее стремительное выкарабкивание страны из этой ямы, произошедшее в царствования Михаила и Алексея Романовых. Между прочим, эти цари активно опирались на Земские соборы, и по тем временам страна на общеевропейском фоне выглядела весьма демократичной. Поначалу это очень неплохо работало — беспрецедентными в истории темпами шло освоение Сибири, начались военные победы и в Европе, экономически страна переживала быстрый подъём. Но время было суровое, и для дальнейшей конкуренции с Западом требовалась централизация. В основном её, однако, провёл не Пётр, а его отец — Алексей Михайлович, окончательно заложивший фундамент под всесторонний прорыв в развитии России XVIII века.

Юность Петра
Следует отметить, что после смерти Алексея Михайловича к власти практически сразу пришёл клан Милославских — родственников первой жены покойного царя. Родственники второй жены — Нарышкины — попали в опалу и находились фактически в ссылке. Поэтому вокруг них стали группироваться силы, недовольные консервативной политикой старой аристократии, связанной с Милославскими. Были там как люди, ранее близкие к Нарышкиным, так и множество «худородных» людей, и даже из Немецкой слободы.

Тут нужно уточнить, что сама по себе европейская культура в допетровской Руси ни под каким «запретом» не была. Например, её горячим приверженцем был воспитатель молодого Алексея Михайловича (!) Борис Морозов. В царствование Алексея было введено очень много новшеств на европейский лад — в общем-то лучшее брать из Европы никто и не гнушался. Новшества эти были всеобъемлющими — от начала переустройства армии по наиболее передовым тогда образцам до начала театральных представлений в Москве.

Консервативная партия Милославских модернизацию страны приостановила, хотя и не отказалась от неё вовсе (вспомним хотя бы уничтожение местничества). Самые ярые модернисты группировались вокруг Нарышкиных и юного Петра. Таким образом, первые его начинания — и потешные войска, и даже «Всешутейший Собор» — лишь по форме были развлечениями молодого царевича, которому энергию девать некуда. По содержанию это изначально была тусовка сторонников продолжения модернизации, начатой Алексеем.

Собственно, реформы Петра
Прежде всего, Пётр занимался упрочением внешнеполитического могущества России. Для этого необходимо было решить четыре задачи:
-Создать сильную регулярную армию, что продолжало традицию «полков нового строя», которым уделялось до этого очень большое внимание, в особенности отцом Петра;
-Внедрить некоторые аспекты европейской культуры в высшие круги общества — для облегчения взаимопонимания со стремительно усиливающимися странами Запада;
-Создать задел для развития отечественной науки, взяв лучшее из европейских образцов;
-Ради всего этого модернизировать экономику.

Таким образом, Петру пришлось заниматься примерно тем же, чем занимался и Алексей Михайлович, только быстрее и в значительно больших объёмах. В наследство Петру осталось довольно централизованное государство, уже начавшее всестороннюю модернизацию. Пётр как человек, долгое время оттираемый от власти более сильными конкурентами, да ещё и в юные годы, накопил колоссальный запас энергии и решимости сравняться с отцом и превзойти его. Это ему, с оговорками, удалось, хотя следует признать, что некоторые перегибы в его деятельности были.

В результате при Петре Россия получила Прибалтику, на которую нацеливалась уже много столетий и которую, в частности, безуспешно пытался взять Алексей Михайлович, сделала первую серьёзную попытку выхода на Чёрное море и нейтрализации Крымского ханства (что также пыталась сделать со времён как минимум Ивана Грозного) и резко усилила влияние на Речь Посполитую, что подытожило эволюцию отношений двух держав в XVII веке, начавшемся польской оккупацией России. Международный престиж России взлетел на недосягаемую ранее высоту, к чему страна также шла весь прошлый век. Не только средства Петра, но и достигнутые им цели имели глубокие корни в прошлом.

Выводы о мифе
Оба варианта мифа — полная чушь.
Пётр I был одним из самых успешных правителей в истории России, а также одним из самых эксцентричных и жёстких. Но он полностью следовал пути развития России, намеченному предыдущими правителями, особенно его отцом. Таким образом, страна очень динамично и очень хорошими темпами развивалась как до Петра, так и при Петре.
Если говорить об опасностях мифа — их, как и у любого исторического мифа, довольно много, но самая главная — это неслабый плюс к культу разрушения, столь любимому нашими русофобами, и одновременно к культу ультраконсерватизма, который многие принимают за патриотизм. Настоящая любовь к Родине — это желание сохранять и приумножать её богатства и достижения, не боясь ни брать новое, ни оставлять старое, руководствуясь при этом здравым смыслом. Как и поступал реальный Пётр, а не Пётр из данного исторического мифа.

Крепостное право: русские всегда были рабами, их нещадно эксплуатировали
Миф: крепостничество имело огромное отрицательное влияние на все стороны российской жизни. Даже подумать, что оно имело какие-то положительные последствия, большинству людей кажется просто нелепым. Между тем это нонсенс с социологической точки зрения. Ни один институт не может существовать столетиями, если он не выполняет общественно значимой и, значит, позитивной функции.

Согласно основополагающему труду «Социальная история России периода империи (XVIII — начало XX вв.)» доктора исторических наук, профессора Санкт-Петербургского университета Бориса Миронова, русское крестьянство накануне отмены крепостного права (1861-й год) работало в году 135 дней и на помещика, и на себя, и больше не работало. Причем крестьянская община следила за тем, чтобы все крестьяне соблюдали установленные обычаем праздники. Нарушителей могли избить и поломать их рабочий инвентарь. А после освобождения число рабочих дней еще уменьшилось. В 1872 году число рабочих дней составило 125, а в 1902 году — 107. В 1913 году русские крестьяне имели 140 празднично-воскресных дней, а американские фермеры — 68. Но не потому, что русские крестьяне были ленивые, а не нужно было. Такая была трудовая этика: работать до удовлетворения основных биологических потребностей, и шабаш. А остальное от лукавого — алчность, стремление к богатству. Душу не спасти боялись. Другая система ценностей. Время не деньги, время — праздник и молитва, думали они.

Для сравнения: мы, современные русские, работаем примерно 220 дней в году, т.е. примерно в два раза больше.
О том, как выглядит настоящие рабство и эксплуатация можно почитать Гарриет Бичер-Стоу. Хижина дяди Тома, Эмиль Золя. Жерминаль и Фридрих Энгельс. Положение рабочего класса в Англии в 1844-м году.

Русско-Японская война — спровоцированная русским правительством бессмысленная бойня
Во время этой несчастливой для нашей Родины войны вскрылось немало недостатков и было сделано немало ошибок.
Но за советский период — видимо, чтобы как-то оправдать антигосударственные действия революционеров в 1905 году — было заботливо взращено множество имеющих хождение до сих пор легенд. Ниже приведена часть наиболее распространенных мифов о той войне:

Война была спровоцирована приобретением «шайкой Безобразова» концессий по реке Ялу.
Если бы этого не было сделано, войны бы не случилось.

Этот миф имеет две стороны.

Во-первых, — экономическую. В современных условиях достаточно спросить отказалась ли бы какая-то серьезная держава получить, например, права на разработку нефтеносного региона в какой-нибудь банановой республике ради удовлетворения чьих либо еще пожеланий? На то время Корея и была такой банановой республикой, а «лесные концессии» означали права на рубку леса в соответствующем регионе.

Во-вторых — фактическую. Начало подготовки Японии к войне, выразившееся в принятии программ строительства непосильного для этой страны в мирное время флота, следует отнести к 1895—1896, тогда как концессия на Ялу была получена лишь в конце 1896 г. и перекуплена в 1901 г. «Русским лесопромышленным товариществом», с которым был связан статс-секретарь А. Безобразов.

На самом деле, причины войны были иными. Более того, неизбежность войны тот же Безобразов справедливо предрекал еще в 1896 г. После оглушительной победы Японии над Китаем в войне 1894—1895 давление сразу нескольких великих держав во главе с Россией заставило Японию отказаться от завоеваний на континенте. Крайне удачные действия российских дипломатов при этом позволили получить России экслюзивный доступ на рынки и месторождения огромной территории северо-восточной китайской провинции Манчжурия.

При этом надо понимать, что если бы Манчжурия не оказалась под контролем российской армии, при том состоянии, в котором находился тогдашний Китай, там, на самых уязвимых в то время наших границах, очень быстро оказалась бы армия какой-нибудь третьей державы. А в опьяненной победой и полученной огромной контрибуцией Японии в то время царили настроения, предусматривающие объединение чуть ли не всей Азии в единой империи. При этом основным сдерживающим фактором в аннексии, для начала, Кореи и южной Манчжурии выступала Россия.

России, само собой, появление мощной агрессивной армии на границах малозаселенных дальневосточных земель было совершенно не нужно, так как она была бы вынуждена держать там огромную армию, что, собственно ей и пришлось делать впоследствии до нынешнего времени. Да и терять огромный манчжурский рынок было крайне невыгодно. Это и послужило основной причиной войны, которую можно было отложить, но, учитывая воинственные настроения японцев, невозможно было предотвратить. Поэтому в дилемме встречать японцев в Порт-Артуре или во Владивостоке и Иркутске царское правительство сделало единственно верный выбор.

Российское правительство всячески провоцировало Японию, потому что ему была нужна «маленькая победоносная война»
Миф основан на словах, сказанных в январе 1904 года министром внутренних дел и шефом жандармов В. К. Плеве: «Чтобы удержать революцию, нам нужна маленькая победоносная война». Плеве, кстати, вероятно, позаимствовал эту фразу у государственного секретаря США Джона Хея, о чем русофобы предпочитают не вспоминать. Эти слова относились к надвигавшейся Русско-Японской войне.

Миф очень живуч, хотя не выдерживает никакой критики. Мало того, что российское правительство до последнего старалось замять разногласия путем переговоров, даже пойдя на уступки в Корее, так еще и армия и флот оказались не готовы к началу боевых действий. Картина, в целом, удивительно напоминает 1941 год, который, видимо, стал возможным как раз из-за того, что все уроки Русско-Японской постарались забыть. Японцы напали ночью, до объявления войны, во что в Санкт-Петербурге многие не сразу поверили. Кроме того, количество войск в Манчжурии было сокращено с целью того, чтобы не спровоцировать войну.
В целом же абсолютно ясно, что до достройки Транссиба и ввода в строй броненосцев типа Бородино Россия не была готова к войне, и, следовательно, никакого смысла ее провоцировать не было. В словах же министра был иной смысл — большую и непобедоносную войну страна просто-напросто могла не выдержать из-за революционной опасности. Так, в результате, и произошло — начавшаяся революция привела к необходимости быстро заключить мир на весьма невыгодных условиях.

Строительство Китайско-Восточной железной дороги — выброс денег на ветер
Полученные в 1895 году эксклюзивные права доступа отечественных товаров на рынки и месторождения Манчжурии не могли бы быть реализованы без строительства Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД). Кроме того, сокращение длины позволило закончить восточную часть Транссиба раньше начала Русско-Японской войны. В противном случае стране, по-видимому, грозила потеря Приморья.

Свою экономическую роль КВЖД в полной мере сыграть не удалось. Южная ветка дороги (Харбин — Порт-Артур) к началу войны была только-только введена в строй и продолжала достраиваться, будучи, однако, полностью загружена коммерческими заказами. Но во время войны она была полностью занята военными перевозками, а затем досталась японцам. Северная же часть дороги вполне себя окупала до тех пор, пока под влиянием послереволюционной разрухи не была захвачена китайцами в 1920 г. Впоследствии в 1924 г. между СССР и Китем было заключено соглашение, согласно которому СССР отказалось от «специальных прав и привилегий». При этом все российские концессии вдоль дороги были ликвидированы.

Тем не менее, на момент строительства общее направление действий российских властей следует признать правильным. Недостаток скорее состоял в том, что КВЖД и Транссиб нужно было строить несколько быстрее, что позволило бы перебросить войска на фронт вовремя и добиться победы в войне.

Только полные идиоты могут назвать боевой корабль именем туземного царька
Имеется в виду минный крейсер (эскадренный миноносец) «Эмир Бухарский», вступивший в строй в 1905 г.
Нет, Царь был не идиот. Несколько серий эсминцев — «добровольцев», к которым относился этот корабль, строились на добровольные пожертвования граждан Империи в специальный фонд, учрежденный с началом войны для срочного усиления отечественного флота. Предполагалось, что первые эсминцы будут готовы менее чем за год и успеют принять участие в боевых действиях. Названия же многим из этих кораблей присваивались в честь тех, кто внёс наибольшие по суммам пожертвования были ли это общества людей или отдельные личности.

По этим названиям и сегодня можно убедиться насколько широко были распространены в стране патриотические настроения. Названия были такие: «Украйна», «Финн», «Трухменец» (в честь кочевых туркмен Ставропольской губернии), «Москвитянин», «Войсковой», «Забайкалец», «Уссуриец», «Амурец», «Донской казак», «Сибирский Стрелок», «Пограничник», «Охотник», «Казанец» и т. д. Сюда же относится и «Эмир Бухарский», поскольку находившийся в вассальных отношениях с Империей правитель лично пожертвовал 1 миллион рублей, что соответствовало стоимости изготовления полутора эсминцев. В других флотах тоже практиковалась подобная практика. В частности, английский линкор «Малайя» был построен на деньги соответствующей провинции в виде подарка родному государству.

Подвиг Варяга" - ни разу не подвиг эти криворукие русские за весь бой ни разу не попали в противника
Миф пошел из официальных японских сообщений о бое. Но имеет в принципе два аспекта - технический и моральный.
Что касается технической части, то общеизвестно, что в ходе войны японцы широчайшим образом использовали дезинформацию и эти сведения противоречат русским данным, полученным от командиров крейсеров нейтральных стран. Данные же нейтральных сторон до сих пор не опубликованы. Особое подозрение вызывает то, что количество снарядов, выпущенных японцами, согласно их данным, деже меньше, чем у "Варяга", несмотря на то, что у японцев было больше и кораблей и стволов. Это указывает на явную попытку подтасовки данных с целью завышения процента попаданий, так как корабли того времени, имея примитивные дальномеры, вынуждены были определять расстояние до противника в бою методом постоянной пристрелки, поэтому орудия каждого из участвовавших в бою крейсеров не могли делать существенных перерывов в стрельбе.

В моральном же плане именно подвигом действия "Варяга" сочли даже сами японцы. И не только они - известная песня "Варяг", как известно, поется на стихи австрийского писателя и поэта Рудольфа Грейнца. С этой точки зрения даже если случилось чудо, и ни один из сотен выпущенных "Варягом" и "Корейцем" снарялдов не попал по противнику, то отказ спустить флаг перед многократно превосходящим по силе противником служит доказательсством высокого морального духа русских моряков.
В заключение следует добавить, что само нападение японцев на русские корабли в нейтральном порту, как и высадка там десанта до объявления войны являлось нарушением международного права, но под влиянием Британской Империи и США, стоявших за спиной "маленькой, но гордой" Японии это нарушение, как и многие другие, сошло им с рук.

Вторая тихоокеанская эскадра за весь поход только один раз проводила учебную стрельбу на Мадагаскаре и при этом криворукие русские всей толпой даже ни разу не попали в неподвижные щиты
Миф взят из романа Новикова-Прибоя "Цусима", наполненного такого рода "гиперболами". Легко опровергается любыми авторитетными источниками, например
Русско-Японская война 1904—1905 г. Книга шестая. Поход 2-й Тихоокеанской эскадры на восток: Работа исторической комиссии по описанию действий флота в войну 1904—1905 гг. при Морском Генеральном Штабе. — Петроград: Типография Морского Министерства, в Главном Адмиралтействе, 1917. или Поленов Л. Л. Крейсер «Аврора». - Л.: Судостроение, 1987.— 264 с.; ил. (Замечательные корабли).
В реальности выходы на стрельбы на Мадагаскаре имели место пять раз, но не полным составом эскадры. Полученные результаты стрельб хоть и нельзя назвать блестящими, но на отдельных кораблях все было с самого начала все было хорошо, а к концу и на других стало получше. Дальнейшие стрельбы не проводились из-за накладки с подвозом дополнительных снарядов для обучения. Кроме того, отдельно упражнялись в стрельбе во время похода корабли Третьей тихоокеанской эскадры. После выверки дальномеров
полученный процент попаданий по воспоминаниям очевидцев был вполне приличным.

Только полный идиот-адмирал, поставленный таким же Царем, мог повести Вторую тихоокеанскую эскадру Цусимским проливом, а не вокруг Японии

Миф тоже взят из романа Новикова-Прибоя "Цусима". Достаточно соотнести максимальную дальность хода миноносцев (1200 миль) с расстоянием вокруг Японии (свыше 2000 миль), чтобы понять, что идти вокруг было бы безрассудной авантюрой.
Затянувшееся волнение, что в океане в этих широтах - обычное дело, могло запросто привести к гибели всех кораблей, не обладавших достаточным запасом угля из-за невозможности его погрузки и невозможности буксировки.

Поддерживали маршрут через Цусиму и участники боя в своих последующих показаниях.

http://topwar.ru/24138-rusofobskie-isto … -mify.html

Первоисточник http://ruxpert.ru/

113

Вспомнить всё

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/022013/e4d425e6bf3fac20928550e247bd233632a95b5e.jpg

Александр Музафаров
Забытые битвы империи. – М.: Вече, 2013. – 288 с.

Много ли мы знаем о Крымской войне, которая по охвату территорий, относившихся к театрам боевых действий, скорей напоминает войну мировую?
В большинстве своём можем рассказать об этом навскидку в диапазоне от «ничего» до «крайне мало».

Кто-то читал «Севастопольские рассказы», кто-то немного интересовался в историческом контексте ближневосточным вопросом, чьё-то внимание было некогда приковано к фигуре одного из главных участников той войны Николая I.
О таком топониме, как Бомарзунд, связанном с маленьким проливом на севере Балтики и одноимённой русской крепостью на Аландских островах, которая стала объектом ожесточённой атаки противников России в Крымской войне, знают, пожалуй, лишь знатоки и специалисты.

Историк Александр Музафаров в своей новой книге делает попытку устранить этот и некоторые другие пробелы в нашем историческом образовании, рассказывая о битвах, доселе у нас малоизвестных.
Во всяком случае – многим поколениям сограждан советских и постсоветских времён.

В крепости Бомарзунд в 1854 году против англо-французской группировки героически сражались плечом к плечу русские и финны, тогдашние подданные Российской империи. Крепость под натиском многократно превосходившего по численности неприятеля пала, её уцелевшие защитники попали в плен, однако добрая память о них в сердцах жителей Аландских островов живёт и по сей день.

Беда в том, что в России найдётся относительно немного людей, которые представляют себе, где они вообще находятся эти самые острова.
Но эта беда поправимая, надо просто воскрешать в общественной памяти важные моменты истории Отечества.

Два других рассказа А. Музафарова посвящены обороне Бобруйска в 1812 году и Порт-Артура в 1904-м.
Современники этих сражений не только знали о них значительно больше нас, но относились к ним как пусть и трагическим, однако бесспорно славным вехам.

В отношении белорусского города, встретившего войска Наполеона в числе первых, один из маститых историков XIX века писал:
«Ни одна крепость не была России столь полезной, как Бобруйск в 1812 году».

Что же касается Порт-Артура, то он на протяжении целого века слишком прямо, слишком непосредственно ассоциировался с бесславно проигранной японцам войной.
При этом «забылось», что защитники крепости выдержали беспримерную 11-месячную осаду.

Книга А. Музафарова достойна быть рекомендованной к прочтению всем, кому дорога российская история.

http://file-rf.ru/knigochei/75



**********


«Помощь от врагов России? Никогда!»

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/022013/ac6f9e9a0ed3724c60bf1ca34fc7da8dec36485e.jpg

Александр Боханов
Мария Фёдоровна. – М.: Вече, 2013, 448 с.

Самые, пожалуй, верные ключи к пониманию эпох отечественной истории дают качественные биографические книги, посвящённые наиболее заметным и влиятельным персонажам этих эпох. Новое издание, подготовленное известным российским историком Александром Бохановым – лучшее тому подтверждение.
Отнюдь не нуждающийся в каких-либо дополнительных доказательствах его высокой квалификации биограф представителей Дома Романовых просто-таки не мог «пройти мимо» подробного жизнеописания Марии Фёдоровны – невестки Александра II, супруги Александра III и матери Николая I.

И потому, что эта прожившая долгую, насыщенную самыми разными драматическими событиями жизнь царица стала ключевой свидетельницей всех основных событий, случившихся в России в предреволюционные десятилетия, а также в первые годы после свержения монархии.
И потому, что сама она являлась женщиной по-настоящему выдающейся, безусловно, достойной своего во всех отношениях сильного венценосного супруга.

Историческая наука относительно недалёкого от нас советского периода о русских царицах сообщала крайне скудно.
За исключением Екатерины Великой, да и то представленной далеко не всесторонне, она либо отводила им третьестепенные, малозначительные роли, либо подвергала «беспощадной критике», как, например, в случае с последней императрицей.

О том, что в действительности представляла собой жена Александра III Мария Фёдоровна, советские школьники и студенты знали в лучшем случае по отрывочным сведениям, почерпнутым у Валентина Пикуля и других тогдашних романистов.

Да и сейчас, спустя почти четверть века после краха идейно-политической монополии, добротных знаний у абсолютного большинства россиян по этой тематике добавилось, мягко говоря, не очень много.

В наш телевизионный век Мария Фёдоровна достойна не только сравнительно недавно снятого документального фильма, рассказывающего о ней как о «матери последнего русского царя Николая II, волею судьбы пережившей своих детей и внуков», но и много большего.
Скажем, крупных художественных кинополотен, более-менее полно отображающих все основные вехи её уникальной биографии.
От трагической сцены, показывающей юную принцессу Дагмар возле смертного одра её первого жениха – великого князя Николая Александровича, рано ушедшего из жизни брата будущего императора Александра III, – до пронзительного эпизода, связанного с отказом вдовствующей императрицы бежать с немцами из Крыма: «Помощь от врагов России? Никогда!».

Людям, предпочитающим телеящику книги, в этом отношении намного проще. Они могут прочесть книгу Александра Боханова.

http://file-rf.ru/knigochei/73


******************

http://uploads.ru/i/v/3/k/v3kUD.gif  В контексте поста,в разделе  ЭпохА - Библиотечка тема Интересные рецензии на интересные книги

114

Россия и мир. Торгово-промышленная московская Русь
Валерий Шамбаров

http://file-rf.ru/uploads/view/analitics/022013/bcb2b64eb3de71d5d4476dfb4bada0ad55b8a7de.jpg
Торговые ряды на Красной площади в Москве. XVII век. Художник Апполинарий Васнецов.

В исторической литературе часто встречается стереотип – отсталые московиты погрязали в рутине феодализма, и лишь при Петре I с Запада стало внедряться предпринимательство, зародились торговля и промышленность.
Действительности это не соответствует.

Ещё со времён Киевской Руси наши купцы были хорошо известны и на европейских, и на азиатских рынках. А крупные предприятия стали возникать у нас в XVI веке, одновременно с их появлением на Западе.
Это, например, Пушечный двор, Печатный двор, Оружейная палата, канатные дворы в Холмогорах и Вологде. На Урале мощно развернулись Строгановы.

Кстати, в Испании и Франции в эту эпоху торговля и промыслы считались «подлыми» занятиями, и для дворян они запрещались.
В Голландии и Англии предпринимательство подмяли крупные купцы и финансисты.

В России этим занимались все: крестьяне, посадские (горожане), дворяне, стрельцы, казаки, бояре, духовенство.
Швед Кильбургер писал: «Русские от самого знатного до самого простого любят коммерцию».

http://file-rf.ru/uploads/2013/2/22/002--380261.jpg
Развитие бумажного дела в России в XVII веке.

Правительство поощряло торговлю, пошлины были невысокими.
В результате к концу XVI века уже сложился единый всероссийский рынок с товарной специализацией различных областей.
Москва поставляла изделия скорняков, сукноделов, оружейников, золотых дел мастеров;
Подмосковье – овощи и мясо; масло шло из Среднего Поволжья;
рыба – с Севера, из Астрахани;
изделия кузнецов – из Серпухова, Тулы, Тихвина, Галича, Устюжны;
кожа – из Ярославля, Костромы, Суздаля, Казани, Мурома.
На деревянных изделиях специализировалось Верхнее Поволжье, на каменном строительстве – артели из Пскова и Новгорода.
Ткацкое производство развивалось в Москве и Ярославле, Псков поставлял продукцию изо льна и пеньки, Вязьма – сани, Решма – рогожи.
Из Сибири шли меха, из Астрахани – продукция виноградарства, виноделия, садоводства, бахчеводства.

Крупнейшим центром торговли была столица. Кильбургер писал: «В Москве помещается больше торговых лавок, чем в Амстердаме или хотя бы в ином целом княжестве».
Рынки шумели и во всех других городах, а их в России насчитывалось 923. Самая большая ярмарка собиралась в Холопьем городке на Волге, с 1620-х годах она переместилась в Макарьев. Оборот её достигал 80 тыс. рублей (для сравнения, корова стоила 1 – 2 рубля, овца – 10 копеек).
Весьма значительными ярмарками были Архангельская, Тихвинская, Свенская (под Брянском). В Верхотурье была организована зимняя Ирбитская ярмарка, связанная с Макарьевской, на неё собиралось до тысячи купцов.

Иностранцы отмечали высочайшую честность русских. Олеарий упоминает, как рыбаку на Волге по ошибке переплатили за улов 5 копеек. Он пересчитал и вернул лишнее. Поражённые таким поведением немцы предложили ему взять сдачу себе, но он отказывался от незаработанных денег.

Самых солидных купцов и промышленников, имевших оборот не менее 20 тысяч рублей в год, называли «гостями». Но это было не сословием, а чином, который персонально жаловался царём.

Человек, ставший «гостем», вводился в верхушку государства. Считалось, если он сумел нажить большое состояние, то является ценным специалистом, его опыт надо использовать. «Гости» были приближены к царю, получали право непосредственного доступа к нему, освобождались от налогов.

Они становились экономическими советниками и  финансовыми агентами правительства. Через них казна вела заграничную торговлю, поручала им руководить сбором пошлин, передавала подряды на строительство, на поставки для армии, на государственную монопольную торговлю – пушную, винную, соляную.

Из «гостей» выделялись Строгановы. У них действовало более 200 соляных варниц, ежегодная добыча соли составляла 7 млн. пудов, обеспечивая половину потребности страны.
В их владениях велось также производство железа, торговля мехами, развивалось строительство и художественное ремесло. «Гостю» Светешникову принадлежали большие кожевенные предприятия в Нижнем Новгороде, Емельянову – мастерские по выделке льняных тканей в Пскове. Василий Шорин вёл значительную торговлю внутри России, с Персией, Средней Азией, был таможенным головой в Архангельске.

На соляных промыслах разбогатели «гости» Шустовы, на внутренней и внешней торговле – Патокины, Филатьевы. В сибирской торговле заправляли Босые, Ревякины, Балезины, Панкратьевы, Усовы. В Новгороде ворочали делами Стояновы.

В торгово-промышленной иерархии за «гостями» следовали гостиная и суконная сотни. В них насчитывалось около 400 человек. Гостиная вела торговлю с Востоком, суконная – с Западом.
Входившие в них предприниматели тоже пользовались значительными привилегиями и налоговыми льготами, занимали видное место в финансовых и экономических делах государства, имели своё самоуправление. Ну а к низшему разряду предпринимателей относились жители чёрных слобод и сотен (мелкие лавочники и ремесленники, платившие подати, потому и «чёрные»).

Вовсю торговали и крестьяне, боярские вотчины, монастыри.
Например, в 1641 году в закромах Троице-Сергиева монастыря хранилось 2 тыс. тонн зерна, на конюшнях числилась 401 лошадь, в кладовых – 51 бочка пива с собственных пивоварен, десятки тонн рыбы с собственных ловов, в казне насчитывалось 14 тыс. руб., а корабли, принадлежащие монастырю, можно было встретить и в Белом море, и у берегов Норвегии.

...................................

Продолжение под катом:

Продолжение статьи  Россия и мир. Торгово-промышленная московская Русь

http://file-rf.ru/uploads/2013/2/22/004--380261.jpg
В 1653 году был принят «Таможенный устав», заменивший множество разнообразных таможенных сборов на единую пошлину

Таможенный устав, принятый в 1653 году, отменил разнообразные местные сборы с купцов, для всей торговли внутри страны ввёл единую пошлину: 10% с соли и 5% с остальных товаров.
В результате огромная Россия окончательно стала «единым экономическим пространством». Кстати, произошло это намного раньше, чем в Западной Европе, где всё ещё действовали многочисленные таможни на границах городов, княжеств, провинций (во Франции внутренние таможенные тарифы накручивали до 30 % стоимости товара).

Что касается международной торговли, то наша страна была одним из крупнейших её центров задолго до «прорубаний окон».

Русские купцы постоянно бывали и вели дела в Копенгагене, Стокгольме, Риге, в городах Германии, Польши, Турции, Персии. А к нам отовсюду ехали иностранцы со своими товарами.
Немец Айрман в Москве был удивлён, описывая множество «персиян, татар, киргизов, турок, поляков… лифляндцев, шведов, финнов, голландцев, англичан, французов, итальянцев, испанцев, португальцев, немцев из Гамбурга, Любека, Дании». «Эти нации все имеют свои особые лавки, открытые ежедневно, там видны чудеса за чудесами, так что по непривычке к их странным обычаям или национальной внешности часто более обращаешь внимание на их персоны, нежели на их чудесные товары».

В Архангельск каждый год приходили десятки кораблей, везших сукно, часы, зеркала, вина, трикотаж.
В Астрахань привозили из Ирана шёлк, сафьян, бархат, платки, ковры, безоар, бирюзу, индиго, ладан, нефть.
Татары и ногаи вели в Астрахани большую торговлю скотом,  пригоняли в Москву на продажу огромные табуны коней – в качестве пошлины с них брали 10% лошадей для русской кавалерии.
Из Монголии с 1635 года поставляли китайский чай. Бухарские купцы везли хлопчатобумажные ткани, лучшую в мире бумагу, китайский фарфор, шёлковые изделия.
Через Среднюю Азию торговали и индусы, их представительства возникли в Москве, Нижнем Новгороде, много их осело в Астрахани, где им разрешили построить «Индийский двор» с домами и храмом Вишну. И в Россию потекли индийские драгоценности, благовония, пряности.

http://file-rf.ru/uploads/2013/2/22/003--380261.jpg
Поморские промыслы славились солеварнями. Кандалакша на старинной гравюре.

Торговля обогащала казну.
Например, в Архангельске были случаи, когда годовая прибыль от пошлин достигала 300 тыс. руб. (что составляло 6 тонн золота). А потоки товаров со всех стран создавали картину чуть ли не сказочного изобилия. Иностранцев поражало,  что женщины из простонародья позволяли себе наряжаться в шёлк и бархат.
Очень дорогие в Европе пряности были доступны простолюдинам, их добавляли в выпечку, делая пряники. Чех Таннер ахал: дескать, в Москве «мелкие гранёные рубины до того дёшевы, что продаются на вес – 20 московских или немецких флоринов за фунт». Австриец Гейс насчёт русского богатства  замечал: «А в Германии, пожалуй, что и не поверили бы». А француз Маржерет делал вывод: «Подобного богатства нет в Европе».

Конечно же, Россия не только ввозила товары, но и сама немало производила.
Экспортировала воск – 20–50 тыс. пудов в год, смолу, дёготь, поташ, меха, зерно.
Вывозилось также сало – 40–100 тыс. пудов, мёд, пенька, лён, конопля, соль, аир, ревень, моржовая кость, ворвань (тюлений жир), рыбий клей, слюда, речной жемчуг.
Икра тогда экспортировалась преимущественно в Италию, где она считалась деликатесом.
За рубеж продавались до 100 тыс. кож в год, выделанная юфть, войлок, мешки, ювелирные украшения, оружие, конские сбруи, изделия резчиков по дереву.

Российская экономика XVIIвека во многом отличалась от западных моделей.
Её ключевыми звеньями являлись сельские и ремесленные общины, артели, самоуправляемые городские концы, слободы, улицы, сотни.
Даже западник Герцен вынужден был признать, что экономическая организация русских общин являлась полной противоположностью принципу Мальтуса – «выживает сильнейший».
В общине для каждого находилось место. А уж какое место – более или менее почётное, более или менее сытное, зависело от личных качеств человека. Это было не отставание, а самобытная модель, национальный стереотип взаимоотношений.

Ремесленные общины имели некоторое сходство с европейскими цехами. В них существовало своё выборное самоуправление.
Так, в Москве Тверская-Константиновская хамовная (ткацкая) слобода избирала на год 2 старост, 4 целовальников и 16 десятских. Действовали свои внутренние правила, были свои праздники, патрональные церкви, осуществлялся контроль за качеством продукции.

Но между русскими общинами и западными цехами существовали и заметные различия.
Французский промышленник Фребе писал: «Цехи в России не подавляют талантов и не делают помех в труде». Не было мелочной регламентации количества изготовленных товаров, цен, применяемых технологий и инструментов. Перевод подмастерьев и учеников в мастера или приём новых мастеров в организацию осуществлялся намного легче, чем на Западе.
Если имеешь достаточные навыки и средства – пожалуйста. Но многие ремесленные сотни и слободы более правомерно было бы сравнивать не с цехами – они представляли собой мануфактуры «рассеянного типа». Сбывали продукцию для перепродажи крупным торговцам, централизованно поставляли её для государственных нужд или на экспорт.

Михалон Литвин признавал, что «московиты отличные хозяйственники». Нашим предкам было уже хорошо знакомо акционирование – многие предприятия, вроде соляных варниц, рыбных промыслов, являлись «обчествами на паях».
Торговцы прекрасно умели пользоваться кредитом. Олеарий описывал, как оптовики скупали привезённые англичанами сукна по 4 талера за локоть, но в долг. Тут же перепродавали лавочникам по 3 – 3,5 талера, но наличными. А ко времени возврата долга успевали 3 – 4 раза пустить деньги в оборот, с лихвой покрывая прибылью начальный убыток.

http://file-rf.ru/uploads/2013/2/22/005--380261.jpg
Меховой промысел в Древней Руси.

Широко практиковались договорные отношения.
Скажем, до нас дошла «Подрядная запись» строительной артели: «Поручились есмь друг по друге круговою порукою и дали мы на себя сию запись Боровского уезда Пафнутьева монастыря архимандриту Феофану да келарю старцу Пафнотию з братией в том, что подрядились мы, подрядки и каменщики, в том Пафнутьевом монастыре сделать колокольню каменную». Оговаривались стоимость работы – 100 рублей и возможность взыскать неустойку: «Ежели… самым добротным мастерством не сделаем… или учнём пить и бражничать или за каким дурном ходить… взять им, архимандриту Феофану и келарю старцу Пафнотию з братией по сей записи за неустойку 200 рублев денег».

Существовало в общинах и внутреннее страхование.
Хуан Персидский сообщал, что у муромских кожевников дубление кож производится «в тысячу и одном доме», где закладывается «по тысяче и одной коже», и если у кого-то они сопреют, коллеги дают ему по одной коже, и получается у всех по тысяче.

С XVII века промышленная революция в России пошла очень бурно.
В дополнение к прежним предприятиям, строятся новые. Появляются казённые швейные мануфактуры, шёлковая мануфактура, новые типографии, оружейные и пороховые фабрики. Возникают кирпичные заводы – казённые, частные, монастырские. Организуются многочисленные судоверфи, красильные и белильные мастерские, винокуренные заводы, кожевенные, поташные, суконные, ткацкие, солеваренные предприятия. Разрабатывались железные, свинцовые, оловянные рудники. В Угличе, Ярославле и Устюге добывали селитру, в Вятке серу.

Привлекали и иностранных специалистов. В 1635 году начал действовать Духанинский стекольный завод, построенный итальянцами. В 1637 году вступил в строй «железоделательный» завод в Туле, основанный голландскими купцами Марселисом и Виниусом.
Предприятие оказалось очень выгодным как владельцам, так и государству – по условиям договора казне отчислялась часть продукции. И те же предприниматели получили лицензии на организацию новых металлургических заводов. Они стали расти как грибы – под Вологдой, Костромой, Каширой, на Ваге, Шексне, в Малоярославецком уезде, Олонецком крае, под Воронежем. С помощью иностранцев в Москве был построен часовой завод.

Впрочем, преувеличивать вклад чужеземцев в развитие страны не стоит. Использовались их знания, опыт, их капиталы. Но при Михаиле Фёдоровиче и Алексее Михайловиче правительство в первую очередь старалось соблюдать национальные интересы.
И если итальянцы взялись строить стекольный завод, то им в помощь были выделены русские мастера, освоили технологии – и наряду с Духанинским возник казённый Измайловский завод, изготовлявший «довольно чистое стекло». Первую бумажную фабрику построили на Пахре немцы, а от неё точно таким же образом отпочковалась русская – на Яузе.

Хищничать в ущерб России и её гражданам иностранцам не позволяли.
В разрешениях Марселису и Виниусу на строительство заводов особо оговаривалось – «тесноты и обид никому не чинити и промыслов ни у кого не отнимати», а работников дозволялось нанимать только «по доброте, а не в неволю». Лицензии давались на 10–15 лет с возможностью последующего пересмотра.

В 1662 году, когда вышли сроки разрешений, половина металлургических заводов, понастроенных компаньонами, была «отписана на государя». Получили прибыль – и будьте этим довольны.
А для дальнейших прибылей оставили вам другую половину – и тоже будьте довольны. Не на своей земле хозяйничаете. Несмотря на неоднократные просьбы, уговоры, присылку посольств, ни голландцы, ни англичане, ни французы, ни датчане, ни шведы так и не получили права на транзитную торговлю с Востоком через территорию России. А в 1667 году по инициативе канцлера А. Л. Ордина-Нащокина были приняты Новоторговый устав, вводивший жёсткие протекционистские меры по защите отечественных купцов и предпринимателей от иностранных конкурентов.

Но в России, как уже отмечалось, предпринимательством занималось не только купеческое сословие. Этих дел не чуралась и высшая знать.
Князь Пожарский являлся совладельцем нескольких соляных варниц, ему же принадлежало «сельцо» Холуй с мастерскими иконописцев и художественных росписей.
Боярин Морозов построил в своих вотчинах металлургический завод, использовавший передовую «вододелательную» технику, а также поташные и винокуренные заводы. Владельцами крупных предприятий были бояре Милославские, Одоевские.

Предпринимателями были и сам царь с царицей.
Придворный врач Коллинз описывал, как в семи верстах от Москвы были построены «красивые дома» для обработки пеньки и льна, «которые находятся в большом порядке, очень обширны и будут доставлять работу всем бедным в государстве… Царица будет заведовать женщинами в этом заведении для своих польз и выгод». Всего же при Михаиле Фёдоровиче и Алексее Михайловиче было создано более 60 «дворцовых» мануфактур.

Результатом промышленной революции стало то, что к середине XVII столетия Россия поставляла на экспорт не только меха, воск и мёд. А ещё и ткани, парусину, канаты (один лишь Холмогорский двор обеспечивал канатами четверть кораблей британского флота). На экспорт пошли и пушки. «За море повольной ценою» продавалось до 800 орудий в год!

http://file-rf.ru/uploads/2013/2/22/006--380261.jpg
Литьё и производство пушек в Москве. XVII век.

В это же время продолжалось активное освоение Урала.
Здесь были построены металлургический завод Далматова монастыря, Ницынский завод, Невьянский завод (тот самый, который Пётр впоследствии подарил Демидову). В прошлые века дефицитным сырьём для России была медь. Русские купцы получали задания скупать за рубежом даже медный лом.
В XVII столетии наконец-то нашли медную руду вблизи Соли Камской, тут был основан казённый Пыскорский завод, впоследствии на его базе был развёрнут завод братьев Тумашевых.

Осваивалась и Сибирь. Во второй половине XVII века здесь стали во множестве возникать мыловаренные, свечные, деревообрабатывающие мастерские, винокуренные и пивоваренные заводы.
В Енисейске в 1670-е годы исследователи насчитывают 24 ремесленные специальности, в Томске – 50, в Тобольске – 60. Уже и здесь стали организовываться крупные предприятия. Например, кожевенные, обрабатывавшие по тысяче и более кож в год. А на этой базе развернулась обувная промышленность.
В Сибири лаптей не носили. Кожи и сапоги поставлялись в Среднюю Азию, Монголию, Китай. На всех реках действовали судоверфи.

Крупные соляные варницы функционировали в Енисейском крае, Якутии, под Иркутском и Селенгинском.
Сибирь стала сама обеспечивать себя солью. И железом тоже. В Верхотурском, Тобольском, Тюменском, Енисейском уездах отмечали «кузнецов и бронных мастеров многолюдство».
Всё шире велась разведка полезных ископаемых. Начались разработки слюды в Западной Сибири, Енисейске, Прибайкалье, её вывозили в Москву, экспортировали в Европу. Нашли «камень наздак» у Невьянского острога, минеральные красители на Витиме, строительный камень в Верхотурье. На Охотском море открылся жемчужный промысел.

Железо обнаружили в Якутском уезде, в Прибайкалье и Приамурье. Селитру – на Олекме. Разведали цветные металлы, серебро. На Аргуни начали выплавку свинца.
Уже осваивались Нерчинские месторождения. Правда, в большинстве случаев на местах будущих сибирских разработок только ещё закладывались первые пробные шурфы, делались первые опытные выплавки.
Но они уже были открыты, и столь авторитетные исследователи Сибири как С. В. Бахрушин и С. А. Токарев однозначно установили: «Изыскания академиков XVIII века базировались на предшествующие поиски и опыт служилых людей XVII столетия».

Таким образом, говорить об «отставании» России от Запада в допетровские времена отнюдь не приходится. Факты свидетельствуют о противоположном.

http://file-rf.ru/analitics/830

***************

http://uploads.ru/i/v/3/k/v3kUD.gif  В контексте статьи,в разделе Кошелёк или Жизнь... темы:
Россия и российская действительность
Мировая экономика и аспекты политики
и другие темы

115

Россия и мир.
«Держать к ним ласку и бережение…»

Файл-РФ,Валерий Шамбаров,12 марта

http://file-rf.ru/uploads/view/analitics/032013/b0dd6a5c649b41e14f8fd62e1d96791e9204bedb.jpg
Сбор ясака в Сибири. Миниатюра из Ремезовской летописи.

«Держать к ним ласку и бережение…»
Так повелевал московский государь своим воеводам в Сибири относиться к местному населению.
Царские указы категорически запрещали обращать сибирских жителей в холопство.
Они полностью сохраняли свои угодья, самоуправление, верования, традиции.

Что кардинально отличается от политики испанских и португальских колонизаторов Нового Света,
не говоря уже о «покорителях» Северной Америки из протестантских стран.

Когда мы слышим об «Эпохе великих открытий», перед глазами невольно предстают отважные учёные и самоотверженные капитаны,
героически исследующие «белые пятна» на карте Земли, сражающиеся с жестокими и коварными дикарями.
Или несущие зачатки культуры наивным и примитивным туземцам.

Но никто почему-то не задумывается, насколько некорректна терминология.
Высокоразвитые цивилизации Индии, Китая, Индокитая, Персии, Африки существовали тысячелетиями, по многим показателям превосходили европейцев,
а их, оказывается, до XVI – XVII веков «не открыли»!

Да и картина «открытий» была далека от романтических идеалов.
Причиной европейской экспансии, охватившей земной шар, была элементарная алчность.

В ту эпоху колоссальные прибыли приносила перепродажа восточных товаров, особенно шёлка и пряностей. При тогдашних технологиях пряности требовались, чтобы заготовить впрок мясо.
А шёлк для европейцев, мывшихся крайне редко, был единственным средством уберечься от вшей и блох.
Но перевозки по Средиземному морю монополизировали итальянцы, чужих к богатой «кормушке» не пускали.

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/12/002--380261.jpg
Высадка Колумба в Америке. Художник Д. Вандерлин.

Португальцы принялись искать другие дороги, вокруг Африки. От посторонних ограждались заранее.
Заплатили папе Римскому за грамоту, предоставляющую Португалии исключительное право на все открытые земли и плавания у Западной Африки.
Любого чужого, забравшегося в эти воды, казнили как нарушителя папской воли, стало быть – еретика.

Именно из-за этого испанцы заинтересовались идеей генуэзца Колумба поискать путь в Индию в ином направлении.
Но открытие Америки, принятой за Индию, привело к международной ссоре. Португалия доказывала, что Испания нарушила её привилегию.

За разрешением спора обратились к папе Александру VI Борджиа. 
Почтенный понтифик содрал солидный куш с обеих сторон, а земной шар, не мудрствуя лукаво, разделил надвое по «папскому меридиану» в 370 лигах к западу от островов Зелёного мыса. Всё, что лежит западнее, пускай берёт Испания, а восточнее – Португалия.

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/12/003--240.jpg
Со времен конкисты в испанский язык вошёл глагол aperrear — отдать на растерзание псам.
Индейцы боялись псов пуще коней, пушек и аркебуз. Средневековая гравюра.

Первооткрыватели действовали столь же радикально.
Колумб, назначенный генерал-губернатором Америки, чтобы привлечь испанских переселенцев, ввёл систему «репартименто» – раздавал в полную собственность земли вместе с индейцами.
Индейцам это, конечно, не нравилось, они восставали, а их за это истребляли. Так, на о. Эспаньола (Гаити) специально для охоты за индейцами завезли множество собак. Загнали в скалы и болота и выморили голодом. Добавились эпидемии, завезённые европейцами.
Население Антильских островов, составлявшее около 1 млн. человек, за полвека исчезло. С 1501 года сюда стали завозить рабов.

Отряды конкистадоров высадились на материке. Местные жители ещё не знали стали, огнестрельного оружия, не видели раньше лошадей, принимали белых за богов. А здешние империи ацтеков и инков удерживали в жестоком рабстве множество народов. Теперь они выходили из повиновения.

Когда 800 солдат Кортеса осаждали Мехико, на их стороне сражались 200 тыс. союзных индейцев. Одолевали шаг за шагом, покоряли страну за страной.
Мятежи подавлялись, местная культура уничтожалась. Последний город-государство майя, Тайясаль, спрятавшийся в джунглях Гватемалы, был захвачен только в 1698 году. Между прочим, в России в это же время Пётр I разыскивал диковинки, приказал искать и покупать памятники старины.
А в Тайясале были разрушены дворцы и храмы, сожжена огромная библиотека – история целого народа мгновенно обратилась в пепел.

Ну а португальцы, обогнув мыс Доброй Надежды, попали в Индийский океан.
Он оказался весьма оживлённым перекрёстком морских трасс. Китайцы и малайцы были частыми гостями в Африке, арабы и армяне – в Китае, были корабли, перевозившие по 2 тысячи человек.
Португальцы с изумлением любовались белокаменными городами Мозамбика, их удивляли гавани, переполненные судами.

А когда корабли Васко да Гамы пришли в индийский порт Каликут, выгрузили товары и подарки для местного правителя – куски ткани, бочонки с вином и маслом, пришла пора изумляться индусам. Они пояснили, что никто не преподносит правителю столь ничтожных подарков.
Выяснилось, что по здешним меркам европейцы просто нищие. Торговать на изобильных индийских рынках им нечем. С приплывающими моряками дошли слухи и о том, что португальцы разбойничали у берегов Африки. Их попросили уйти прочь.

Тогда Васко да Гама занялся пиратством. Привёз домой массу добычи, и по его следам ринулись эскадры.
Население Португалии не превышало 1 млн. человек, а азиатские страны были куда могущественнее южно-американских. Завоевать их было нереально.
Но западные пушки были лучше индийских, а каравеллы более быстрыми и манёвренными, чем океанские суда индусов и арабов.
Португальцы задумали захватить море. В процветающих странах с веками сложившимися традициями никто не ждал, что к ним может ворваться горстка чужеземцев и крушить всё и вся.

Жестокость преднамеренно усугубляли, парализуя людей ужасом. Индийским послам, отправленным недружественным правителем Кочина на переговоры в Каликут,
Васко да Гама велел отрезать носы и уши, пришить собачьи.
Пленных расчленяли заживо, подвешивали и расстреливали из арбалетов, распинали. Пользовались и тем, что властители Азии враждовали между собой, вовлекали их в союзы. Были заняты ключевые пункты в Индии, Персидском заливе, Малакке. Отсюда высылались морские патрули, топившие любые непонравившиеся суда.

Народы восточных стран оказались не готовы к отпору.
А их экономика тесно переплеталась с внешней торговлей. Те же пряности производились на экспорт.
В результате местные правители сочли за лучшее договариваться с пришельцами. Покупали у них специальные пропуска на мореходство, выделяли места для баз и факторий, поставляли товары по навязанным ценам.
Что же касается «европейской культуры», то миссионер Франциск Ксавье, побывавший на Молуккских островах, писал, что знакомство туземцев с португальским языком ограничивается спряжением глагола «грабить», причём «местные жители проявляют огромную изобретательность, производя всё новые слова от этого глагола».

..............................

Продолжение под катом:

Продолжение статьи   Россия и мир. «Держать к ним ласку и бережение…»

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/12/005--380261.jpg
Конкистадоры победили только за счет огнестрельного оружия.
В доселе бедненькую Европу хлынули колоссальные богатства. Именно они, а не передовая наука или общественно-политическое устройство обеспечили взлёт всей Западной цивилизации.
К борьбе за колонии подключились Англия, Голландия, Франция. Они разрешения у папы уже не спрашивали. Хватали, что «плохо лежит».
Кабот, венецианец на британской службе, обнаружил о. Ньюфаундленд, приняв его за Китай. Но, несмотря на ошибку, объявил «Китай» владением Англии!
А флорентиец на французской службе Веррацано провозгласил земли от Флориды до Ньюфаундленда «Новой Францией».

Новые колонизаторы сперва были слабоваты спорить со старыми. Да и для завоеваний силёнок у них не хватало. Влезали хитростью. Англичане заигрывали с индийскими и индонезийскими правителями, прикидывались друзьями, предлагали себя в союзники против португальцев.
А за это выпрашивали привилегии в торговле, право строить крепости. В Америке прибирали земли, не нужные испанцам.

У британских королей вечно не было денег, поэтому американскими территориями они расплачивались за долги, награждали ими за важные услуги. В религиозном раздрае XVII столетия туда принялись ссылать радикальных сектантов.
А многие сектанты сами побежали за океан от преследований. Разные секты враждовали между собой, и по берегу возникла цепь отдельных колоний, которые впоследствии превратятся в штаты США.

В Африке племенная верхушка слишком увлеклась европейским образом жизни и товарами. Так, в Конго, правитель принял титул короля, прочая знать – герцогов, маркизов, графов. Подданные в набедренных повязках плясали под барабаны у костров, а их вожди нарядились в европейские платья и парики, строили дворцы, танцевали чопорные менуэты, покупали лучшие вина и деликатесы, отправляли детей учиться в Лиссабон.
Это стоило дорого, но португальцы брали оплату рабами. Чтобы добыть их, конголезские короли и графы продавали своих подданных, вели войны, перессорившись со всеми соседями. А португальцы помогали и соседям, продавали оружие – за рабов. Королевство пало.
Прочих вождей это не образумило. Работорговля стала считаться нормальной и важной статьёй дохода. Ради этого велись постоянные войны, силы Африки подрывались, готовилась почва для её порабощения.

Со временем англичане, голландцы, французы взяли верх над старыми колониальными империями. Но даже это отразилось в истории весьма своеобразно. Бесчинства испанцев и зверства инквизиции стали как бы хрестоматийными, выставляются напоказ.
А англичане или голландцы выглядят добродушными, благородными парнями. Даже их пиратство против испанцев выглядит вполне оправданным. Потому что писали историю победители. На самом же деле картина была обратной.

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/12/004--380261.jpg
Насильники и носильщики.
Испанцы использовали индейцев в качестве тяглового скота. Средневековая гравюра.

Когда испанские солдаты завоевывали Америку или Филиппины, они и в самом деле вели себя очень круто. Но после того, как народ покорился, его обращали в католицизм, люди признавались подданными испанского короля, попадали под защиту законов.
Колумбовская система «репартименто» через несколько десятилетий была отменена. Испанские дворяне считали честью жениться на индейских «принцессах» – дочерях вождей. Бывшие владения Испании до сих пор населяют потомки древнего населения, хоть оно и перешло на испанский язык и отчасти смешалось с завоевателями.

Протестанты оказывались куда более свирепыми поработителями, чем католики. В буржуазных Нидерландах государством заправляли крупные олигархи, и их не интересовал ни территориальный размах своей империи, ни количество подданных. Их занимала только прибыль. Распространением христианства захватчики тоже себя не утруждали. Они исповедовали кальвинизм, и в соответствии с этой верой считали себя единственным «богоизбранным» народом.
А «дикари» обязаны трудиться на «богоизбранных», их скопом объявляли рабами. В случае неповиновения объявлялось, что они выступают против самого Бога! За столь страшную вину истребляли целые народы – население островов Банда, Лонтор, Серам, Амгон, Рун.
Они специализировались на выращивании пряностей, продукты были привозными. Голландцы окружали острова кораблями, пушками отгоняли жителей от берега и ждали, когда они вымрут от голода. Потом для работы на плантациях привозили рабов с других островов.

Не менее жестоко вели себя англичане. Среди британских переселенцев, а потом граждан США бытовала пословица: «Хороший индеец – мёртвый индеец». Результат известен.
В Северной Америке до завоевания европейцами обитало около 2 млн. коренных жителей. Сейчас их осталось менее 200 тыс., и большинство – в Канаде. В Индии хищническое хозяйничанье британских колонизаторов несколько раз приводило к катастрофическому голоду, когда вымирали десятки миллионов людей. Кстати, и в столь выгодном промысле, как торговля рабами, англичане быстро обогнали португальцев.
Из Африки в Америку было вывезено 13 миллионов человек. Примерно столько же погибло при транспортировке (потери в 50% считались нормальными, вроде усушки-утруски). И вдвое больше погибли в войнах за захват невольников.

Китай был слишком уж большим и многолюдным для завоевания. Но Англия и Франция дважды, в 1848 и 1858 гг. развязывали опиумные войны. Бомбардировали флотами китайские порты, пока правительство не разрешило ввоз опиума.
Народ порабощали, превращая в наркоманов, и это не требовало затрат, а приносило колоссальные прибыли! Для слабых и миролюбивых аборигенов Тасмании подобных ухищрений не понадобилось.
Их истребили полностью – и не в средневековую эпоху, а в «цивилизованном» ХIХ веке. А в Кении в отместку за восстание и убийство 32 «белых» умертвили более 300 тыс. Это ещё более близкая эпоха, 1950-е годы.

Вот такими были последствия «великих открытий», распространения «западной культуры».

Расширение России на восток зарубежными исследователями нередко приравнивается к колониальной политике западных стран.
Да и отечественные историки XIX века, ослеплённые собственным преклонением перед Западом, называли землепроходцев «нашими Кортесами»,
а Сибирь «вторым Новым Светом».

Хотя реальные процессы разительно отличались.
Русские в Сибири не имели такого военно-технического превосходства, как западные державы по отношению к странам Америки или Африки.
У восточных народов была сильная конница, развитая металлургия, нередко имелось огнестрельное оружие.
Русских было очень мало. В начале XVII в. – 2–3 тыс. служилых людей на всю Сибирь.
Базировались они не по морским берегам, не могли получить быструю помощь флотов и армий. Из сибирских городов в Москву ездили по несколько лет.

Тем не менее, экспедиции по 10–20 человек продвигались в таёжном море, приводили местных жителей в подданство царю, облагали ясаком (данью).
А потом на сбор ясака ходили к отдалённым племенам по 1–2 человека. Казалось бы, стрела в спину – и ищи-свищи. Не вернулся человек из тайги, мало ли что случилось?
Но возвращались, новые сведения привозили.

В чём же дело? А в том, что механизм взаимоотношений не был «завоевательным». Ясак не был обременительным.
С главы семьи брали в год от 1 шкурки лисицы до 30–40 соболей (с крупного хозяина, имеющего много родни и работников). Для племён, промышляющих охотой, это было не тяжело.
Но ясак был не безвозмездным! Он считался царской службой. Сдавший его получал «государево жалованье» – ремесленные изделия, ткани.
После сдачи ясака сибиряки получали и право свободно продавать излишки мехов. Возникали ярмарки, купцы привозили разнообразные товары. Это оказывалось выгодным.

А главное – ясачному обеспечивались покровительство и защита со стороны русских.
В Сибири это было очень важно. Ермак смог победить из-за того, что Кучум был захватчиком, силой удерживал в узде и грабил местное население.
Точно так же и в другие времена селения по Оби, Иртышу, Енисею подвергались набегам степняков, а на Дальнем Востоке их пыталась подмять китайская (маньчжурская) империя Цин.
Во всех случаях местные жители предпочитали власть русских. Постоянно вспыхивали и внутренние драки между сибирскими родами и племенами.
Отбирали друг у друга скот, имущество, обращали в рабство, облагали данью. Русские заступались, гасили конфликты.

При этом никакого порабощения они с собой не несли. Царские указы категорически запрещали обращать ясачных в холопство.
Они полностью сохраняли свои угодья, самоуправление, верования, традиции. Наказы и инструкции государей воеводам раз за разом повторяли одно и то же: «Приводить инородцев под высокую государеву руку» и собирать ясак «ласкою, а не жесточью».
«Держать к ним ласку и привет и бережение, а напрасные жесточи и никакие налоги им ни в чём не чинить некоторыми делы, чтоб их в чём напрасно не ожесточить и от государевой милости не отгонить».
К ясачным запрещалось применять смертную казнь, даже в случае восстаний!

А русским казакам, охотникам, крестьянам, потянувшимся в Сибирь на промыслы, строго возбранялось «угодья у ясачных имати».
Дозволялось селиться только на «порозжих местах». За притеснения и попытки отнять чужую землю били кнутом.

Так что история с покупкой Манхэттена за 24 талера в России никак не прошла бы.

Сражения случались. Первое знакомство русских с тем или иным племенем нередко начиналось с вооружённых столкновений.
Но, как правило, очень быстро устанавливалось взаимопонимание. Якуты, юкагиры, тунгусы обращались к русским с просьбами защитить от соседей, выручить из плена сородичей.

Многие местные жители в спорных ситуациях предпочитали идти на суд не к своим князькам и тойонам, а к русским воеводам и атаманам, считая их суд более справедливым. А с бурятами отношения сложились настолько дружеские, что в документах тех времён их называют не буряты, а «браты», «братские люди».

Иностранцы ещё в XVII в. удивлялись, как «горсть людей овладела таким громадным пространством».

Ответ они давали верный: причиной успеха стало вовсе не «покорение военною силою, но по убеждению туземцев и исключительно в надежде на выгоду в будущем от торговых отношений с московитянами». Но играла роль не только материальная выгода.
Американский сенатор Бэверидж, посетивший в1901 г. Дальний Восток, отмечал: «Русский отличается от других наций тем, что он не проявляет никакого оскорбительного способа обращения с расами, с которыми превосходно уживается».

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/12/006--380261.jpg
Мангазея – русский город в Западной Сибири на правом берегу реки Таз, названный по имени местного племени ненцев.
Существовал в 1601 — 1672 гг. Общая панорама города в XVII в. Реконструкция.

Местных жителей уважали, признавали равными. Кстати, никогда не «учили их жить». Зато сами не гнушались учиться, перенимали местную одежду, виды жилья, транспорта, хозяйствования, удобные в здешних условиях.
К национальным особенностям относились очень внимательно. У русских не возникло какого-либо обобщённого названия для жителей Сибири.
Как, скажем, многочисленные этносы Америки оказались свалены в кучу под прозвищем «индейцы», народы Африки – «негры», Океании – «папуасы».
Нет, каждый этнос в документах выделяли особо, никогда не смешивая эвенков с эвенами, бурят с калмыками, якутов с юкагирами. А уж слово «дикарь» наша интеллигенция начала употреблять лишь в XIX в., нахлебавшись западной «культуры».

В донесениях землепроходцев и воевод, осваивавших Сибирь, оно не встречается ни разу! Местных жителей привлекали на службу, с неприятелями сражались плечом к плечу. Например, в Забайкальском казачьем войске три полка составились из русских, два полка были бурятскими и один тунгусский. 

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/12/007--380261.jpg
Представители сибирских народов. С гравюры XVII в.

Большая разница между западными и русскими открытиями состояла и в том, что европейские экспедиции обычно организовывались в частном порядке, купцами и авантюристами, а посему ограничивали круг своих поисков источниками быстрой наживы: золото, пряности, слоновая кость, рабы и пр.
Настоящие научные исследования Америки, Африки, азиатских стран развернулись гораздо позже, в XIX – XX вв.

Русские же осваивали Сибирь централизованно, под контролем правительства.
Поэтому поиск «необъясаченных землиц» вёлся практически одновременно с научными изысканиями.
Академик В. Н. Скалон показал, что землепроходцы XVII в. умели составлять карты даже точнее, чем дипломированные географы XIX в. В то время как карта северных морей, составленная Баренцем, оказалась совершенно неверной.

Уже в самых ранних наказах землепроходцам Москва требовала собирать сведения о месторождениях полезных ископаемых, о флоре и фауне.
Приказ Рудного сыска рассылал сибирским воеводам запросы о геологических богатствах края. При этом давались детальные указания, как брать образцы, которые потом пересылались в Москву для оценки специалистов.
Аналогичным образом Аптекарский приказ требовал «по государеву указу» сведений о местных лекарственных растениях. Получив подобные указания, воеводы поручали «бирючам кликать по многие дни» на площадях и базарах, собирая информацию на очередные запросы Москвы.

Тем, кто сообщит ценные сведения, полагалось вознаграждение от правительства. Были обнаружены месторождения железа, цветных металлов, селитры, свинца, серебра.
Их разработки только начинались, но исследователи Сибири С. В. Бахрушин и С. А. Токарев однозначно установили: «Изыскания академиков XVIII века базировались на предшествующие поиски и опыт служилых людей XVII столетия».

И конечно, ни у кого не повернётся язык назвать производство железа в Тобольске ограблением татар, а добычу серебра в Нерчинске ограблением тунгусов и бурят, в отличие от разработок, которые вели в своих колониях англичане, французы, голландцы.

Освоение Сибири получалось взаимовыгодным для всех, и для русских, и для местных племён.

Известен и итог: во времена Ермака коренные народы Сибири насчитывали около 200 тыс. человек.
За 200 лет их численность возросла в 4 раза, это не считая смешанного населения, поскольку русские сплошь и рядом создавали семьи с татарами, якутами, бурятами.

Сопоставить с индейцами Северной Америки не столь уж трудно.   

http://file-rf.ru/analitics/843

116

К юбилею последнего Юбилея
Файл-РФ,13 марта

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/032013/f39491b154b0c88739ad5d15bb438521d348effe.jpg

Игорь Курукин
Романовы. – М.: Молодая гвардия, 2012. – 510 с.

Трёхвековой юбилей романовской династии сто лет назад праздновали долго и с редкостным даже для России размахом.
Как будто предчувствовали, что следующей торжественной круглой даты для царской семьи не будет.

Поэтому закономерно, что кратким описанием этих празднеств, символизировавших в какой-то мере начало смены вех (и смены всех), открывает своё документально-историческое повествование автор книги Игорь Курукин.

Ибо дальше, как всем известно, в беспрецедентно драматичной хронологии нашей страны последовала мировая война, выступившая мощнейшим катализатором социальных брожений в империи, а уже через четыре года после юбилейных торжеств не стало и самой былой страны.

Из всех многочисленных изданий, так или иначе приуроченных к 400-летию Дома Романовых, «молодогвардейская» книга, вышедшая в серии «ЖЗЛ», представляется одной из адекватных и самой дате, и теперешней эпохе.

Прежде всего потому, что автор, составивший этот своеобразный учебник истории царской фамилии, изначально занял позицию беспристрастного, опирающегося исключительно на исторические факты рассказчика, стремился сообщить всё самое важное обо всех более или менее значимых фигурах династии – от прародителя, московского боярина времён Ивана Калиты Андрея Кобылы до последних великих князей Романовых.

Издание получилось очень качественным – и с образовательно-просветительской точки зрения, и в плане популярного изложения обширнейшего исторического материала.
Это сегодня особенно ценно, поскольку от однозначных, палачески-обвинительных оценок («Кровавый», «Палкин» и т. д.) царственных особ официальная пропаганда вроде бы давно отошла, но  в то же время общество продолжает испытывать дефицит знаний о многих ключевых событиях прежних эпох.

К примеру, может ли среднестатистический россиянин что-то конкретное сказать об особенностях правления императрицы Елизаветы Петровны или царя Алексея Михайловича? Или даже императора Николая Павловича?

Если и может, то крайне мало. Новая книга Игоря Курукина поможет такие пробелы в знаниях её читателям в значительной мере устранить.

http://file-rf.ru/knigochei/79

*************

В контексте поста,в разделе ЭпохА - Библиотечка  тема Интересные рецензии на интересные книги

117

Не рознь, а мир

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/032013/e0457e9a34c6505cf1addfac432dea9c48427174.jpg

Пётр Мультатули
Император Николай II и мусульмане. – М.: РИСИ, 2013. – 54 с.

Единство народов нашего государства и мир между ними – задача, которая стоит сегодня в повестке дня в качестве одной из основных.
В Российском институте стратегических исследований вышла книга кандидата исторических наук П. В. Мультатули «Император Николай II и мусульмане»,
в которой на базе исторических фактов и высказываний современников описываются отношения между российской императорской властью и её мусульманскими подданными.

За последние два года, как сообщается в книге, от рук террористов погибли видные исламские богословы, которые боролись с ваххабизмом и исламским подпольем:
имам Валиулла Якупов, имам Басир Салахгереев, ректор Института теологии и международных отношений Максуд Садиков, заместитель муфтия Ставропольского края Курман Исмаилов и другие.

Из этих событий последних лет автор книги делает вывод:
«давно уже не секрет, что за “российским” ваххабизмом» в немалой степени стоят  западные спецслужбы».

Именно это даёт повод профессиональному исследователю обратиться к истории многовековых отношений мусульман и православных, а также представителей других конфессий.
«Только в Российской империи, – пишет П. В. Мультатули, – представитель некоренного народа мог занимать государственные посты, в том числе и самые высокие. Так, например, при Александре II армянин граф М. Т. Лорис-Меликов фактически был главой правительства…».

В небольшом по объёму труде затронуты корни актуальной проблемы,
к примеру, приведены факты, свидетельствующие о национально-расовой принадлежности властителей Золотой Орды, среди которых в немалой степени было распространено христианство.
Сказано в книге и о том, что раздутая татарскими националистами так называемая «оккупация» Казанского ханства Иоанном Грозным  на самом деле была войной татар, принявших сторону Москвы, с татарами, бывшими на стороне Казани.

В год 400-летия Дома Романовых немаловажен для нас и такой приведённый в книге факт: в утверждённой Земским собором 1613 г. грамоте об избрании на престол царя Михаила Фёдоровича стояли подписи семи татарских мурз, высказавшихся от имени мусульман России за возрождение единого Российского государства.

Во всех войнах, включая Отечественную войну 1812 г., мусульмане Поволжья, Приуралья, Крыма воевали наравне с православными соотечественниками против общего врага. До революции 1917 г. мусульмане наряду со своими праздниками отмечали и Рождество Христово, называя  праздник – Раштулла.
В 1913 г., в дни празднования 300-летия Дома Романовых, татарская газета «Бэянел-хак» писала:
«…Мы, русские мусульмане, живя мирно и спокойно 300 лет под справедливой властью и милостивым управлением всех императоров этого дома, сохранили и до настоящего времени свой собственный быт и свою нацию».

О трагедии крушения монархии в книге приведены слова П. С. Лопухина, белого эмигранта, который сыграл заметную роль в создании учебных заведений и Русской Православной Церкви заграницей:
«Не думайте, – говорил один палестинец, – что Русский Царь был только русский. Нет, он был также арабский. Царь – всемогущий покровитель и защитник Православного Востока. Пока Он жил, миллионы арабов жили в мире и безопасности…».

В данной книге даются ответы на вопросы:
«Чем же достигается межконфессиональный мир?»,
«Чем объединяются столь разные народы государства российского?»,
«Чем опасно отсутствие сильной власти?».

Как продолжение данной темы, наверное, стала бы уместна история отношений православных и мусульман в советский период истории России, рассказ о взаимодействии и подлинной дружбе народов СССР.
Это, к счастью, хранит ещё наша память.

Ирина УШАКОВА
http://file-rf.ru/knigochei/83


***

В контексте статьи,в разделе    ЭпохА - Библиотечка  тема   Интересные рецензии на интересные книги

118

Интересный собеседник.
Писатель Владислав Бахревский: «Читатель отучен от книг о герое-победителе»

Файл-РФ,Ирина Ушакова,28 марта

http://file-rf.ru/uploads/view/analitics/032013/a94b03bd621bba9c7b2b95119b70f00986ef8443.jpg
По произведениям Владислава Бахревского «Аввакум», «Никон» и «Тишайший» снят ставший телесобытием фильм «Раскол».
Исторические романы писателя «Василий Шуйский», «Смута», «Долгий путь к себе», «Страстотерпцы», «Столп», «Свадьбы» содержат жизненную правду, помогающую понять непростую историю нашего Отечества.

Сегодня их автор – гость «Файла-РФ».

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/27/210435--240.jpg                               http://file-rf.ru/uploads/2013/3/27/400834--240.jpg
Обложка книги В. Бахревского «Никон».         Обложка книги В. Бахревского «Василий Шуйский»

– Владислав Анатольевич, как вы «вырастали в  писатели»?
– Я просто служу слову. Правду сказать, меня изумляли засаленные обложки моего сложного, объёмистого романа «Долгий путь к себе» в библиотеках Калуги, Кирова, в далёком Арсеньеве. Трогало – тоненькие детские книжечки, переплетённые в картон в брянской библиотеке.
Признание читателя – суть писательского труда. Но я малоизвестен тем, кто руководит образовательным процессом, хотя мои рассказы есть и в советских, и в современных хрестоматиях. Самая горькая печаль: к читателю страны не попадают мои книги, написанные за последние двадцать лет.
В книжном магазине Оренбурга услышал от продавца: «Бахревского у нас нет, он давно уже не работает».

Первую свою книгу «Мальчик с Весёлого» о себе пятилетнем я написал в 20 лет. Мне было 22, когда она вышла в великом «Детгизе» тиражом 115 тысяч.

Я – сын лесничего, с трёх лет жил на кордонах. Книги мне читал отец, а потом я сам. Ещё до школы у меня были три книжки: Пушкин, Гоголь и русские сказки. Это же восторг: «Как упоителен, как роскошен летний день в Малороссии», «чуден Днепр при тихой погоде, когда вольно и плавно мчит сквозь леса и горы полные воды свои»...
Обложка книги В. Бахревского «Никон».
Я целую ночь плыл на корабле по Днепру. И более всего был благодарен экскурсоводам, которые провели нас по святым подземельям Киево-Печерской лавры. Потом, в лесу я пас корову и говорил: «С Богом!»

У меня в четвёртом классе появились ещё две книги. Одноклассник подарил мне «Библию» и «Жития преподобных отцов киево-печерских». Пастушком я мечтал стать пионером и святым.

–  Как Вы увлеклись историческим романом?
– Я начал писать о XVII веке. Мне хотелось сказать правду, но я был слишком молод. В семье моего прадеда было пять священников, а мой дед по отцу – один из семьи – был революционером. Но когда ему предложили стать комиссаром, он принял сан священника, и вскоре погиб. Ему сложно было в среде, где царило обновленчество, он был тихоновец. Мне хотелось сказать правду и о своей семье, и о стране. И я решил написать о патриархе Тихоне, хотя плохо тогда знал, что такое настоящая религия, только две-три молитвы. И решил: буду писать о XVII веке – он сплошь религиозный, и как раз узнаю потихоньку о вере своих предков. Подготовил себя сначала маленькими повестями «Встреч солнцу», «Сполошный колокол», «Клад атамана (Разбойник Кудеяр)». А потом уже написал «Свадьбы», «Тишайший», «Никон» «Аввакум», «Страстотерпцы», «Столп». В общем, 35 лет прожил в XVII веке. Мне там, честно сказать, уютно. И если я туда возвращаюсь, это здорово.

– Владислав Анатольевич, когда мы вспоминаем старину, говорим «Как раньше было хорошо!» В работе над своими романами Вы погружались в прошедшее время и наверняка знаете, как тогда жилось на самом деле?
– Россия по большей части жила трудно. Возьмём 1480 год. Многие считают, что Иван III спас Россию от татар. А на самом деле он даже думал им покориться. Спасибо его сыну Ивану Молодому, который противостоял отцу. Отец его даже приказал арестовать. Вот какое это было время.

Я у многих спрашиваю, знают ли они Иосифа Волоцкого. Не знают! А ведь благодаря ему мы с вами остались православными людьми. В то время Кремль был настроен еретически. Был один заезжий иудей, рассказавший священникам опасную ересь, которая им понравилась. Один из этих священников стал в Москве настоятелем Успенского собора, другой – настоятелем Благовещенского собора. И даже жена Ивана Молодого, которая была дочерью молдавского великого господаря, поверила в еретические измышления. Если бы не Нил Сорский и Иосиф Волоцкий, неизвестно, чем бы это кончилось. Только их мощное противостояние спасло от гибели Православную Русь.
Вот об этом моя книга «Иосиф Волоцкий».

– Почему так ценна в срок прочитанная книга?
– В литературе главное то, что в ней читатели всегда находили себе друзей и защитников. Мы влюблялись в девочек-героинь, девочки влюблялись в мальчиков. Человек ставил себя на место героя и проживал всю его жизнь. Современные ребята уже не владеют перевоплощением, прочитав лучшие сказки мира в худшем сокращении и изложении. Современный ребёнок не знает, что он должен прожить много жизней, чтобы стать самим собой.

Дети отзывчивы... Когда-то я напечатал в «Пионерской правде» повесть «Агей». Мальчик, мой герой, жил на Памире, потом в Крыму, был хорошим математиком. Десятки мешков писем приходили в газету. Девочки Советского Союза просили у автора адрес Агея. Были влюблены. Но и мальчики хотели иметь такого друга.
Детская книга дарит читателям верных друзей. А если их нет, ты одинок в этом мире. Без книги место ожидающего друга отрока, любящего, честного, верного, мы получаем волчонка. Идеал наших девочек, воспитанных телевизором и компьютером – модель международного класса, идеал мальчиков – неуловимый киллер.
Дети стали жестокими, ограниченными, – это признают учителя и профессора вузов. Студенты не владеют элементарными познаниями.

Детство России искусственно лишено книги. Это лишение всесторонне. Вырастая без книги, ребёнок, отрок, подросток, юноша лишён общения с мировой и прежде всего с отечественной сокровищницей накопленного в веках духовного богатства. Лишён всех высоких устремлений. Лишён школы, где учат делать доброе, и школы борьбы  и поиска счастья для всего человечества. Лишён понятия, что превыше всего в человеке – совесть. А ведь эта учеба, это наполнение человека человеческим начинается со сказки о Царевне-лягушке, об Иване-дураке. Доктор Айболит в кино и Доктор Айболит в книге по-своему действуют на душу ребенка.

Телевидение и компьютер не в силах заменить книги. В книге – слово, а Слово, скажу для тех,  кто все ещё не понял этого, – Бог. В каждом слове полнота мира, полнота жизни. Каждый абзац для ребенка – сценарий для создания в себе своей Вселенной. Ведь всё, что прочитано, надо понять, надо представить себе. Всё это надо пережить, принять или отвергнуть.

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/27/Bahrevskiy--240.jpg
Обложка книги В. Бахревского «Ждите нас волшебниками».

– Власти вроде бы пекутся о защите русского языка?
– Это невозможно, если нет заботы о русской литературе. Откуда в наше время ребенок получит великолепный, великий, могучий русский язык? Из телевизоров, где по всем каналам сериалы о бандитах и колдунах? Из спортивных репортажей? Из американских мультиков? Из американских компьютерных игр? А детская книжка нынче в основном – фальсификация литературы. Сказки даются в переложениях, убогим сленгом. Вместо рассказа о жизни – фэнтези.

А в итоге – упал метеорит и компьютер фиксирует реакцию молодого человека: восторг, удивление, оценка космического происшествия – три минуты мата.

– С чего начинать возрождение детской литературы?
– Вернуть к жизни издательства уровня «Детгиза». С государственными задачами – растить людей XXI века. Создать газеты для детей и для юношества, которые приходили бы во все концы страны. «Пионерская правда» имела тираж 22 миллиона. Надо вернуть и «Мурзилке» его 6 миллионов.
Послевоенная пропаганда русской науки, первооткрывателей двинуло моё поколение в МГУ, в физикотехнические ВУЗы, в геологию, биологию. Опять-таки сработала детская литература.

В прошлом году, получая из рук святейшего патриарха Кирилла приз номинанта, я воспользовался добрым мгновением и спросил: «Святейший, будет ли Церковь издавать журнал и газету для детей миллионными тиражами?»
Вопрос, конечно, был не ко времени, но Святейший всё-таки ответил: «Мы над этим работаем».

В том, что мой вопрос не пустой, я убедился, побывав в Арсеньевской епархии. Услышал тревожное: в иркутскую семинарию удалось набрать 14 человек, ещё в какую-то – 10.
Всё из детства. Вся жизнь. Всё великое и малое. Полководцы и руководители государств, учёные и народ, трудящийся и праздный.

Величайшая заслуга детской книги в том, что она создаёт среду, питающую и направляющую мечты. Чтобы мечтать о подвиге Иоанна Златоуста, Иоанна Кронштадского, Сергия Радонежского, Серафима Саровского, святейшего патриарха Тихона, надо знать о них с детства. Детская литература формирует мечты.
К примеру, священнический труд особый, стремление к нему надо иметь с детства. Современное телевидение, окружающая маленького человека жизнь формирует иные стремления: стать миллионером, возглавить мафию, летать из страны в страну, чтобы поглазеть на чудеса. Не открыть, не разгадать, а поглазеть.

– У молодого поколения сегодня большой интерес к военной теме. Снимается кино, ставятся спектакли, пишутся воспоминания о дедах и прадедах – фронтовиках. С чем это связано?
– К слову скажу, что фильмы о войне делаются почти все фальшивые.
Отвечая на вопрос, скажу, во-первых, война идёт всегда. И в нашем государстве тоже. Во-вторых, внутри у человека есть страх того, что это может повториться. Особенно сейчас.

– Читая Ваш новый роман «Непобеждённые» о юных героях Людинова Калужской области, задаёшься вопросом: чем они побеждали врага?
– Детская литература довоенных лет была довольно слабая, но была направлена на патриотизм. Но тогда пропаганда, пусть в чём-то прямолинейная, была вся направлена на одно: «Спасай Родину!». Молодёжь наша была подготовлена к подвигу полётами Валерия Чкалова и других военных, учёных, путешественников.

Люди, которые не смогли стать героями на Северном полюсе, становились героями на войне. Фашизм с его чудовищной наукой убивать, с его совершенством убивающих машин не одолел детской книги СССР. Поток этих книг приучил читателя к жизни победителя – героя, вложил в читателя веру в свой народ и в своё государство.
Это было время, когда государство всем своим существом ценило героя, рождало героя, боролось за героя. Если бы к нам это вернулось, у нас появились бы герои самого высокого уровня.

– Существует ли сегодня цензура?
– У меня есть повесть о военном детстве «Голубые луга». Одно время я жил в Евпатории, а книги издавал  в Москве. И вот стало неудобно, словно бы пренебрегаю крымским издательством.
Отдал «Таврии» как раз «Голубые берега». Из Киева пришла рецензия: «Антисоветчик». Повесть послали на суд в саму «Правду». И вдруг спасительный ответ: «Повесть пригодна для печати».

Цензура, однако, прошлась по страницам. С цензурными изъятиями московская «Детская литература» напечатала книгу.
А вот в современной России, где цензор – отнюдь не рынок, а невидимые хозяева, оглупляющие народ и прежде всего детей, напечатать лучшую свою повесть в полном объёме, где есть тема религиозности героя, мне удалось только в Оренбурге. Четыре тысячи тиража.

Но книга для читателей страны недоступна. Профессор Чудакова с пафосом клеймит жестокую цензуру советской власти: роман «Мастер и Маргарита» Булгакова был под запретом 20 лет! Напечатан, однако, в журнале «Москва». А вот я свою сказку «Златоборье» не могу напечатать уже 24 года. Первая часть сказки была изумительно нарисована и подписана в печать, но наступили 90-е годы. Установка Гайдара, Чубайса и прочих исполнялась точно и упрямо: отсечь новые поколения от своих отцов, возвести стену между «капиталистической Россией» и «коммунистическим СССР».

– Существуют ли государственные заказы на книги?
– Издательство «Московия» заказало мне книгу «Героическая азбука». Можно сказать, хрестоматию о войне. В ней описаны все события, все рода войск, все маршалы. Удалось отразить участие в войне 50 народов страны. Тираж 70 тысяч – весь подарили 1 сентября первоклассникам Московской области. Книгу искали учителя. А ведь у нас есть и кадетские классы… Но почему-то государственные заказчики не подумали, что в Арсеньеве или в Нарьян-Маре дети тоже должны знать о войне! Автору же заплатили за всё про всё 20 тысяч рублей, так как денег область была лишена из-за серьёзной финансовой махинации.

И ещё об одном заказе. Президент сказал о необходимости знать жизнь народов страны. «Московия» снова обратилась ко мне. Я писал о малых народах – наших соседях. Книгу составили, но печатать не стали. Зачем знать о тофаларах, о юкагирах, коренных народах Восточной Сибири? Мы о чувашах и о мордве толком ничего не знаем!
Так вот и живём, только по праздникам толкуя о дружбе народов.

Иногда кажется, что иные наши книги нужны для галочки. За повесть «Непобеждённые» о подвиге юношей города Людинова, о подвиге священника – я получил награду «Золотой Витязь» и диплом VII конкурса «Просвещение через книгу». Но для кого книга? Для жюри?
Тираж три тысячи. Оплачен он бизнесменами Людинова.

http://file-rf.ru/uploads/2013/3/27/dpks1--240.jpg
Обложка книги В. Бахревского «Долгий путь к себе»

– Вы объездили все республики СССР, всю Россию. Какие мысли сейчас вызывает у Вас путешествие по Родине?
– Недавно я был в Приморье, в Арсеньевской епархии. Видел, как Преосвященнейший Гурий, епископ Арсеньевский и Дальнегорский, строит храмы и молельные дома, возрождая православную жизнь и саму жизнь в городах, в селениях, в деревеньках.

Рыночная экономика прошлась по краю, беспощадно уничтожив процветавшие колхозы, совхозы, леспромхозы. В Старой Варварке совхоз выращивал женьшень и другие лекарственные растения – теперь китайцы ходят по сопкам, добывая корень жизни, который для России почему-то нерентабелен.
Пока что сохранился в посёлке музей женьшеня – видимо, единственный в нашей стране. Глава администрации района вознамерился уничтожить музей: зимой каменный дом приказал не отапливать.

В крошечный храм села Муравейка, бывшую столовую, на архиерейскую службу пришли и взрослые, и дети. Свой пастырский посох владыка Гурий дал подержать первокласснику: хорошо держал, строго, надёжно. После службы школьники читали стихи владыке и гостям. Восьмиклассница прочитала свои сочинения.
Работы в Муравейке нет. Сопки отданы в аренду китайцам. У этих новых хозяев приходится покупать дрова. Машина дров – 8 тысяч рублей.

В школе 23 ученика. Наводнение нанесло урон школе, но для генерального директора судостроительной компании Подгорбунского Петра Юрьевича и Муравейка родная, и школа родная. Строит четыре дома для учителей, молодых специалистов. Собирался построить спортивный зал, подмытый стихией, котельную. И вдруг – запрет из Аничино от начальства, командующего образованием, от госпожи Ирины Валерьевны Скориковой! Подремонтировать можете, строить не разрешаю: школа неперспективная.

Президент страны говорит о восстановлении жизнеспособности края, но в Анучино – своя политика. Расстараются чиновники – и неперспективными станут и Приморье, и Сибирь, и вся Россия…
Недавно пришлось выступать перед ребятами на родине Аксакова. В школе на тысячу человек в советское время сейчас учится 50 школьников. И так всюду, где я был. В Калужской области, в Рязанской, Нижегородской.

Порадовала одна только Белгородская область. Народ, имея работу, трудится на земле и на производствах. Библиотеки посещаются, в клубах работают кружки и спортивные секции. Поразительная для страны чистота: в лесу, в селах, на дорогах. В Грайворонском районе за три дня видел три брошенных на землю окурка.

– Да, сегодня Россия переживает многие разрушительные процессы. Преодолеем мы их, как Вам видится?
– У меня есть сказка «Молитва отрока Силуяна». В ней рассказывается, как в брошенной деревне жил со своим прадедушкой отрок. Старик научил его владеть топором: строить церковки, часовни. Когда мальчику исполнилось 13 лет, дедушка сказал: «Ступай, строй часовенки». Мальчик взрослел, строил. А когда он возвращался к построенным часовням, видел, что там уже люди пришли обживать место…

Это моя фантазия, но и моя мечта, моя вера. И архиепископ Гурий правильно делает, что ставит часовни.

Глядишь, там снова начнётся жизнь.

http://file-rf.ru/analitics/858

***************

В контексте статьи, темы:
Русская книга
Русский Дом

А в разделе  ЭпохА - Библиотечка  тема  Интересные рецензии на интересные книги

119

Всё о Романовых

http://file-rf.ru/uploads/view/knigochei/042013/ccf501858f15a93f75e5928d47901a312dbe35f6.jpg

Библиотека «Дом Романовых» в 14 томах. – М.: Слово, 2013. – 14 т. по 456–744 стр.

В год 400-летия династии русских царей, данной народу, одолевшему Смуту, издательство «Слово» предлагает библиофилам весьма солидное во всех отношениях собрание сочинений – «Библиотеку «Дом Романовых» в 14 томах».

Сюда включены труды наших знаменитых историков, в основном дореволюционных.

Среди них – самый авторитетный царский биограф XIX века Николай Шильдер, всем известный Сергей Соловьёв, Дмитрий Иловайский, участник Белого движения, биограф Николая II Сергей Ольденбург и многие другие.

Работы современных авторов в это собрание не включены, что, с одной стороны, может в какой-то мере считаться недостатком издания, претендующего на максимальную историографическую полноту, но с другой – передаёт дух именно тех эпох, которые были непосредственно связаны с правлением российских самодержцев.

Первый том начинается книгой В. Н. Берха «Царствование царя Михаила Феодоровича и взгляд на междуцарствие».

Последний, 14-й, отведён под историко-биографическое исследование С. С. Ольденбурга «Царствование императора Николая II».

Представляя этот юбилейный многотомник, издательство подчёркивает:
«Единственная историческая Библиотека, посвящённая судьбам российских царей и императоров. Библиотека объединяет произведения, считающиеся классикой исторической науки.
Роскошное оформление превращают Библиотеку в подлинное произведение книжного искусства. Библиотека «Дом Романовых» – ценное дополнение личной книжной коллекции, замечательная возможность для всех членов семьи изучить историю России…

Каждый том «Библиотеки» содержит богатый, насыщенный иллюстративный материал: страницы из коронационных альбомов, репродукции картин и зарисовок придворных живописцев, уникальные фотографии второй половины XIX — начала XX в., географические и топографические карты и чертежи.

Их органично дополняют изображения символов государственной власти, сокровищ Алмазного фонда, Эрмитажа и других музеев Москвы, Санкт-Петербурга и городов России».

http://file-rf.ru/knigochei/92

120

Мономах. За Русскую землю
Олег СЛЕПЫНИН,14.04.2013

http://www.fondsk.ru/images/news/2013/04/14/n20042.jpg
Девять столетий назад, в апреле 1113 года, великим князем Киевским стал Владимир II Всеволодович Мономах (1053-1125).
В нынешнем году мы отмечаем и 960-летие со времени его рождения.

1.
Почётное родовое прозвище «Мономах» (единоборец) он получил от деда – отца матери, императора Византии Константина IX Мономаха. В крещении Владимир назван Василием; он правнук Владимира Крестителя, внук Ярослава Мудрого, сын Всеволода и греческой царевны Марии. Владимир-Василий Мономах – из когорты самых выдающихся правителей Руси.

Святой благоверный великий князь оставил нам урок победы над врагом внешним и внутренним. Его победы – это победы нравственного устроения мира над хаосом разложения. Мономах устранил внешних врагов и собрал воедино Русские земли.

Это дорогого стоит, бесценный опыт.

http://img-fotki.yandex.ru/get/5629/18771686.16/0_78054_8e5edac3_L.jpg.jpg
Владимир Мономах, худ. Иван Билибин

2.
Кому-то покажется странным, но, несмотря на удалённость во времени, мы можем увидеть Мономаха живым, ясным нам человеком… Сообщения о Владимире Мономахе содержатся во множестве летописных сводов; чудом, или, как пишут, «случайно», до нас дошли и три его литературных произведения: «Поучение детям» (Завещание), содержащее интереснейшие сведения о его жизни, «Письмо убийце сына» – двоюродному брату Олегу Святославичу и «Молитва».

Мономаху посвящены разделы в трудах наших выдающихся первых историков – В.Н.Татищева, Н.М.Карамзина, С.М.Соловьёва. К составленной ими картине немного прибавляет Н.И.Костомаров; В.О.Ключевский проясняет экономико-правовой аспект; А.А.Шахматов, Д.С.Лихачёв, Б.А.Рыбаков, А.Н.Сахаров и многие другие положили годы своих жизней для воссоздания во всей хрустальной ясности панорамы мономаховой эпохи.

В былинном эпосе образ Мономаха сливается с образом Владимира Крестителя – из-за созвучности времён и одинаковости имён.

3.
В.Н.Татищев передаёт из недошедшей до нас летописи портрет Мономаха: «Лицом был красив, очи велики, волосы рыжеваты и кудрявы, чело высокое, борода широкая, ростом не весьма велик, но крепкий телом и силён».

Отец его Всеволод, любимый сын Ярослава Мудрого, был полиглотом, знал пять языков. Б. Рыбаков полагает: «Можно думать, что иноземными были греческий, половецкий, латинский и английский». Первой женой Мономаха была англичанка – Гита Уэссекская, дочь несчастливого англосаксонского короля Гарольда II. Несомненно, Мономах был хорошо образован и был отличным полемистом, при этом обладал и сильным писательским слогом. Но главным искусством той эпохи (как и многих иных) было искусство войны и хитрой дипломатии, чему с младых ногтей учила такая забава, как княжеская охота на опасного зверя.

Мономах, естественно, ценя свою жизнь как на охоте, так и в сражении ведал житейскую мудрость: «Хорошее дело – остерегаться самому, но Божие сбережение – лучше человеческого»; он свято верил в Бога. Он вспоминал, уже «сидя на санях» («на санях» – готовясь в последний путь), как в молодости, «разъезжая по равнине, ловил своими руками коней диких», вспоминал и о превратностях охоты: «Два тура (мощные первобытные быки) метали меня рогами вместе с конём, олень меня бодал, а из двух лосей один ногами топтал, другой рогами бодал. Вепрь у меня на бедре меч оторвал, медведь за колено укусил, лютый зверь (раньше полагали – рысь, теперь думают – леопард) вскочил ко мне на бедра и коня со мною опрокинул, и Бог сохранил меня невредимым. И с коня много падал, голову себе дважды разбивал, и руки и ноги свои повреждал – в юности своей повреждал, не дорожа жизнью своею, не щадя головы своей...»

Интересно, что через 750 лет под Черниговом, в 1821 году, в тех местах, где охотился Мономах, был найден его золотой амулет-змеевик, имеющий второе название – «Черниговская гривна Владимира Мономаха». Принадлежность определена по крестильному имени отчеканенной молитвы: «Г[оспод]и помози рабу твоему Василию. Амин[ь]».

4.
Как некогда набеги хазар сменились набегами печенегов, так на смену печенегам из Степи пришли половцы.

Первый набег половцев на Русь случился в 1068 году. Владимиру было 15. Удар хищной степной орды пришёлся на Переяславль, город, пограничный со Степью, в котором княжил его отец; Владимир с отцом и дядьями укрылись за высокими стенами Киева. Вокруг полыхали монастыри и сёла. Такое забыть нельзя.

Половецкие нападения станут системой. Силою оружия с ними в ту пору сладить было нельзя.

Мономах в «Поучении» вспоминает: «И миров заключил с половецкими князьями без одного двадцать, и при отце и без отца». Что значит – «миров заключил»?.. Мир покупался буквально – деньгами, драгоценными тканями, скотом. Поэтому Владимир и завершает свою фразу «и раздаривал много скота и много одежды своей». Так решался вопрос выживания.

Половцам нельзя было верить, они с лёгкостью нарушали слово.

5.
Мономах поднялся в боевое седло в 13 лет, по нынешним меркам несмышлёным подростком, и провёл в походах шесть десятков лет. Он говорит: «А всего походов было восемьдесят и три великих, а остальных и не упомню меньших». Беспечных времён у него почти и не было. За 60 лет – 83 памятных похода (значит, вёлся учёт, велась своя летопись), каждый год один-два больших похода, не считая мелких схваток – нескончаемая вереница сражений.

Две напасти кроваво терзали Русь, одна усиливая другую: хищные степняки и междоусобные нестроения.

Летописец Нестор, современник Мономаха, говорит о причине бедствий (в переводе Карамзина): «Небо правосудно! Оно наказывает россиян за их беззакония. Мы именуемся христианами, а живём как язычники; храмы пусты, а на игрищах толпятся люди; в храмах безмолвие, а в домах трубы, гусли и скоморохи…» Вот главная причина! Общественное легкомыслие порождает несчастья. Подобное будет и через тысячу лет.

В «Поучении» Мономаха сконцентрирован военный опыт всей его жизни. «На войну выйдя, не ленитесь, не полагайтесь на воевод; ни питью, ни еде не предавайтесь, ни спанью; сторожей сами наряживайте и ночью, расставив стражу со всех сторон, около воинов ложитесь, а вставайте рано; а оружия не снимайте с себя второпях, не оглядевшись по лености, внезапно ведь человек погибает».

6.
Русь словно бы сама выбрала Мономаха себе в князья; не спеша подобрала его себе в вожди из множества других князей для свершения великого русского дела…

Он прожил более тридцати лет в Переяславле Русском (ныне город заслуженно с приставкой «Хмельницкий»), в княжестве на границе со Степью. Переяславль при набеге первым принимал удар кочевников.

Внешний враг, что неудивительно, в свой час объединится с врагом внутренним и станет активной силой в междоусобных войнах. Остриё удара вновь направится волею судьбы на Мономаха.

Конфликт состоял в том, что когда в 1078 году его отец Всеволод Ярославич укрепился как старший в роду на княжеском столе в Киеве, то, став хозяином Русской земли, посчитал, что и его сыновья Мономах и Ростислав  стали старшими среди внуков Ярослава Мудрого. Для целей стратегической безопасности это было верно. Поэтому он и велел Мономаху править в Чернигове (княжество второе по значению), а младшему Ростиславу – в Переяславле. Таким образом, из-за неупорядоченности принципа наследования сыновья покойного Святослава  Роман, Давыд и Олег оказались князьями-изгоями, без удела, на который они претендовали.

7.
На протяжении десятков лет соперником Мономаха был Олег Святославич – двоюродный брат, ровесник, крёстный отец его старших детей. Олег был отважен и предприимчив. Но при этом непомерно горд. В «Слове о полку Игореве» он вспоминается как Гориславич. Олег несколько раз приводил на Русь орды, которые грабили и выжигали русские города, монастыри и сёла. Борьба с Мономахом за Чернигов, который Олег почитал своим (его отец владел Черниговом), длилась много лет. И однажды это увенчалось успехом.

В 1093 году скончался Всеволод Ярославич и великим князем по лествичному праву (по старшинству в роду) стал Святополк Изяславич – двоюродный брат Мономаха, сын покойного дяди – Изяслава Ярославича. В том же 1093 году дружины Святополка, Мономаха и Ростислава понесли громадный урон от сражения с половцами, Русь захлебнулась в крови и дыму пожаров. Погиб тогда и Ростислав.

Олег Святославич воспользовался ситуацией и, набрав к следующему лету орду, привёл половцев к Чернигову, обещая богатую добычу.

Эпическая картина!

Мономах решил оставить Чернигов. Было это на святого Бориса (24 июля). «Пожалел я христианских душ, - говорит Мономах, - и сёл горящих, и монастырей… И отдал брату отца его стол, а сам пошёл на стол отца своего в Переяславль...» Дружина Мономаха была уже совсем малочисленна, вместе с женщинами и детьми из ворот Чернигова вышло не более ста человек. Они двигались сквозь взгляды многих сотен половцев, мимо их шатров. Мономах говорит: «И облизывались на нас половцы точно волки, стоя у перевоза и на горах. Бог и святой Борис не выдали меня им на поживу, невредимы дошли мы до Переяславля». И заключает горестно: «И сидел я в Переяславле три лета и три зимы с дружиною своею, и много бед приняли мы от войны и голода…»

Но и силу он накапливал. Потом начались победы.

В былинном образе Тугарина Змеевича, обобщённом образе заклятого врага Святой Руси, мы без труда угадываем грозную фигуру половецкого хана Тугоркана, побитого Мономахом у стен Переяславля в 1096-м...

8.
Мономах как сильный и влиятельный человек, желая пресечь междоусобные войны, несколько раз, ещё и не будучи великим князем, инициировал княжеские съезды для примирения всех со всеми. Первый такой съезд состоялся в 1097 году в Любече на Днепре (ныне посёлок городского типа Черниговской области)… Для русских той поры Любеч значил много. Из Любеча родом была прапрабабка наших князей – Малуша, мать Владимира Крестителя. Близ Любеча их дед Ярослав Мудрый в 1015 году разбил войско Святополка Окаянного, убийцы Бориса и Глеба. В Любече родился преподобный Антоний, основатель Печерского монастыря…

Академик Б. Рыбаков называет княжеский дворец в Любече неприступным замком. И создаёт его реконструкцию. Дворец был трёхэтажным, на втором этаже располагался большой зал, где могли разместиться столы на сто человек.

Повесть временных лет говорит о съезде: «В год 6605 (1097). Пришли Святополк, и Владимир, и Давыд Игоревич, и Василько Ростиславич, и Давыд Святославич, и брат его Олег, и собрались на совет в Любече для установления мира, и говорили друг другу: "Зачем губим Русскую землю, сами между собой устраивая распри? А половцы землю нашу несут розно и рады, что между нами идут воины. Да отныне объединимся единым сердцем и будем блюсти Русскую землю…» Решили, что отныне каждый будет владеть тем, чем владел их отец (то есть каждый из внуков Ярослава Мудрого становится наследником своего отца)… И на том целовали крест: "Если отныне кто на кого пойдет, против того будем мы все…"»

Какое славное решение!

Жаль, тут же было злодейски нарушено.

9.
Мономах продолжал гнуть свою линию. Были проведены ещё два съезда – в Городце под Киевом весной 1098-го и в Уветичах в августе 1100-го.

В Уветичах (на правом берегу Днепра, ныне село Витачев Киевской области) великий князь Святополк Изяславич, Владимир Мономах, Давыд и Олег Святославичи заключили между собой мир 10 августа, a 30 августа собрались там же для суда над Давыдом Игоревичем, повинным в нарушении крестного целования в Любече, в ослеплении Василько Ростиславича, князя Теребовльского, в устроении новой кровавой распри.

И мир внутри Русской земли был установлен.

10.
После того как внутренние страсти поутихли, пришла пора всерьёз браться за половцев. Радикально решить проблему можно было не у своих границ, но в далёких половецких степях, в их поселениях на Дону.

Мономах умел убеждать князей. Вот дивный пример его риторики.

Весной 1103-го Мономах взялся уговорить великого князя Святополка Изяславича идти походом на половцев – «на поганых». Переговоры проходили близ Киева на берегу Долобского озера. В дружине Святополка царило весеннее настроение. Киевляне заключили: «Не время теперь отнимать поселян от поля». Мономах не отступил. В изложении Соловьёва дело обстояло так: «Съехались и сели в одном шатре - Святополк с своею дружиною, а Владимир с своею; долго сидели молча, наконец, Владимир начал: "Брат! Ты старший, начни же говорить, как бы нам промыслить о Русской земле?" Святополк отвечал: "Лучше ты, братец, говори первый!" Владимир сказал на это: "Как мне говорить? Против меня будет и твоя и моя дружина, скажут: хочет погубить поселян и пашни; но дивлюсь я одному, как вы поселян жалеете и лошадей их, а того не подумаете, что станет поселянин весною пахать на лошади, и приедет половчин, ударит его самого стрелою, возьмет и лошадь, и жену, и детей, да и гумно зажжет; об этом вы не подумаете!" Дружина отвечала: "В самом деле так"…»

http://img-fotki.yandex.ru/get/5630/18771686.16/0_78056_552dc386_L.jpg.jpg
Долобский съезд князей - свидание князя Владимира Мономаха с князем Святополком, худ. А.Д. Кившенко

Конечно, дорогостоящий поход на половцев горячо поддерживали русские купцы, для которых война и работорговля – хлеб.

И поднялись на войну все князья (лишь Олег Гориславич отговорился болезнью). Для половцев привольная жизнь кончилась.

Русские полки с обозами шли вдоль Днепра и частью спустились на ладьях по Днепру до Хортицы, потом четыре дня шли через Степь…

Половцы были разгромлены, 20 ханов легли мёртвыми, один пытался откупиться – давал золото и серебро, коней и скот. Мономах так судил: «Сколько раз вы клялись не воевать, и потом все воевали Русскую землю?..» Зарубили поганого. И сказал Владимир братьям-князьям, перефразируя Псалмопевца: «Вот день, который даровал Господь, возрадуемся и возвеселимся в этот день, ибо Бог избавил нас от врагов наших…»

В 1107 году половцы пришли на Русь и были разгромлены. В 1109 и в 1111 годы Мономах вновь организовывает успешные общие походы, «зачищает» Степь до Дона. Став великим князем в 1113 году, Мономах проводит в отношении половцев взвешенную политику, сочетая силу с дипломатией. В результате в 1018 году значительная часть половцев прячется от Мономаха за Кавказский хребет, сочтя за благо служить правителю Абхазского царства Давиду Строителю.

И ещё четверть века после смерти Мономаха половцы опасались сунуться на Русь. Вадим Кожинов указывает, что «между 1120 и 1150-м годами не было ни одной атаки половцев, нанесшей сколько-нибудь значительный ущерб Руси!»

http://img-fotki.yandex.ru/get/4129/18771686.16/0_78053_6749d78d_L.jpg.jpg
Выступление в поход кн. Владимира Всеволодовича.
Барельеф Царского места Иоанна IV. Резьба по дереву. 1551. Успенский собор Московского Кремля

О времени правления Мономаха осталась в потомстве память как о самом славном в истории домонгольской Руси, когда «Литва из болота на свет не показывалась. А немцы радовались, что они далеко за синим морем…»

Однако восшествию Мономаха на киевский стол в 1113 году предшествовали чрезвычайные события…

(См. далее: «Мономах. За Русскую правду»)

http://www.fondsk.ru/news/2013/04/14/mo … 20042.html


Вы здесь » ЭпохА/Теремок/БерлогА » Теремок » Русская История