ЭпохА/Теремок/БерлогА

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » ЭпохА/Теремок/БерлогА » ЭпохА - Библиотечка » Интересные рецензии на интересные книги


Интересные рецензии на интересные книги

Сообщений 21 страница 30 из 184

21

Козьма Прутков. Кем же он был, чиновник-мыслитель?

http://uploads.ru/i/J/2/F/J2FTg.jpg
Портрет Козьмы Пруткова
Л.М. Жемчужников, А.Е. Бейдеман, Л.Ф. Лагорио

В 50-60 годы XIX века в журналах «Искра» и «Современник» печатались популярные насмешливые стихи, афоризмы и сатирические миниатюры, обличавшие правление царя Николая I и бюрократизм.
Все эти произведения принадлежали перу некоего Козьмы Пруткова, служащего Пробирной Палатки.

Когда в толпе ты встретишь человека,
Который наг;
Чей лоб мрачней туманного Казбека,
Неровен шаг;
Кого власы подъяты в беспорядке;
Кто, вопия,
Всегда дрожит в нервическом припадке,-
Знай: это я!
Кого язвят со злостью вечно новой,
Из рода в род;
С кого толпа венец его лавровый
Безумно рвет;
Кто ни пред кем спины не клонит гибкой,-
Знай: это я!..
В моих устах спокойная улыбка,
В груди – змея!

К. Прутков

(«Будучи умственно ограниченным, он давал советы мудрости; не будучи поэтом, он писал стихи; полагая быть историком, он рассказывал анекдоты; не имея никакого образования и малейшего понимания потребностей Отечества, он сочинял для него законы»).

На протяжении многих лет его считали реальным персонажем, а неискушенный читатель, несмотря на явную гиперболичность и пародийность высказываний Пруткова, принимал его произведения с абсолютной серьезностью.

В действительности, Козьма Прутков был «литературной маской» братьев-поэтов Жемчужниковых и писателя Алексея Толстого.

Проводя лето 1849 года в своем старинном родовом имении Павловке, Орловской губернии, Александр Жемчужников занимал свой досуг сочинением шуточных басен («Незабудки и запятки», «Цапля и беговые дрожки», «Кондуктор и тарантул»). Такая «писаная глупость» очень понравилась братьям, и они продолжают развивать серию озорных стихов, которые начинают приобретать большую ироничность.

Вскоре к Жемчужниковым присоединяется кузен – Алексей Толстой. Первоначально произведения публикуются в известных журналах без указания автора.

В 1851 году решено издать сочинения отдельным сборником, но какой псевдоним выбрать?

Владимир Жемчужников предложил приписать все творения его камердинеру Кузьме Пруткову:
– Кузьма, мы написали книжку, дай нам для нее свое имя, как будто ты ее сочинил. А все, что от нее выручим, отдадим тебе.
– Книга-то умная или нет?

– Глупая-преглупая.
– А коли глупая, не желаю, чтобы мое имя под ней стояло. И денег мне ваших не надо.

Такой ответ старичка Кузьмы очень рассмешил Толстого, за что камердинер и был награжден 50 рублями. Но имя все-таки было позаимствовано.

...Родился Козьма Петрович Прутков 11 апреля 1803 года в деревне Тентелевой близ Сольвычегодска.
Провел всю свою жизнь, за исключением детских и отроческих лет, состоя на государственной службе.
В 17 лет, с целью получения мундира, поступил в гусарский полк («Если хочешь быть красивым – поступай в гусары»). Военная карьера длилась всего 2 года.

В ночь с 10 на 11 апреля 1823 года Козьме приснился сон, в котором голый бригадный генерал вел его темными длинными коридорами на вершину горы, где вынимал и показывал драгоценные материи, а некоторые прикладывал к телу Пруткова.
И вдруг «ощутил во всем теле сильный электрический удар, от которого проснулся весь в испарине...
В то же утро, едва проснувшись, я решил оставить полк и подал в отставку; а когда вышла отставка, я тотчас же определился на службу по министерству финансов в Пробирную Палатку, где и останусь навсегда!»

Так началась гражданская служба Козьмы Петровича.
Начальство благоволило и награждало его: дослужился до директора Пробирной Палатки, получил орден Святого Станислава I степени.

Тихо и неторопливо текла бы жизнь Пруткова, оживляемая поэтическим баловством, если бы не внезапная кончина от нервного удара, постигшая директора Пробирной Палатки на месте службы, о чем сообщает журнал «Современник».

Отправить Козьму Петровича в Аидово царство было решено по причине «отсутствия молодости и веселости авторов, и очерченности образа», как сообщает в письмах к А. Пыпину Владимир Жемчужников.

Но классический образ самодовольного, благонамеренного и глупого канцелярского человека не канул в воды Стикса, Козьма Прутков жив и поныне.

Не теряют популярности его блистательные афоризмы, а пародия на государственного мужа – злободневности.

http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-52677/

******************

http://uploads.ru/i/n/F/D/nFD48.jpg

КОЗЬМА ПРУТКОВ ИЗБРАННОЕ

• Не все стриги, что растет.
• Бди!
• Если хочешь быть счастливым, будь им.
• Козыряй!
• Лучшим каждому кажется то, к чему он имеет охоту.
• Многие люди подобны колбасам: чем их начинят, то и носят в себе.
• Если на клетке слона прочтешь надпись «буйвол», не верь глазам своим.
• В глубине всякой груди есть своя змея.
• Никто не обнимет необъятного.
• Плюнь тому в глаза, кто скажет, что можно обнять необъятное.
• Глядя на мир, нельзя не удивляться!
• Вакса чернит с пользой, а злой человек – с удовольствием.
• Что имеем – не храним; потерявши – плачем.
• На чужие ноги лосины не натягивай.
• И устрица имеет врагов.
• Возобновленная рана много хуже противу новой.
• Усердие все превозмогает!
• Смотри в корень.
• Нет столь великой вещи, которую не превзошла бы величиною еще большая.
Нет вещи столь малой, в которую не вместилась бы еще меньшая.
• Лучше скажи мало, но хорошо.
• Что скажут о тебе другие, коли ты сам о себе ничего сказать не можешь.
• Если у тебя есть фонтан, заткни его; дай отдохнуть и фонтану.
• Первый шаг младенца есть первый шаг к его смерти.
• Ничего не доводи до крайности: человек, желающий трапезничать слишком поздно, рискует трапезовать на другой день поутру.
• Вытапливай воск, но сохраняй мед.
• Пояснительные выражения объясняют темные мысли.
• Единожды солгавши, кто тебе поверит?
• Принимаясь за дело, соберись с духом.
• Щелкни кобылу в нос – она махнет хвостом.
• Не робей перед врагом: лютейший враг человека – он сам.
• На дне каждого сердца есть осадок.
• Болтун подобен маятнику: того и другого надо остановить.
• Продолжать смеяться легче, чем окончить смех.
• Где начало того конца, которым оканчивается начало?
• Чувствительный человек подобен сосульке; пригрей его, он растает.
• Пороки входят в состав добродетели, как ядовитые снадобья в состав целебных трав.
• Из всех плодов наилучшие приносит воспитание.
• Не ходи по косогору, сапоги стопчешь.
• Вещи бывают великими и малыми не токмо по воле судьбы и обстоятельств, но также по понятиям каждого.
• Бывает, что усердие превозмогает и рассудок.
• Одного яйца два раза не высидишь.
• И самый последний нищий, при других условиях, способен быть первым богачом.
• Незрелый ананас, для человека справедливого, всегда хуже зрелой смородины.
• Мудрость уменьшает жалобы, а не страдания.
• Не во всякой игре тузы выигрывают.
• Отыщи всему начало, и ты многое поймешь.
• Новые сапоги всегда жмут.
• В спертом воздухе при всем старании не отдышишься.

© Valentina psy.biz.ua
http://psy.biz.ua/index.php

22

Меж верой и отчаянием
"The Wall Street Journal", США,Лесли Чемберлен (Lesley Chamberlain)

Группа мыслителей пыталась объяснить Россию Западу, который был способен понимать ее только в категориях «коммунизма» и «свободы»

Понятие «русской души», которым охотно пользовались сто лет назад, исчезло из ученых дискуссий о русской культуре.

Однако духовный феномен XIX века, известный нам по великим русским романам, все еще ждет окончательного объяснения.
Сама русская мысль содержит в себе наилучшие из возможных вариантов ответа, но, как всем известно, противится анализу.

http://uploads.ru/i/e/A/P/eAP91.jpg
Doubt, Atheism, and the Nineteenth-Century Russian Intelligentsia

В своей книге «Сомнения, атеизм и русская интеллигенция девятнадцатого века» (Doubt, Atheism, and the Nineteenth-Century Russian Intelligentsia) Виктория Фреде (Victoria Frede) предпринимает героическую попытку преодолеть это сопротивление.

Пожалуй, Фреде поступает благоразумно, не предлагая русского эквивалента своему понятию «сомнения» и даже не давая ему точного определения.
Вместо этого ее исследование, посвященное русским интеллектуалам первой половины XIX века, позволяет нам понять, что сомнение представляло собой срединную точку между верой и отчаянием и содержало в себе отношение человека к своей стране и себе самому.

Философское обоснование своего сомнения русские взяли у немцев. Писатель и мистик-самоучка князь Владимир Одоевский (1803-69) и поэт Дмитрий Веневитинов (1805-27) принадлежали к группке образованных русских, которые в  «натурфилософии» Фридриха Шеллинга видели возвышенное обоснование своей жажды постижения Творения и своего места в нем.
Благодаря Шеллингу эти представители знатных родов, именовавшиеся «любомудрами», чувствовали себя духовной элитой, взявшейся за квазиплатоновскую задачу постижения всеобщей истины. Их орудиями должны были стать дружба и любовь.

Сегодня политический подтекст их поэтической созерцательности может показаться нам слабым, но в эпоху первого, аристократического бунта против самодержавия (1825) любомудры представляли индивидуализм — в смысле индивидов совести, ответственных перед собой.
Они способствовали тому, что государство стало воспринимать «философию» как очаг революции, но вовсе не были революционерами в простом политическом смысле.

Созданный ими образ русской созерцательности оставался в силе до середины ХХ века, когда, пожалуй, самая «духовная» фигура русской жизни всех времен, Николай Бердяев (1874-1948) все еще пытался объяснить ее Западу, способному тогда — как слишком часто и сейчас — понять Россию только в категориях «коммунизма» или «свободы».

С самого начала этот русский индивидуализм, духовный, но не религиозный, антисамодержавный, но не обязательно прозападный, вступал в конфликт с политически ультраконсервативной православной церковью.
Отлучение Толстого от церкви на рубеже веков было символом более широкого, нараставшего десятилетиями конфликта, при котором церковь редко становилась духовным прибежищем для самостоятельного мыслителя.

Александр Герцен и его друг Николай Огарев, младшие современники любомудров, примерно в 1834-44 годах переосмысливали немецкое наследие, занявшись сначала поздними трудами Шеллинга по истории, а затем — Гегелем.
Примечательно, что Герцен читал Гегеля не как посланца всеобщего Разума, а как философа, считавшего «сомнение» двигателем развития человеческой личности.

Вскоре духовную Россию охватила тяга к переменам. Открывалось видение более общинной, эгалитарной жизни, вдохновленное французским мыслителем Сен-Симоном; безусловно, следовало сбросить реакционные оковы православия, самодержавия и народности, которыми Николай I сковал гражданскую жизнь.

Мы привыкли думать о великом распутье, разделившем русский XIX век на две неравные половины примерно в 1860 году, как о приходе довольно неуклюжего и пропагандистского атеизма «новых людей» на смену возвышенной риторике их более духовных предшественников.

Действительно, нечто подобное произошло под воздействием пришедших с Запада материалистических философских учений. Но произошло это отчасти и потому — как показывает Фреде в своем крайне оригинальном исследовании менее значительных фигур, посещавших в 1849 году революционный кружок Петрашевского — что в жестокой, инертной стране неверие было смелым политическим шагом.

Не нужно было великих теорий о личном поведении или философских прозрений. Само по себе неверие могло быть актом неповиновения.

Впоследствии Достоевский, еще один молодой участник кружка, которого чуть не казнили за его предполагаемые политические намерения, будет пробуждать в читателях сомнение как одну из существенных черт русской духовной жизни.

Фреде заканчивает свое исследование портретом радикального критика Дмитрия Писарева, человека 1860-х, которого если и помнят, то за то, что он провозгласил, что пара сапог ценнее творчества Шекспира. Фреде, заново открыв Писарева, показывает, сколь сложной в психологическом отношении фигурой он был.
Отчаянно желая освободиться от пут контролировавшей его семьи, Писарев обратился к сомнениям и телесному материализму как единственному способу обретения личной свободы.
Он отсидел за решеткой, повредился рассудком и вполне годится на роль героя ненаписанного романа, представляющего собой один из многих вариантов русского инакомыслия.

«Сомнения, атеизм и русская интеллигенция девятнадцатого века» — впечатляющий пример того, что окончание «холодной войны» означало для исследователей России. Как в России, так и на Западе «атеизм» перестал восприниматься через призму политических интересов.

Теперь мы гораздо четче видим, как Ленин, нуждавшийся в самоотдаче старой духовной интеллигенции, но не в ее созерцательности, пользовался атеизмом в качестве орудия.

Мы также видим, как западные историки, верные ценностям эпохи Просвещения, недооценивали русское сомнение, путая его с иррациональностью и теряя из виду верный способ постижения культурных терзаний.

Лесли Чемберлен — автор книг «Родина: философская история России» (Motherland: A Philosophical History of Russia)
и «Частная война Ленина: изгнание интеллигенции» (Lenin's Private War: The Expulsion of the Intelligentsia)

   
Оригинал публикации: Between Belief and Despair  http://online.wsj.com/article/SB1000142 … lenews_wsj
Перевод:  http://rus.ruvr.ru/2012_04_13/71620817/

23

Juri Gagarin. Герой нашего времени
"Русское поле", Германия,Елена Еременко

http://uploads.ru/i/z/p/x/zpx5i.jpg

"Абсолютно ясно, что трусишкой Юрий Гагарин не был, иначе он не смог бы выполнить свою работу! Юрий Гагарин был космонавтом из Советского Союза. Такой страны больше нет, а часть ее называется теперь Россией", - читаем мы на немецком детском сайте.

В детской литературе Германии появился новый герой. Это маленький мальчик, зовут его Юрий, и он мечтает полететь в космос.
В разных книгах у разных авторов с ним происходят невероятные приключения, часто он сам строит ракету, которую называет "Восток", на ней и совершает свой первый полет: "Juri fliegt zu den Sternen"...

http://uploads.ru/i/C/D/2/CD2H5.jpg

У него может быть друг, например, маленькая смешная такса по имени Лайка. Каждый раз в космосе происходят захватывающие события, он может там и с инопланетянами повстречаться, но всегда возвращается благополучно домой.

Книги о маленьком покорителе космоса, конечно, вышли к знаменательной дате - так детские писатели отметили 50-летие первого полета человека в Космос.
Были здесь и книги-комиксы и книги для чтения.

Конечно, для человека, выросшего в другой, скажем, литературной среде, такой подход к образу Гагарина несколько неожидан.
Все поставлено с ног на голову, но ведь интересно и весело!

Мне довелось увидеть, с каким восторгом дети начальной школы знакомились с такой веселой книгой о придуманных приключениях маленького Юрия в Космосе.

Полеты в неизведанное, далекое пространство остаются одной из самых волнующих и загадочных тем не только для детей.

В "детском мире" это направление воплощено в таких проектах, как адаптированные для малышей "звездные войны" и Raumfahrer Jim.
Вообще, для детских передач на немецком телевидении тема полетов в космос - одна из самых популярных. Вопросы освещаются самые неожиданные для взрослых, но вполне логичные для детей.

http://uploads.ru/i/s/6/P/s6PtK.jpg

А совсем недавно детский канал KIKA начал показ многосерийного мультфильма, истории инопланетных приключений маленького принца - по мотивам Сент-Экзюпери.

Есть много разных героев, которые так или иначе в своей мультяшной одиссее совершают полеты в космическое пространство. В общем-то, тема для детской литературы традиционная.

Можно вспомнить, что и образ самого Ю.А. Гагарина в детской литературе ГДР уже присутствовал. Но то была скорее дидактическая линия, довольно пафосная.
Сейчас же Юрий - маленький сверстник читателей, совершающий необыкновенные поступки, сумевший добиться воплощения невероятной мечты.

Таким он уже вписывается в современную детскую литературу и становится одним из популярных детских персонажей.

И, конечно, только изданием детских книг и телефильмов дело не ограничились, появились и интернет-проекты.

"Абсолютно ясно, что трусишкой Юрий Гагарин не был, иначе он не смог бы выполнить свою работу.
Юрий Гагарин был космонавтом из Советского Союза. Такой страны больше нет, а часть ее называется теперь Россией"
- "Ganz klar - ein Angsthase war Juri Gagarin nicht! Sonst hätte er seine Arbeit gar nicht machen können. Gagarin war ein Raumfahrer aus der Sowjetunion. Das Land gibt es nicht mehr. Teile davon sind jetzt Russland."
- так нам рассказывает о событиях новейшей истории детский портал из Штутгарта.

В прошлом году в Германии был запущен научно-познавательный журнал для детей третьих-четвертых классов о космосе, авиации, исследованиях названный просто и красиво - "Юрий"(!) - juri - Magazin voll mit Bildern, Experimenten, Rätseln und Geschiсhten.

Вместе с новым журналом был и объявлен всегерманский конкурс. Исследовательские работы маленьких ученых еще принимаются - до конца апреля нынешнего года. Три лучших класса Германии осенью посетят международную аэрокосмическую выставку в Берлине (проходит в сентябре).

Можно сказать, что благодаря юбилейному 50-му году имя Юрия Гагарина стало известно совсем юным немецким читателям.
И теперь не удивительно, что многие из них играют в космические полеты и в своих играх вспоминают его имя.

Остается надеяться, что в следующем, 2013-м, опять юбилейном для космонавтики году, когда все будут вспоминать полет первой женщины-космонавта Валентины Николаевны Терешковой, появятся в детской и юношеской мировой литературе интересные книги о маленькой отважной героине с удивительно красивым именем - Валентина.

Русское поле  http://russkoepole.de/index.php?option=com_content&view=article&id=700:juri-gagarin-&catid=109:2010-06-05-07-19-11&Itemid=381&lang=ru

24

Почему Остап Ибрагимович не женился на Зосе Викторовне
"Русский базар", США,Михаил Френкель

http://uploads.ru/i/d/3/v/d3vlo.jpg

Любовь, как известно, творит чудеса. Потомка русских дворян Евгения Катаева и еврея Илью Файнзильберга объединяла любовь к юмору и к родной Одессе.
Плодами данной любви стали полные жизни и юмора произведения этих замечательных писателей, творивших под псевдонимами Илья Ильф и Евгений Петров.
И, конечно же, в первую очередь, говоря об их творчестве, мы вспоминаем суперпопулярные романы "Двенадцать стульев" и "Золотой теленок".

Кто-то однажды остроумно заметил, что человечество делится на тех, кто всю жизнь читает "Трех мушкетеров", и на тех, кто читает "Золотого теленка", которому в нынешнем году исполнилось 80 лет.

Да, число поклонников знаменитого романа Ильфа и Петрова действительно велико.
И для них мы хотели бы напомнить одну малоизвестную подробность создания "Теленка". Дело в том, что вначале у романа было другое окончание.
Самый настоящий хэппи-энд. В первом варианте произведения за главой "Дружба с юностью" шла заключительная глава "Адам сказал, что так нужно".

* * *

"Тонкий звон председательского колокольчика, свидетельствовавший о приближении "Антилопы", - читаем мы в этой главе, - отвлек Остапа от его мыслей.
Заметив командора, Адам Казимирович остановил машину и стал манить его пальцем.
Позади водителя машины, отвернувшись, сидела внучка старого ребусника".

Остап садится в автомобиль, наблюдает по пути различные эпизоды черноморской жизни, пытается затеять разговор с Зосей.

- Вот навалился класс-гегемон, - повторил Остап, - даже мою легкомысленную идею и ту использовал для своих целей. А меня оттерли, Зося!
Слышите, меня оттерли. Я несчастен. Скажите мне слово утешения.

- И после всего, что было, - сказала Зося, впервые поворачиваясь к Остапу, - в утешении нуждаетесь вы?

- Да, я.

- Ну, это просто свинство.

- Не сердитесь, Зося. Примите во внимание атмосферный столб. Мне кажется даже, что он давит на меня значительно сильнее, чем на других граждан.
Это от любви к вам. И, кроме того, я не член профсоюза. От этого тоже.

- Почему вы всегда врете?

- Это не ложь. Это закон физики. А может быть, действительно никакого столба нет. Я уже ничего не понимаю.

Говоря так, пассажиры "Антилопы" смотрели друг на друга с нежной внимательностью. Они не заметили, что машина уже несколько минут стоит на месте, а Козлевич смотрит на них, подкручивая двумя руками свои кондукторские усы.
Приведя усы в порядок, Адам Казимирович, кряхтя, сошел на землю, отстегнул дверцу и громогласно сообщил:

- Прошу выходить. Приехали. Еще нет четырех часов, как раз еще успеете. У них это быстро, не то что в костеле - китайские церемонии. Раз-раз - и готово. А я здесь подожду.

Остап ошеломленно посмотрел перед собой и увидел обыкновенный серенький домик с обыкновенной серенькой вывеской: "Отдел записей актов гражданского состояния".

- Это что? - спросил он Козлевича. - Так нужно?

- Обязательно, - ответил водитель "Антилопы".

- Слышите, Зося, Адам говорит, что это обязательно нужно.

- Ну, раз Адам так говорит... - сказала девушка дрожащим голосом.

Командор и внучка старого ребусника вошли в серенький домик, а Козлевич снова залез под машину.
Он задумал во время свадебного шествия в дом невесты дать "Антилопе" предельную скорость - двенадцать километров. Для этого надо было проверить механизмы.

Он все еще лежал под автомобилем, когда супруги вышли из Отдела записей.

- Мне тридцать три года, - сказал великий комбинатор грустно, - возраст Иисуса Христа.
А что я сделал до сих пор? Учения я не создал, учеников разбазарил, мертвого не воскресил.

- Вы еще воскресите мертвого, - воскликнула Зося, смеясь.

- Нет, - сказал Остап, - не выйдет. Я всю жизнь пытался это сделать, но не смог. Придется переквалифицироваться в управдомы.

И он посмотрел на Зосю. На ней было шершавое пальтецо, короче платья, и синий берет с детским помпоном.
Правой рукой она придерживала сдуваемую ветром полу пальто, и на среднем пальце Остап увидел маленькое чернильное пятно, посаженное только что, когда Зося выводила свою фамилию в венчальной книге. Перед ним стояла жена.

* * *

Почему же в окончательном варианте роман завершает уже не хэппи-энд, а нравоучительная сценка на границе? Автор примечаний к собранию сочинений И.Ильфа и Е.Петрова (Москва, "Художественная литература", 1961 год) ничуть не сомневается, что такой конец книги нужен для того, чтобы "бескомпромиссно, глубоко реалистически решить конфликт между индивидуалистом-стяжателем и советским обществом".

Знакомая песня. Но все-таки, почему так случилось?

Нисколько не претендуя на роль человека, стопроцентно знающего ответ, рискну предположить, что авторы романа, как впоследствии миллионы читателей, симпатизировали своему герою и не хотели "обижать" его. Но... все относительно в нашем мире. И понятие "острота сатиры" тоже.

Нынешнему молодому человеку, привыкшему, что ныне президента не только чужой, но и своей страны можно ругать на центральной площади города, трудно представить, каким гражданским мужеством нужно было обладать Аркадию Райкину, чтобы в самый разгар "застоя" сказать со сцены: "“Партия нас учит, что газы при нагревании расширяются".

А "Золотой теленок" впервые был напечатан в журнале "30 дней" в 1931 году. Нужно ли говорить, какие времена приближались.
Но уже и тогда даже легкая критика "отдельных недостатков" была власть предержащим не по нутру. А тут - сатирический роман. Для того, чтобы его писать и издавать, нужна была смелость.

Не случайно и то, что роман был опубликован именно в "30 днях". Редактор журнала Василий Регинин был удивительный человек.
Однажды, еще в дореволюционные годы, чтобы поднять тираж издания, которое он тогда редактировал, он совершенно безоружный вошел в клетку с тиграми и не вышел оттуда, покуда на пари не выпил чашечку кофе.
Только такой редактор и мог решиться на публикацию "Золотого теленка".

В июле тридцать первого роман был завершен, затем "неожиданно" авторы передумали, и новая заключительная глава "Кавалер Золотого Руна" была напечатана в декабрьском номере журнала.

При этом любопытная деталь - Ильф и Петров успели к тому времени отослать рукопись для публикации во Францию. Все шло своим чередом.
И вдруг они стали слать очень нервные письма французскому издателю, категорически настаивая на том, чтобы окончание романа было изменено.
И подчеркивали, что это для них играет "исключительную роль".

И тут мы еще раз задаем себе вопрос: "Почему же Ильф и Петров изменили концовку романа?
" Моя версия - им это "подсказал" кто-то "очень серьезный и влиятельный", к кому не прислушаться было бы не только неблагоразумно, но и опасно.

Впрочем, быть может, все было и не так. Но в любом случае лично мне жаль, что Остап Ибрагимович не женился на Зосе Викторовне...

ИЗ ЗАПИСНЫХ КНИЖЕК ИЛЬИ ИЛЬФА

Бог прислал меня к вам, чтобы вы дали мне работу.

За что же меня лишать всего!
Ведь я в детстве хотел быть вагоновожатым! Ах, зачем я пошел по линии частного капитала!

"Я умру на пороге счастья, как раз за день до того, когда будут раздавать конфеты".

Судя по сообщениям о нищих, можно подумать, что легче разбогатеть, сделавшись нищим.

Последний промысел. Отдавать пса в женихи.

С деньгами нужно расставаться легко, без стонов.

Давайте ходить по газонам, подвергаясь штрафу.

- Кому вы это говорите?
Мне, прожившему большую неинтересную жизнь?

Он был в таком возрасте, когда вообще правды не говорят. Болезнь возраста.

На его щеке еще горел раскаленный поцелуй предателя.

Каждый человек благороден только в своей среде.

Напился так, что уже мог творить различные мелкие чудеса.

Все талантливые люди пишут разно, все бездарные люди пишут одинаково и даже одним почерком.

Человек не знал двух слов - "да" и "нет". Он отвечал туманно: "Может быть, возможно, мы подумаем".

Это были гордые дети маленьких ответственных работников.

Лицо, не истощенное умственными упражнениями.

Приказано быть смелым!

Бог правду видит, да не скоро скажет. Что за волокита?

Михаил Френкель - собственный корреспондент еженедельника "Секрет" в Киеве
Русский базар  http://russian-bazaar.com/ru/content/83635.htm

25

Смерть шпионам: особая война
"Смена", Белгород,Виктория Передерий

http://m.ruvr.ru/data/2012/04/18/1306187833/804px-smersh1943.jpg
© Фото: ru.wikipedia.org

Недавно на большие экраны страны вышел фильм, снятый по повести Б.Акунина «Шпион».
Речь в нем идет о последних предвоенных месяцах, о противостоянии немецкой контрразведки и советских спецслужб.
Увы, и по авторской версии, и как показывают реалии, временно врагу удалось ввести в заблуждение Советское правительство.
Остались незамеченными огромное скопление немецкой армии на границах с Советским Союзом, донесения советских разведчиков, работающих в тылу врага.
И удар фашистов в ночь на 22 июня 1941 года стал настоящим шоком для советского командования.

Немецкая служба разведки и контрразведки, полевая жандармерия и Главное управление имперской безопасности Третьего рейха действовали на тот момент слаженней, профессиональней советских спецслужб и как следствие - более эффективно.
Масштабы и ожесточенность тайной войны, которую вела германская разведка, не имеют себе равных в истории.
В начале 1942 года в Германии появился специальный проект «Цеппелин».
Фашисты создали невиданную по масштабам сеть разведшкол, которые выпускали ежегодно до 10 тысяч агентов, диверсантов и террористов.

Увы, в последнее время, когда речь идет об органах безопасности СССР, вспоминаются все больше борьба с инакомыслием, черные «воронки» на улицах городов, да депортации целых народов.

http://uploads.ru/i/T/1/h/T1hua.jpg

Писатель военного жанра, ветеран МВД, полковник в отставке Василий Журахов написал книгу «Особая война. «СМЕРШ» против абвера», прототипами двух главных героев стали реальные люди, чекисты Николай Евдокимов и Константин Грязных.

В поздравительной телеграмме, подписанной в 2003 году директором ФСБ генералом армии Н. Патрушевым, упоминаются девять белгородцев-ветеранов органов контрразведки СМЕРШ.

Сегодня наш разговор с Василием Михайловичем о еще нераскрытых тайнах спецслужб и о роли советской контрразведки в годы Великой Отечественной войны.

- Нельзя недооценивать роль СМЕРШ, - считает Журахов. - Создание Главного управления контрразведки было вполне закономерным, оно вытекало из сложившейся к 1943 году обстановки на советского-германском фронте. Битва под Москвой сорвала план молниеносной войны.
Из рук противника под Сталинградом была вырвана стратегическая инициатива. Но при этом германским спецслужбам еще не был нанесен смертельный удар.

Первоначально созданной структуре хотели дать название «СМЕР-НЕШ» - смерть немецким шпионам! На что Верховный главнокомандующий И. Сталин возразил: «Почему только немецким?! У нас пасутся разведки и других стран».

Так и появился «СМЕРШ» - смерть шпионам. Тема эта очень интересна, и я планирую к ней вернуться еще нет раз. Тем более что впереди не менее значимые круглые даты - семьдесят лет битве под Прохоровкой и семидесятилетие со дня освобождения Белгорода и Харькова.
Примечательно, что два этих города освободила одна дивизия - 89 гвардейская краснознаменная, в последующем получившая название Белгородско-харьковская.

Возвращаясь к «СМЕРШ»... На органы этого Управления были возложены задачи по борьбе с шпионской, диверсионной, террористической деятельностью иностранных разведок, борьбе с предательством и изменой Родине в частях Красной Армии, дезертирством и членовредительством на фронтах.

Только в ходе Курской битвы смершевцы обезвредили более полутора тысяч немецких агентов и диверсантов.

В руки контрразведчиков попали пятнадцать разведывательно-диверсионных групп противника, в том числе и та, которая должна была ликвидировать командующего фронтом генерала армии Константина Рокоссовского.

В феврале 1944 года абвер прекратил самостоятельное существование в связи с поражением в тайной войне на советско-германском фронте.

- Говорят, что и к гибели нашего знаменитого земляка Николая Федоровича Ватутина тоже приложила руки немецкая разведка?
- Есть такая версия. Как бывший работник органов внутренних дел, я хочу провести собственное расследование его смерти. В этом деле не все так просто, как кажется на первый взгляд.
Ватутина ранили в ногу 29 февраля 1944 близ населенного пункта Миляты Ровенской области. По словам очевидцев, бандеровцы, сидевшие в засаде, напали внезапно. И тут начинается самое интересное.

После ранения генерала отвезли в ближайший ровенский армейский госпиталь. Через пару дней его отправили в Киев. Кстати, врачи предлагали командованию фронта Ватутина обязательно эвакуировать самолётом «Дуглас» в Москву, а он почему-то в санитарном поезде направился в Киев.
Кто же отдал такое распоряжение?! По рассказу бывшего партизана и фронтовика Федора Лещенко, лечившегося в эти дни в Ровно, где-то в начале марта 1944 года, когда Ватутина уже в госпитале не было, фашистские самолеты полностью разбомбили здание и готовящийся к отправке санитарный эшелон с ранеными.

Было ли это случайностью?! До сих пор непонятно, сколько бандитов участвовало в нападении на генерала. По одним донесениям-30-40, по другим- 350-400.

Еще один вопрос остается открытым - неожиданная смерть Ватутина. Он шел на поправку, для его лечения были привлечены светила медицины. Но вдруг организм Николая Фёдоровича начал сопротивляться лечению и отказался от борьбы с «инфекцией».

Последствия не замедлили сказаться и, несмотря на присутствие приехавшего из Москвы Н.Н. Бурденко, «инфекция» одержала победу, над выдающимся медицинским хирургом, и над боевым генералом.15 апреля Николай Ватутин умирает. Вопросов, как видите, остается много.

Мы отправили запрос директору Германского исторического института в Москве профессору Николасу Катцеру, получили все касающиеся этого дела материалы в государственных архивах Украины, подготовили письмо в Ровно, действительно ли был уничтожен госпиталь после того, как туда привезли раненого Ватутина.

Многие документы, касающиеся этого дела, до сих пор находятся в архивах спецслужб. Ведь по результатам расследования нападения на Ватутина было возбуждено уголовное дело. Члены бандитских группировок были осуждены.
И потом якобы один из организаторов этого нападения при загадочных обстоятельствах сгинул в Озерлаге в Иркутской области...

Есть версия, что Хрущев из личных амбиций спустил лечение на тормозах, что и повлекло смерть генерала.

Вместе с творческой группой ТРК «Мир Белогорья» мы готовим фильм «Генерал Ватутин. Место подвига - Белгородчина».
Дочь генерала Елена Ватутина, которая живет сейчас в Праге, дала доверенность, заверенную российским консулом. По ней я имею право знакомиться со всеми материалами, касающимися жизни и деятельности ее отца.

Мы можем приоткрыть занавес тайны и узнать, что случилось с нашим легендарным полководцем. Но без документов СМЕРШа и НКВД эту тайну не раскрыть.
А как мы знаем, спецслужбы тайны хранить умеют.

- Василий Михайлович, а над чем вы ещё работаете?
- Мое последнее детище - сборник рассказов «Чувство локтя». Речь в них идет о разном времени - о Великой Отечественной войне, мирной жизни, событиях в Чечне...
Но человек может всегда оставаться человеком, несмотря на жестокость войны и жизненные соблазны.

Рассказ В.Журахова «С крестом на сердце» вышел в мартовском номере литературно-художественного журнала Министерства обороны РФ «Воин России».

А в феврале его опубликовал журнал «Московский вестник».

http://rus.ruvr.ru/2012_04_18/72145643/

26

Большой лунный обман 1835 года
Источник   http://www.victoriangothic.org/the-grea … x-of-1835/
перевод для mixednews – Cowanchee  http://mixednews.ru/archives/16982

http://www.victoriangothic.org/wp-content/uploads/2011/09/Moon-Map.jpg

Представьте себе, что однажды утром вы просыпаетесь, садитесь за компьютер, и внезапно на вас обрушивается поток ссылок на разгорающуюся историю с самых передовых новостных сайтов: Стивен Хокинг, с помощью квантового суперкомпьютера Кэмбриджского университета проанализировал данные с телескопов SETI (программа поиска внеземных сигналов; прим. mixednews.ru), и обнаружил, что Вселенная переполнена сигналами разумных существ.
На первый взгляд это звучит как обычная научная история, но вскоре появляется сообщение, что Хокинг и его коллеги уже участвуют в межпланетной телеконференции, и уже затаив дыхание наблюдают, как первые изображения внеземной цивилизации появляются на крошечном мониторе их суперкомпьютера.

Вы и ваши друзья судорожно обновляете страницы ваших браузеров, обсуждая каждое новое описание странной инопланетной расы и экзотических ландшафтов, в которых они обитают. А затем у вас появляются вопросы, начинает нарастать скептицизм. У вас появляются сомнения.

И внезапно вы осознаёте, что стали частью тонкого, умного обмана – (а ведь вы всегда знали, что не надо доверять всему, что говорят на Fox News!) – но, не смотря на это, вы понимаете, что весьма высоко оценивате тот факт, что на один прекрасный момент люди по всему миру вдруг оставили свои мелкие склоки и поверили в чудо.

Примерно так вероятно чувствовали себя жители Нью-Йорка летом 1835 года, когда New York Sun опубликовала серию статей, описывающих невероятные лунные открытия, которые были сделаны известным астрономом Джоном Хершелом в его обсерватории на Мысе Доброй Надежды.
Используя новейшие «водородно-кислородные (проще говоря, водяные; прим. mixesnews) увеличетели», Хершел сумел создать новый мощнейший телескоп, который смог обеспечить увеличение в 42 тысячи крат – достаточное, чтобы разглядеть предмет диаметром в полметра на поверхности Луны – и спроецировать полученное изображение на стену его обсерватории.
Притворяясь перепечаткой с Эдинбургского Научного Журнала (на самом деле не существующего), эти статьи содержали верную смесь научно-популярных терминов и технических деталей, чтобы казаться правдоподобными.

Первые картинки, проявившиеся на стене обсерватории Хершела, были изображениями базальтовых скал, а затем – весьма красноречивый кадр – макового поля. Затем телескоп показал лунные леса, состоящие из чего-то похожего на гигантские тисовые деревья, пляжи «из ослепительно белого песка, опоясанные дикими скалами, состоящими по-видимому из зелёного мрамора», и гроздья потрясающих прозрачных шпилей и пирамид сиреневого оттенка.

И наконец, он остановился над овальной долиной, окружённой кристаллическими холмами «цвета чистого вермиллиона» (ярко-алый минеральный пигмент, получаемый из киновари; прим. mixednews), с каскадами водопадов, ниспадающих с утёсов, где среди сочной зелени и деревьев он обнаружил стадо крошечных лунных бизонов.

Они обладали особыми мохнатыми придатками – которые как скоро выяснится были обычным явлением для многих лунных существ – чтобы защищать свои глаза от «крайне резких смен света и тьмы, которым часто подвергаются все обитатели нашей стороны Луны». Здесь также обнаружили некую водоплавающую птицу, питавшуюся моллюсками и амфибиями, и странных однорогих козлов, которые паслись на опушках леса. Первый день наблюдений учёные подытожили, дав этому месту название «Долина Единорогов».

На протяжении нескольких успешных ночей наблюдений, исследователи открыли ещё больше сложных и фантастических существ, включая расу двуногих бобров, которые жили в хижинах, пользовались огнём, и носили своих детёнышей на руках. Также здесь по какой-то причине присутствовала овца – обычная овца. А в амфитеатро-подобном образовании, которое окрестили «Рубиновым Колизеем», были впервые получены изображения лунного человека – летучей мыши.

Vespertilio-homo, как они были классифицированы, стояли прямо и гордо, и, по наблюдениям, использовали свои руки и кисти для жестикуляции, очевидно занятые оживлённой беседой. Это были разумные существа, хотя и на низкой ступени развития.

По словам исследователей, они были «несомненно счастливыми и невинными существами, хотя некоторые из их развлечений и слабо соотносились с нашими земными понятиями об этикете». По этому поводу они отказались давать уточнения, заметив лишь, что эти существа были «обоих полов».

Вскоре были обнаружены и более развитые виды Vespertilio-homo: невероятно красивая ангелоподобная раса, которая населяла «Залив Радуг», и более человекообразная средняя каста существ, которые своим поведением демонстрировали уважительные социальные отношения, и коротали своё время, пируя жёлтыми тыквоподобными фруктами. Эта вторая раса обитала рядом с «Долиной Триад»,  где было обнаружено трио потрясающих сапфировых храмов.

Каждое грандиозное сооружение было треугольным, с крышей из золота, или какого-то другого жёлтого металла, на которой были нанесены изображения объятого пламенем земного шара. Что это означало?

Хотели ли строители этих монументов запечатлеть «Прошлое бедствие своего мира», задавались вопросом учёные, или предсказывали «Будущее мира нашего»?

Лунная история немедленно получила оглушительный успех, подняв продажи New York Sun до 19360; цифры, которая превосходила даже продажи Лондонской Times. Она была быстро перепечатана сперва другими нью-йоркскими газетами, затем по всей стране, и далее по всему миру.

Говоря современным языком, эта история стала вирусной. Не каждый издатель, кто её публиковал, был готов ручаться за её достоверность, но это не имело особого значения – люди наслаждались историей в любом случае.
Они не только не отменили свою подписку и не впали в ярость, когда стало очевидно, что вся история была сфабрикована, но даже стали ценить её ещё больше за то, что она смогла так тонко захватить их воображение.

Это стало феноменом поп-культуры, воодушевив на сценическую постановку Театр Боуэри, и создание художником Генри Харрингтоном диорамы для показа в Бродвейском City Saloon, с движущимися задниками, а также звуковыми и световыми эффектами.

http://www.victoriangothic.org/wp-content/uploads/2011/09/Great-Moon-Hoax-1835-New-York-Sun-lithograph-298px1.jpg
Иллюстрация к уэльской редакции Лунной истории

История Лунного обмана и его авторство, принадлежащее редактору Sun Ричарду Адамсу Локу, описана в книге Мэтью Гудмана «Солнце и Луна: Замечательная и правдивая история нескольких обманщиков, одного шоумэна, дуэлирующих журналистов, и лунных людей в девятнадцатом веке».

Одна часть книги Гудмана следует за Эдгаром Аланом По, который как раз во времена лунного обмана опубликовал в Южном Литературном Вестнике свои собственные «Невероятные приключения Ганса Пфаля» – историю о путешествии на Луну на воздушном шаре.

По даже собирался написать продолжение истории, в котором Пфаль описывал бы лунные пейзажи и их обитателей, но забросил этот проект, огорчившись, когда оказалось, что лунная история Лока была выдумкой.

Современные читатели его антологий могут даже найти резкую критику, в которой знаменитый писатель жалуется на то, что его собственная история имеет так мало общего с историей мистера Лока, и весьма педантично выставляет на показ все научные ошибки, которые сразу выдали бы с головой историю Sun, если бы читающая публика была чуть более смышлёной.

Однако начальные подозрения и некоторая презрительность По со временем могли бы уступить место уважению.

Оба автора работали на одной и той же благодатной почве, используя «правдоподобие в применении научных принципов», как назвал его По, представляя себе возможные варианты будущего, и стараясь изобразить фантастические сценарии возможными.

Репортёр Джеймс Гордон Беннет описал Лунную историю как «Новую разновидность литературы», в которой Лок «открыл новую жилу, настолько же оригинальную, захватывающую, и прекрасную, как и любая другая когда-либо написанная величайшими гениями.

Он смотрел в будущее, и адаптировал своих персонажей к появлению в свете науки». Тоже самое было справедливо в отношении По.

И вместе они  с Локом были пионерами нового жанра, который сегодня известен как «Научная фантастика».

27

Загадочные миры Ивана Ефремова
Андрей ГЕРАЩЕНКО (Беларусь) 21 апреля 2012

http://uploads.ru/i/y/k/9/yk9TF.jpg
Иван Антонович Ефремов.

Любой писатель, а фантаст в особенности, всегда стремится проникнуть в тайны мироздания и человеческого бытия, заглянуть в далёкое прошлое и, конечно же, будущее. Каждого из нас время от времени посещают мысли о смысле и сущности нашей жизни, личной судьбы. Но у писателей это часто бывает более обострённо, потому что писатели стремятся через свои романы, повести, рассказы и поэзию донести до других свои переживания и догадки. В этом смысле они похожи на учёных, которые исследуют мир в поисках истины. Однако, в отличие от учёного, писатель всегда пользуется полутонами и догадками, так как и сам не до конца понимает природу своих образов и ощущений, а также те силы и причины, которые их вызывают. И в этом смысле писатель всегда немного ближе читателю, нежели учёный – между ним и читателем нет расстояния. Зачастую читатель находит в прочитанном отзвуки собственных мыслей и созвучия собственным переживаниям.

Середина ХХ века была настоящим расцветом фантастики – прежде всего космической, но одновременно и социальной. Отгремела тяжелейшая и кровавая Великая Отечественная война. Советский Союз, Европа, Китай, Япония и многие другие страны только начали отходить от послевоенного шока. Впереди, как казалось, всех ожидает совсем иная, новая жизнь, которая будет прекрасной, потому что уже первые послевоенные годы позволяли надеяться на то, что постепенно отступающие голод, болезни, нищета и невзгоды больше не вернуться. Всё самое страшное осталось в прошлом. Впереди – новые научные достижения, эра гуманизма и счастья, покорение космоса и, конечно же, всеобщее единение человечества и мир, мир и ещё раз мир. Молодой, заново родившийся после великой войны мир мечтал о любви и счастье. Мечтал обо всём этом и Иван Антонович Ефремов, чьё 105-летие со дня рождения мы отмечалось 22 апреля 2012 года.

Ефремов – писатель весьма одарённый и талантливый, один из тех, кто навсегда вошёл в русскую литературу. Можно сказать, что для ХХ века он и вовсе писатель культовый, во многом определивший общественную мысль советской интеллигенции, которая после смерти И.Сталина во время хрущёвской «оттепели» мучительно искала ответы на вопросы, на которые мы не знаем ответа и сейчас, полвека спустя. Впрочем, это вечные вопросы и на них люди будут искать ответы столько же, сколько будет существовать наш мир.

Споры идут даже вокруг даты рождения писателя. Многие, ссылаясь на записи в метрической книге, указывают, что И.Ефремов родился на год позже, чем это принято считать – 22 апреля 1908 года, но сам писатель всё же указывал в качестве даты своего рождения именно 1907 год.

Читать маленький Ваня Ефремов научился очень рано. Больше всего ему нравились книги об удивительных путешествиях и необычных мирах, исследователях и путешественниках. Особенно полюбились романы Жюля Верна.

Начавшаяся революция полностью изменила жизнь Вани – после смерти матери от тифа он стал «сыном полка» в автороте и вместе с ней в качестве маленького красноармейца прошёл трудными военными дорогами до Перекопа. Во время гражданской войны подросток получил контузию и с тех пор всю жизнь немного заикался при разговоре. Доучиваться пришлось уже после войны, в Петрограде. Время было голодное и трудное – везде царили разруха и голод. Чтобы как-то прокормиться и продолжать учёбу, Ваня много работал – грузчиком, пилил дрова. Когда подрос, ему пригодились навыки, полученные на войне в автороте – он стал шофёром.

Закончив школу, Иван Ефремов поступил в Петроградские мореходные классы и стал штурманом каботажного плавания – его манили дальние моря и новые впечатления. В своё первое тихоокеанское плавание 1924 года И.Ефремов отправился на Дальний Восток в качестве простого матроса.

Однако в это же время у Ефремова всё более отчётливо проявляется интерес к палеонтологии – науке, позволяющей заглянуть в далёкое прошлое. Вернувшись с Дальнего Востока, Иван Ефремов поступает на биологическое отделение Ленинградского университета. Молодой студент предпочитает проводить время в палеонтологических экспедициях и странствиях – на просторах Поволжья, горах Урала, таёжной Сибири, сопкам Приморья. Во многом это был результат его знакомства с академиком П.Сушкиным, который был его первым научным руководителем и учителем. Во всех этих исканиях и путешествиях И.Ефремов сделал немало находок и интересных открытий.

Стремясь расширить свой кругозор, чтобы профессионально работать на стыке биологии и палеонтологии, И.Ефремов в 1935 году экстерном заканчивает Ленинградский горный институт, и уже в Москве, куда перевели Палеонтологический институт, защищает кандидатскую диссертацию по биологии. Спустя 6 лет, в 1941 году незадолго до начала войны И.Ефремов становится доктором биологических наук. За свою успешную научную деятельность он даже удостаивается вместе со своим соавтором А.Быстровым почётных дипломов английского Линнеевского научного общества.

Во время войны И.Ефремов был эвакуирован в Казахстан, в Алма-Ату, затем переведён в Киргизию, во Фрунзе (нынешний Бишкек). В Киргизии учёный тяжело заболел – одна из форм лихорадки закончилась осложнением на сердце.

В эти годы И.Ефремов заканчивает разработку тафономии – новой отрасли палеонтологии, которая изучала закономерности сохранения остатков ископаемых организмов. Разработка основ тафономии была закончена ещё в 1943 году, но шла война, и было не до того. Книгу, получившую название «Тафономия и геологическая летопись» И.Ефремов смог издать только в 1950 году. Она имела большой успех, и в 1952 году И.Ефремов был удостоен Сталинской премии второй степени.

Первые свои приключенческие и фантастические рассказы И.Ефремов начал писать ещё во время Великой отечественной войны.

После смерти И.Сталина чувствовался дефицит новых идей – в обществе и стране преобладали ожидания новой, счастливой жизни. К сожалению, в силу общественного устройства в СССР, а также определённой статичности и консервативности коммунистической идеологии она не успевала за происходящими процессами и не могла в полной мере дать ответ на то, каким будет это так ожидаемое всеми завтра, каким будет человек.
В хрущёвский период это начало выражаться в том, что компартия стала проводить тезис о возможности построения коммунизма уже в ближайшей перспективе. Но каким именно должен был стать этот коммунизм, никто точно не знал. Не имела на этот вопрос ответа ни сама компартия, ни советское руководство.

И.Ефремов, прекрасно осведомлённый о прошлом и настоящем нашего общества, не питавший особенных иллюзий в отношении окружавшей его действительности, всё чаще, как и многие в стране и мире, задумывается о грядущем – какой станет Земля, каким будет человеческое общество, как будут жить, какие ценности исповедовать будущие поколения. Как и положено учёному, в своих размышлениях он не просто мечтает, а просчитывает это будущее, пытается предугадать его на основании тех знаний, которыми обладает. Более того, зная о работах Циолковского, читая об успехах ракетостроения, интересуясь научными исследованиями космоса, И.Ефремов не ограничивается только нашей планетой, но пытается заглянуть и вглубь Вселенной.

Знакомство с рядом фантастических произведений американских авторов приводит И.Ефремова к мысли о том, что тот сценарий, который описывается в их произведениях – звёздные войны, вовсе не является неизбежным и основан, прежде всего, на негативном опыте человечества и событиях минувшей войны. Тогда писателю приходит идея о Великом Кольце – союзе цивилизаций, которые совместно исследуют и осваивают космос, не воюя, а помогая друг другу. Это во многом перекликалось и с декларируемым Советским Союзом намерением возглавить стремление части человечества к построению нового, справедливого общества.

Результатом всех этих размышлений стал роман «Туманность Андромеды», написанный писателем в 1955-1956 году в основном в уединении на своей подмосковной даче. Работал помногу – почти ежедневно писал по 8-10 страниц текста.
Во время написания книги писатель часто любовался ночным небом при помощи мощного бинокля, время от времени отыскивая ближайшую к нам галактику, давшую название роману – Туманность Андромеды. Сам писатель вспоминал, что то время было одним из самых счастливых в его жизни.
Роман вышел в свет в 1957 году в популярном журнале «Техника молодёжи», а затем через год, благодаря восторженным откликам читателей – в издательстве «Молодая гвардия».

http://uploads.ru/i/a/r/s/arsQ7.jpg

Книга сразу же произвела ошеломляющее впечатление и стала очень популярной, выдержала множество переизданий и была переведена на многие иностранные языки. Это книга-реквием, книга о том будущем, о котором интуитивно мечтает каждый человек. В религиозно-философском и общественном плане И.Ефремов замахнулся на то, на что решались очень немногие люди в истории человечества – он в форме романа сделал научно-обоснованный прогноз будущего, описал один из его возможных вариантов, не претендуя при этом на некую новую идеологию или, тем более, новый религиозный культ, хотя масштаб и глубина романа вполне соответствуют и первому, и второму.

На Западе, а потом многие и у нас назвали «Туманность Андромеды» новой коммунистической утопией. Это, безусловно, не так, потому что роман – это плод синтеза гуманистической философии и научного предвидения возможного будущего эволюционного развития земной цивилизации. Это роман космический не только по своей тематике, но и по масштабу поднятых в нём проблем.

Чисто в сюжетном плане присутствует несколько основных линий, главной из которых является описание путешествия звездолёта «Тантра», который при возвращении к Земле оказывается вблизи железной звезды и на расположенной возле неё планете находит два космических корабля – пропавший земной «Парус» и инопланетный спиралодиск. Главный действующий персонаж этой линии – командир «Тантры» Эрг Ноор. Земляне сталкиваются с агрессивной формой жизни, присутствующей на планете.

В этой линии интересно то, что И.Ефремов показывает, что, несмотря на развитие науки и техники, первопроходцев и путешественников всегда будут ожидать всевозможные риски и опасности, полностью просчитать которые не представляется возможным. Одновременно с этим важнейшую роль всегда будут играть лучшие человеческие качества – готовность к самопожертвованию, подвигу. Так, астронавигатор Низа Крит едва не погибает, спасая жизнь своего командира.

Интересны и линии развития сюжета, развивающиеся непосредственно на Земле. Планета будущего описана, как место проживания людей, достигших высокого уровня развития науки и техники и, что, вероятно, более важно, и это подчёркивает сам И.Ефрмеов – высокого уровня общественных отношений и личностной ответственности членов общества. Если кратко, то мысль писателя подводит нас к тому, что при осознании людьми своего места в мире и с принятием социумом идей гуманизма Земля непременно постепенно будет превращаться в «планету-сад».

В «Туманности Андромеды» показано, как благодаря совместному созидательному труду планета постепенно преображается – человечество объединяется в одно целое, вырабатывает общий язык, избавляется от расовых предрассудков, одновременно с этим сохраняя всё лучшее из своего культурно-исторического наследия. Люди избавляются от непомерного потребительства, накопительства – главной целью и смыслом жизни становится интересная работа, исследования, научные разработки, путешествия, полезные и радующие увлечения.

Проблема питания решается за счёт использования новых технологий, в которых мы можем уловить сегодняшние разработки биогенной инженерии. В океане выращивается морская водоросль хлорелла, которая служит основой для производства пищевых продуктов. Само общество не имеет центрального правительства – существует несколько коллегиальных органов, решающих те или иные вопросы. Более важные проблемы решаются общим референдумом, который проходит очень быстро посредством дистанционной связи (как сейчас бы сказали – в он-лайн режиме). В общем-то, вера в возможности науки в романе просто огромная. Однако люди Земли в «Туманности Андромеды» у И.Ефремова не просто какие-то вечно всем довольные и всегда поступающие правильно роботы. У них есть свои сомнения, проблемы, конфликты.

Так, заведующий Внешними Станциями Дар Ветер подвержен тяжёлой депрессии – он утрачивает интерес к работе и жизни. Он оставляет свой пост, отправляется в археологическую экспедицию, которая возвращает его к жизни. Однако неудачная любовь вновь делает его несчастным, и он удаляется от общества. Ещё более драматично развиваются события вокруг эксперимента учёного Рена Боза. Эксперимент был запрещён из-за высокой степени риска, но физик его проводит, опираясь на личное решение Мвена Маса. Эксперимент проваливается и заканчивается разрушениями и гибелью людей. Мвен Мас добровольно отправляется в изгнание на Остров Забвения – достаточно любопытный вариант судебного наказания будущего.

В других, вспомогательных линиях, И.Ефремов много рассуждает о воспитании и педагогике, нравственной стороне человеческого общества. Во многом он пытается соединить будущую высокую техногенность цивилизации с гуманистическими ценностями, восходящими ещё к античности.

Иными словами, «Туманность Андромеды» показывает, что проблемы личности и общества никуда не уходят, однако в той картине будущего, которую нарисовал И.Ефремов, они не столь жёстки и безрадостны, как в наше время. Безвыходных ситуаций нет, и прогресс и гуманизм постепенно берут своё.

Роман заканчивается тем, что Эрга Ноора и Низу Крит провожают в новую экспедицию, из которой они уже не смогут вернуться в силу длительности космического полёта. С одной стороны это возможность написать продолжение, с другой же Иван Ефремов напоминает нам, что развитие человеческого общества даже в далёком будущем будет невозможным без осознанного стремления к самопожертвованию и даже подвигу во имя человечества.

«Туманность Андромеды» – это никакая не утопия. В романе говориться о той Земле и той цивилизации, о которой в глубине души мечтает каждый человек нашей планеты. И дело здесь не в коммунизме, а в наших глубинных ожиданиях радости и счастья от возможной полноты и насыщенности земной жизни. К тому же в принципиальном плане цивилизация, описанная в «Туманности Андромеды», вполне реальна и возможна. Вопрос в осознанности выбора самого человечества. По-сути, роман стал подлинным гимном гуманизму и всему лучшему, что присуще нам, землянам.

Вслед за «Туманностью Андромеды» последовал роман «Лезвие бритвы», в котором Иван Ефремов попытался дать ответ на вопросы, которые ставил перед людьми развивающийся СССР, однако в целом книга не имела такого успеха, как предыдущая.

Планета менялась. К сожалению, не оправдались многие надежды послевоенного поколения – мир становился сложнее, то там, то здесь вспыхивали локальные войны, да и система социализма не стала панацеей от проблем. Более того, начавшийся конфликт между СССР и КНР показал, что и отношения социалистических стран могут быть такими же враждебными и драматичными, как и капиталистических.

Да и в самом СССР сворачиваются реформы, консервируется общественный строй, строго регламентируется общественная жизнь. Всё это не могло не разочаровать И.Ефремова, потому что во многом противоречило всей той концепции, которую он выстроил в «Туманности Андромеды».

Писатель много размышляет о том, почему всё происходит именно так, ищет причины несчастий и войн. Всё это приводит И.Ефремова к мысли о написании нового романа – «Час Быка». В этом романе, формально продолжающем линию «Туманности Андромеды», И.Ефремов смело смотрит в лицо человеческим слабостям и тёмной стороне нашей цивилизации. Он описывает планету Торманс, которая была когда-то заселена выходцами из Земли.

На Тормансе, в отличие от Земли и других цивилизаций Большого Кольца люди построили совсем иное общество, основанное на власти, деньгах, авторитаризме и социальном неравенстве, подавлении свобод и пренебрежении к ресурсам самой планеты проживания. Зловеще выглядит и само название – «Час Быка». В европейской христианской традиции самым благоприятным временем для сил зла является полночь – двадцать четыре часа, но это не всегда справедливо, потому что наша «полночь» – скорее начало ночи, а вот по китайской традиции самое тёмное время, благоприятствующее злу – два часа ночи или так называемый «час Быка».

Час Быка и в самом деле является полночью в подлинном, физическом смысле этого слова. Поэтому это название И.Ефремов дал своему новому роману не случайно – на метафизическом уровне он обозначил временное и нравственное место происходящего. Роман был написан примерно за три года и писался тяжелее, чем «Туманность Андромеды». Его публикация происходила по прежней схеме – вначале в 1968 году журнальный вариант в «Технике молодёжи», а затем, после очередного читательского успеха, в 1970 году вышла отдельная книга в «Молодой гвардии».

http://uploads.ru/i/G/n/1/Gn1Z0.jpg

В чисто сюжетном плане действия происходят в эпоху, которая является будущим для мира «Туманности Андромеды». Земляне продолжают развивать своё гуманистическое общество. Появляется возможность совершать межзвёздные и межгалактические перелёты при помощи сверхсветовых космических кораблей, мгновенно перемещающихся в «нулевом» пространстве.

Земляне на таком корабле «Тёмное пламя» посещают Торманс, вступают в прямой контакт с его обитателями. Часть из землян, в том числе и начальник экспедиции Фай Родис, гибнут. Астронавт Вир Норин остаётся, чтобы помочь изменить общество Торманса. В итоге установившийся контакт между Тормансом и Землёй всё же помогает социальным преобразованиям на Тормансе. Впрочем, учитывая несоразмерность мощи Земли, как члена Великого Кольца и одинокого Торманса, это вполне предсказуемо. Гораздо интереснее в романе другое – социально-общественное устройство жизни тормансиан.

Это мрачная планета, построившая хищническое, тёмное, наполненное злом общество. Природа истощена – вместо былых лесов везде царят малоурожайные поля и сухие степи. Люди живут в основном в гигантских мегаполисах, главным из которых является Средоточие Мудрости. Планета пережила демографический взрыв и, чтобы как-то решить проблему ресурсов, общество разделилось на две большие социальные группы – элиту джи (долгожителей) и общую массу кжи (короткожителей). Любопытно, что само разделение происходит ещё в детстве, на основании результатов тестирования. Не так ли и мы сейчас, основываясь лишь на случайных опросах, заранее определяем судьбы наших детей. Впрочем, параллелей между Тормансом и нынешней земной цивилизацией более, чем достаточно, и мы это увидим ниже. Джи – учёные, музыканты, философы, композиторы, инженеры и изобретатели, живут столько, сколько могут. Кжи в основном выполняют физическую и малоквалифицированную работу.

Они должны умереть по достижении 25-летия, но для некоторых (например, занятых постановкой развлечений – ну чем не наши капризные «поп-звёзды») сохраняется право жить даже после 30 лет. Джи и кжи настроены враждебно в отношении друг друга и представляют две совершенно разные субкультуры, что напоминает нынешнюю разницу между современными офисами и городскими трущобами, Рублёвкой и забытыми Богом деревнями. Власть на Тормансе принадлежит чиновникам – сановникам-«змееносцам». На вершине властной пирамиды стоит верховный вождь и диктатор Чойо Чагас, котрый возглавляет Совет Четырёх. Он сам и трое его заместителей составляют высшую элиту Торманса. Власть Чагаса огромна – даже саму планету Торманс переименовали в честь его жены Ян-Ях.

Впрочем, почитание жены служит скорее целям самоутверждения диктатора, потому что Чагас не отказывает себе в удовольствии иметь любовницу. У Чагаса существует абсолютно преданная ему личная охрана, а все слои общества периодически подвергаются репрессиям. От них не защищены даже сановники-«змееносцы». В связи с проводимой политикой население после демографического бума постепенно сокращается, многие районы Торманса становятся безлюдными. В других же начинается сопротивление, либо устанавливается первобытная анархия. Борьба с такими районами не слишком успешна, потому что у правительства Торманса не хватает на всё ресурсов.

Таким образом, сама природа и окружающий физический мир становятся враждебными человеку. Преуспевают лишь лишённые инициативы, послушные «винтики», которые стараются уловить малейшие устремления руководства и вовремя подстроиться под новые требования. Те же, кто проявляет свободолюбие и инакомыслие, подвергаются репрессиям. И.Ефремов вводит даже специальный термин – «Стрела Аримана», называя им социальное зло, целенаправленно поражающее лучших представителей Торманса. Любопытна и идея И.Ефремова о теории «Порога Синед Роба», согласно которой ни одна цивилизация, не решившая свои общественно-социальные проблемы, не может выйти в межзвёздный космос, так как ещё до достижения такой технической возможности погубит себя.

Изначально предполагалось, что «Час Быка» и мир Торманса описывает нечто среднее между Китаем времён Мао Цзэдуна (не случайна ассоциация с Советом Четырёх) и западным обществом потребления. В противоположность «Туманности Андромеды»
«Час Быка» называют антиутопией. Но я не согласен и с этим. Это не антиутопия, это, как нам не прискорбно признать, абсолютно реальное описание вымышленной цивилизации. И, что самое грустное, вероятность её построения гораздо выше, нежели той, что описана в «Туманности Андромеды».

«Час Быка» – это роман о нас нынешних, о нашей жизни, о нашем уровне развития. Элементы тормансианской цивилизации можно найти где угодно. Это некий собирательный образ человечества и далеко не лучший образ. Но в этом его сила и правда. И.Ефремову в «Часе Быка» удалось, подобно М.Булгакову в «Мастере и Маргарите», заглянуть в тёмную сторону человеческого бытия, интуитивно вскрыть наши проблемы, берущие свою основу в зачатках дурных мыслей и предрассудков, кроющихся в наших душах.

Мир Торманса – это своеобразный социальный ад, общество, переживающее час Быка. Однако здесь нет, в отличие от западных утопий, беспросветности – И.Ефремов в каком-то надрыве, словно и сам в это до конца не верит, призывает и самого себя и нас не отчаиваться и верить в то, что час Быка рано или поздно закончится и неминуемо наступит рассвет.

Безусловно, в романе было многое из того, что присутствовало и в Советском Союзе. Книга если и не призывала к борьбе с властью (этого И.Ефремов не предполагал по определению), но всё же заставляла задумываться о многом, и далеко не всегда «в духе решений партии и правительства». Власти после некоторого периода растерянности от греха подальше наложили на неё негласный запрет. Книга изымалась из библиотек и была переиздана только в 1988 году. В вышедшем в свет в 1975 году собрании сочинений Ивана Ефремова о романе «Час Быка» не было даже упоминания.

К самому писателю власти стали относится с подозрением. Никогда не желая бороться с властями СССР, будучи истовым сторонником грядущего коммунизма, талантливый писатель начал испытывать на себе пока ещё слабое действие «Стрелы Аримана». Неизвестно, куда бы всё это зашло, но 5 октября 1972 года Иван Ефремов умер, так и не дождавшись окончания публикации своего последнего романа «Таис Афинская», посвящённого его жене и другу Таисии Ефремовой.

Романы «Туманность Андромеды» и «Час Быка» безусловно, составляют золотой фонд русской и мировой литературы. Это как бы два философских полюса, два варианта выбора развития человечества – светлый и тёмный пути. Полагаю, что они должны обязательно изучаться в школьной программе, потому что без осмысления тех важнейших проблем, которые поднимал в своих романах Иван Ефремов, невозможно гармоничное формирование человеческой личности. К тому же романы весьма увлекательны с сюжетной точки зрения, что немаловажно для детского и юношеского читательского интереса.

Полагаю, что есть смысл издавать оба произведения под единой обложкой, а всем читающим статью советую непременно их заново перечитать и осмыслить. К слову, оба романа чрезвычайно сложны для экранизации.

Не случайно при всей их популярности «Туманность Андромеды» была экранизирована лишь однажды – в 1967 году, а «Час Быка» и вовсе всё ещё ждёт своего режиссёра.

Иван Антонович Ефремов был выдающимся учёным и писателем, философом и мыслителем.

Он предсказал многое из того, что давно стало привычными атрибутами нашего бытия: голография, геостационарные спутники, объёмное телевидение, экзокостюм с внешним жёстким скелетом, медицинские приборы, способные проникать внутрь организма.
Были открыты предсказанные им залежи ртутных руд на Алтае, алмазные месторождения в Якутии.

К сожалению, об Иване Антоновиче Ефремове мы вспоминаем гораздо реже, нежели он того заслуживает.

http://webkamerton.ru/2012/04/zagadochn … -efremova/

28

Наша марка. Роман с читателем не окончен
Андрей Ефремов,24 апреля

«Роман-газета», к концу советской эпохи побившая все мыслимые тиражи, и сейчас любима и узнаваема.
В нынешнем году знаменитому изданию исполняется 85 лет.
Сегодня в гостях у «Файла-РФ» главный редактор «Роман-газеты», известный писатель Юрий КОЗЛОВ.

http://file-rf.ru/uploads/view/analitics/042012/32a0da89175a72b0af15bbf6c2f2fbcc5bb414a8.jpg
Юрий Козлов. Фото: Алексей Исаев / «Файл-РФ».

– Юрий Вильямович, с чего начиналась «Роман-газета»?

– Это старейшее литературно-художественное издание возникло в 1927 году. Тогда же увидел свет его первый номер. До того идею выпуска подобного издания всячески продвигал Горький, очень эффективный и состоятельный по тем временам отечественный издатель. Ещё до революции у него выходили книги для людей далеко не богатых и была налажена выплата гонораров писателям. В первые советские годы Горький не раз высказывал идею издания дешёвой книги для народа, и этой идеей он заразил Ленина. А тот по обыкновению тех лет развил её в одной из своих работ.

Издание действительно стало по-настоящему народным. Более того, уже с первых своих номеров оно было ориентировано на лучшие произведения как отечественной, так и мировой литературы. И сохраняло верность этому правилу многие десятилетия, удовлетворяя самые разнообразные читательские вкусы.

И из нынешних российских, и из прежних советских известных писателей, пожалуй, не найти такого автора, который бы в «Роман-газете» не издавался. Если же говорить о наиболее знаковых публикациях, то в первую очередь, наверное, следует назвать «Тихий дон» при том, что именно в «Роман-газете» гениальное произведение Михаила Шолохова впервые было опубликовано в полном объёме. Там же после войны выходили и всенародно известные поэмы Твардовского, и знаменитый «Один день Ивана Денисовича», и многие другие произведения, ставшие впоследствии классикой.

– А что теперь?

– Нынешняя ситуация с «Роман-газетой», конечно же, сильно отличается от той, которая была в годы существования СССР. Тогда её тираж доходил почти до четырёх миллионов экземпляров. Сегодня, выходя, как и прежде, два раза в месяц, «Роман-газета» имеет четырёхтысячный тираж.

http://file-rf.ru/uploads/2012/4/24/_DSC1515--_--380261.jpg
Фото: Алексей Исаев / «Файл-РФ».

Помимо взрослого издания выпускаем детскую «Роман-газету», выходящую раз в месяц. Очень, на мой взгляд, хороший журнальчик.
В отличие от современной детской литературы – «Гарри Поттера» и прочих сомнительных, с точки зрения православной этики, вещей – несёт в себе функции культурного, исторического просвещения, нравственного воспитания, формирования внутреннего мира ребёнка в соответствии с российской традицией, выработанными нашим обществом стандартами.

Несколько слов о том, как отмечаем 85-летие. В каждом из 24 журналов в этом году публикуем коротенькие очерки о «Роман-газете». Это страницы истории не только журнала, но и всей нашей литературы, общества, страны.

Проводим и планируем провести ряд общественных мероприятий, в числе которых будет и вечер «Роман-газеты». На него пригласим её авторов и преданных читателей. На днях наша редакция ездила в Вологду, где встречалась с вологодскими писателями и просто любителями хорошей литературы.

– Кого и что сейчас издаёте?

– Прежде всего то, что наше читающее общество волнует, сильно интересует. От исторической прозы казачьего генерала Петра Краснова (роман о Екатерине Второй) до интересных произведений современных писателей – Евгения Шишкина, Владимира Карпова и других.
Печатаем исторические очерки, в частности, о Берии, Хрущёве, Жукове и прочих заметных фигурах прошлого.

По случаю 200-летия Отечественной войны 1812 года публикуем очень хороший роман Станислава Куницына о противостоянии наполеоновского и российского спецназов. В общем, по мере сил стараемся откликаться на главные запросы общества.

При этом имеем в виду, что одна из немногих возможностей для писателя из провинции выйти к всероссийскому читателю – это как раз публикация в «Роман-газете».
Остались люди, особенно в регионах, которые по-прежнему интересуются нашим изданием, собирают и подолгу хранят его подшивки. Региональные писательские организации охотно поддерживают с нами связь, присылая в редакцию всё самое интересное из того, что у них появляется.

– Помогаете авторам в продвижении их творчества?

– Стараемся, хотя тут есть серьёзные проблемы. Во-первых, нам, как и другим толстым журналам, очень трудно попасть в так называемую «розницу» – в киоски прежде всего. Их хозяева либо требуют предоплату, либо вообще дают понять, что им это неинтересно.

Во-вторых, давно нет той подписки, которая была характерным атрибутом литературных журналов в советское время. В связи с дороговизной почтовых расходов её среди наших постоянных читателей могут себе позволить немногие.

Толстым журналам сейчас выживать очень сложно. Особенно тем, которые кроме художественных произведений печатают публицистику, документально-исторические исследования и другую весьма серьёзную литературу.

Раньше в этих журналах люди искали ответы на трудные вопросы личного и общественного бытия, духовной и культурной жизни, пытались почерпнуть там какие-то новые идеи.

Сегодня ничего этого нет. Ну, или почти нет. Теперь толстые журналы, можно сказать, уходящая натура…

– И тем не менее, делаете всё возможное, чтобы выжить. Что этому способствует?

– В первую очередь традиция. За многие десятилетия существования «Роман-газеты» общество к ней привыкло. Помогает и широчайший охват современной литературы. Во многом благодаря этому к журналу ныне проявляют интерес библиотеки, слависты за рубежом и другие наши подписчики.

http://file-rf.ru/uploads/2012/4/24/_DSC1510--_--240.jpg
Фото: Алексей Исаев / «Файл-РФ».

При всём при том профессия писателя, увы, перестала быть престижной, а литература уже давно не относится к делам первостепенной государственной важности.
Посему испытываем чисто материальные трудности, связанные с платежами за арендуемые помещения, распространением издаваемой продукции и прочим, которые давно, фактически с момента развала Союза, вышли у нас на первый план.

Как бы там ни было, «Роман-газета» продолжит существовать. Пока писатели пишут, а у нас есть хоть какая-то возможность издавать этот журнал, мы будем это делать. Надеемся, что и затяжной процесс падения тиража удастся остановить.

Государственная поддержка, естественно, необходима. Власть хоть и нерегулярно, но всё же иногда помогает – правда, пока лишь по линии детской «Роман-газеты».

Видимо, некая полноценная помощь может появиться не раньше, чем у государства будет выработана внятная позиция по отношению к такой проблеме, как отсутствие дешёвой книги для народа.

Хотя очевидно и то, что новые тенденции, связанные с переносом книг на электронные носители, компьютеризацией библиотек и тому подобными вещами, совсем не способствуют развитию нашего дела.

– К тому же у вас не практикуется печатание самого востребованного и коммерчески выгодного вида литературы, именуемого «палп фикшн».

– Да это и невозможно. Как правило, «коммерческие» писатели уже давно запроданы крупным издательствам. У них действуют договоры, которые «Роман-газета» нарушить не может, даже если бы мы и захотели что-то такое издавать. Поэтому ориентируемся на авторов, не обременённых никакими договорами, и тех, с кем удаётся наладить личные, дружеские контакты.

Мы печатали, например, Прилепина, когда он ещё только начинал свою писательскую деятельность.

И конечно, тут необходимо учитывать психологию наших читателей. Они в основном ориентируются на традиционные ценности, нетерпимо относятся к ненормативной лексике, к перверсивным сюжетам, ко всевозможным патологиям, составляющим весьма значительную часть современной литературы.

Стараемся оставаться неким островком, свободным от всего этого. И если общество начнёт выздоравливать, заметно качнётся в сторону здравого смысла, нормальной жизни, то появятся, наверное, неплохие перспективы и у «Роман-газеты». А если всё будет продолжаться в том же духе – деградации и сопутствующих ей чудовищных явлений общественной жизни, – то в будущем всех нас, естественно, ожидает мало хорошего.

Беда в том, что матрица прежнего, советского поведения, которая худо-бедно всё-таки закладывала какие-то нравственные основы, перестала существовать, а новой по сути нет.

И деньги её заменить, конечно же, не могут. Коммерческие, экономические, денежные отношения, мягко говоря, далеко не всегда в духовном плане могут быть подспорьем.

– То есть стояли и впредь будете стоять на основах этакого здорового консерватизма?..

– Можно и так сказать. И ещё один принцип останется неизменным: если в нашем распоряжении окажется по-настоящему талантливое произведение, пусть даже и не вполне соответствующее нашим взглядам, всё равно его напечатаем.

Главное – донести до читателя по-настоящему живое слово, духовное обращение автора. Если он со всей очевидностью того заслуживает.

http://file-rf.ru/analitics/562

29

Читательское
twower,26 апреля  http://twower.livejournal.com/785687.html#cutid1

Читаю сейчас сие произведение

http://uploads.ru/i/2/O/N/2ONBI.jpg

Чужие войны / М.С. Барабанов, И.П. Коновалов, В.В. Куделев, В.А. Целуйко; под ред. Р.Н. Пухова. – М. : Центр анализа стратегий и технологий, 2012. – 272 с.

Книга представляет из себя сборник статей, рассказывающих о локальных вооруженных конфликтах в мире после 1991 года, а именно:

- война в Шри-Ланке с 1980 по 2009 (подавление восстания тамилов)
- конфликт между Северным и Южным Йеменами в 1994 году
- пограничный конфликт Перу и Эквадора 1995 год
- гражданская война в Заире
- эритрейско-эфиопская война 1998-1999 годов
- индо-пакистанский конфликт 1999 года
- НАТО vs Югославия 1999 год
- Афганистан с 2001 года
- вторжение США в Ирак в 2004 году
- Израиль vs Хезболла в Ливане 2006 год
- Гражданская война в Ливии 2011 год

Чтобы вы имели представление о содержании, опубликую некоторые выдержки из статьи о конфликте Перу и Эквадора:

*****

2 февраля впервые реактивную авиацию в зоне конфликта задействовала и эквадорская сторона. Четыре легких штурмовика А-37В из состава 2311-й эскадрильи 23-го авиакрыла ВВС Эквадора, эскортируемые двумя Kfir C.2 2113-й эскадрильи 21-го авиакрыла, нанесли удар по только что взятой перуанцами «Базе Юг». На следующий день удары самолетами А-37В и Strikemaster были продолжены. В свою очередь, начиная с 4 февраля перуанские ВВС начали подвергать интенсивным бомбардировкам эквадорский опорный пункт Тивинза, причем для ночных атак перуанцами были также привлечены турбовинтовые учебно-боевые самолеты Т-27 Tucano бразильского производства из 51-й авиагруппы.

Здесь перуанская авиация столкнулась с неожиданно сильным противодействием созданной эквадорцами настоящей группировки средств ПВО, включавшей 23-мм и 37-мм зенитные пушки, 14,5-мм зенитные пулеметные установки ЗПУ-2 и значительное количество ПЗРК «Игла-1», Blowpipe и NH-5A. На рассвете 6 февраля над опорным пунктом Тивинза был сбит (вероятнее всего, ракетой ПЗРК «Игла-1») перуанский бомбардировщик Canberra В.Mk 68 из 9-й авиагруппы, оба летчика погибли .

4 февраля эквадорская сторона подвергла пост PV «Соньос» обстрелу из 120-мм минометов. Два прибывших перуанских Ми-25 успешно подавили неприятельскую минометную батарею. Эквадорцы попытались перехватить вертолеты двумя штурмовиками А-37В, но безрезультатно .

7 февраля эквадорцы предприняли контратаку на «Базу Юг», и перуанские части запросили авиационной поддержки. Таковая вскоре прибыла в виде пяти вертолетов Ми-25 211-й эскадрильи. В ходе штурма один Ми-25 был поражен огнем 23-мм и 37-мм зенитных установок и почти сразу же за этим получил в борт ракету ПЗРК «Игла-1», после чего рухнул на землю. Однако атака вертолетов позволила перуанцам контратаковать и отбросить противника за линию границы . Эквадорцы нанесли ответный удар штурмовиками А-37В, один из которых был при этом поврежден огнем с земли.

8 февраля пара эквадорских штурмовиков А-37В 2311-й эскадрильи с аэродрома Таура вновь бомбардировала «Базу Юг». На следующий день эквадорские подразделения вновь атаковали этот опорный пункт, причем используя серьезную огневую поддержку в виде 120-мм минометов и подтянутой батареи 122-мм РСЗО «Град», которыми обстреливали не только территорию «Базы Юг», но и пост PV-1 .

10 февраля 1995 г. стало кульминационным днем в использовании авиации обеими сторонами. В тот день перуанские ВВС предприняли масштабный налет группы Су-22 на опорный пункт Тивинза. Вскоре на сцене появились эквадорские истребители – пара Mirage-F.1AJ 2112-й эскадрильи 21-го авиакрыла, пилотировавшиеся командиром этой эскадрильи подполковником Раулем-Эдуардом Бандерасом Дуэносом и его ведомым капитаном Карлосом Ускатеги. Они немедленно атаковали перуанские истребители-бомбардировщики и за две с небольшим минуты, выпустив четыре управляемые ракеты R.550 Magic, сбили два Су-22, оба перуанских пилота из 11-й авиагруппы погибли .

Практически одновременно в 3 км к югу от пункта Тивинза пара перуанских штурмовиков А-37В 7-й авиагруппы была перехвачена двумя эквадорскими истребителями Kfir C.2 из 2113-й эскадрильи все того же 21-го авиакрыла. Ведущий пары истребителей капитан Маурисио Мата, использовав ракету Shafrir Mk 2, сбил один из перуанских А-37В. Второй штурмовик, увернувшись от выпущенной в него еще одной ракеты, сумел уйти от преследования на бреющем полете буквально на уровне крон деревьев.

Оба члена экипажа сбитого штурмовика благополучно катапультировались и в тот же день были подобраны своей поисковой группой, высланной с поста PV-1 . Прибывшая в район боевых действий пара перуанских истребителей Mirage 2000 не смогла перехватить эквадорские самолеты .

Впечатляющий успех ВВС Эквадора 10 февраля заставил перуанскую авиацию быть осторожнее, а эквадорскую – наоборот, активизироваться. С 11 по 13 февраля эквадорские самолеты Kfir C.2 и А-37В неоднократно бомбардировали «Базу Юг», площадку у пещеры Тайос и перуанские позиции в окрестностях Тивинзы. Перуанские войска пытались противодействовать этим налетам, используя ПЗРК «Стрела-2М» и «Игла-1». Перуанцы заявили об уничтожении ракетами ПЗРК одного Kfir C.2 и одного А-37В противника и о повреждении еще одного эквадорского А-37В .

Однако реально у ВВС Эквадора был 13 января в ходе атаки на площадку у пещеры Тайос поврежден попаданием ракеты ПЗРК «Стрела-2М» в двигатель один штурмовик А-37В, сумевший вернуться на свой аэродром, а никаких безвозвратных потерь не было .

Все это время перуанские наземные части вели наступление на опорный пункт Тивинза, и 13 февраля он был оставлен частями эквадорской 21-й бригады. В тот же день в грузовом рейсе из Сиро-Алегро на пост PV-1 был потерян транспортный Ми-8Т перуанской армейской авиации, сбитый ракетой ПЗРК противника .

В 22.00 13 февраля президент Перу Альберто Фухимори объявил о взятии опорного пункта Тивинза и одновременно – об одностороннем прекращении огня с перуанской стороны.

*****

Жаль нет карт "со стрелочками" для районов боевых действий, да фактор сборника ограничивает объем публикуемой информации. Пожелание авторам: выпуск отдельной книги по каждому из описанных конфликтов. Просто обязательно! ;)

flinter_ab
2012-04-26 07:21 (UTC)
В той войне стрелочки особо не порисуешь. Джунгли.
Там была анекдотичная ситуация, когда эквадорцы и перуанцы одновременно заявили о взятии боем какого-то таможенного поста. И обе стороны повезли туда журналистов вертолетами. В итоге высадились чуть ли не одновременно у какой-то заставы лесника, который никого не ждал и ходил, грубо говоря, в набедренной повязки и с пивом.
Начали разбираться. Оказалось, что обе стороны действительно заняли какие-то опорные пункты, не имевшие отношения к декларируемому.

Вообще побродив по тем джунглям, хотя и километров на 150 севернее, даже готов поверить, что это не байка. Заблудиться там - нефиг делать. Да и просто тяжело даже просто налегке передвигаться. В такой ситуации плюнешь, и захватишь то, что поближе.

platon_psk
2012-04-26 18:21 (UTC)

Кстати про Афганистан с 2001-го рекомендую почитать перевод, сделанный одним из ваших читателем - mr_aug, воспоминаний датского спецназовца из Jægerkorpsets Томаса Расака (Thomas Rathsack)

В магазине в России вы такой книжки точно не купите.
http://mr-aug.livejournal.com/310502.html#cutid1 и далее по тегу jgk_book

30

Кто Вы, княжна Бэла?
Валерий Хачатуров, 2.05.2012

http://uploads.ru/i/y/c/k/yckOp.jpg
Казбич ранит Бэлу. Иллюстрация В. Бехтеева. Тушь. 1936.

Одним из запоминающихся женских образов, созданных в русской литературе, является княжна Бэла из романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени».

Читая роман, нельзя не обратить внимания на несколько вольное и неточное употребление этнонимов. Так, например, Максим Максимыч, вспоминая в беседе с автором романа своего кунака-князя, жившего недалеко от крепости у Каменного Брода, называет его татарином. Дочь же князя, красавица Бэла, названа черкешенкой.

«Раз приезжает сам старый князь звать нас на свадьбу, – рассказывает Максим Максимович, – он отдавал старшую дочь замуж, а мы были с ним кунаки: так нельзя же, знаете, отказаться, хоть он и татарин. Отправились. В ауле множество собак встретило нас громким лаем. Женщины, увидя нас, прятались; те, которых мы могли рассмотреть в лицо, были далеко не красавицы. «Я имел гораздо лучшее мнение о черкешенках», – сказал мне Григорий Александрович...» Позже, влюбившийся в черкешенку Бэлу Печорин, для того чтобы иметь возможность общаться с девушкой, изучает татарский язык и нанимает для обслуживания Бэлы женщину, умеющую говорить по-татарски.

Невольно возникают вопросы: «Почему у князя-татарина дочь оказывается черкешенкой и почему для общения с черкешенкой Бэлой Печорину потребовалось нанимать женщину, владеющую татарским языком, а самому изучать татарский язык, хотя, как известно, черкесский и татарский языки относятся к различным языковым группам?»

Перечисленные, с точки зрения современной этнографии, противоречия можно объяснить, если учесть, что в русском языке XIX века слова «татарин» и «черкес» имели свою специфику и означали не только наименования конкретных этносов.

Следует отметить, что домонгольская Русь не знала татар. Первоначально татары – одно из тех племен, которые подчинились монголам. Монголы, будучи в меньшинстве, растворялись в татарской среде, и ко времени, когда монгольские орды достигли Руси, образовалось сообщество татаро-монголы. В свою очередь, оторванные от своей родины татаро-монголы, растворялись в среде тюрков Великой степи Дешт-и-Кипчак. Так образовалось сообщество, которое вошло в историю как золотоордынкие татары. После же распада Золотой Орды различные народности, принадлежащие к тюркской языковой группе, стали называться татарами.

Так татарами стали называться потомки волжских булгар, татарами стали назваться и часть жителей Крыма, принявших ислам. В XIX веке, когда российская этнография делала первые шаги по изучению народов Кавказа, татарами называли и тюркоязычные народы Кавказа: азербайджанцев называли закавказскими татарами, а кумыков – кавказскими татарами. Позже дореволюционная этнография выделила кумыков из татарской среды, а азербайджанцы стали именоваться кавказскими татарами.

Что же касается этнонима «черкес», то это название одного из адыгейских субэтносов. Однако в годы Кавказской войны понятие «черкес» употреблялся не только как этноним: черкесами называли всех горцев Северного Кавказа независимо от этнической принадлежности.

Здесь, на мой взгляд, лежат причины столь не строгого, с позиций современной этнографии, использования Лермонтовым слов черкес и татарин. Княжна Бэла, будучи жительницей Кавказа, или, выражаясь современным новоязом, являясь лицом кавказской национальности, названа в романе черкешенкой. Однако «черкешенка» Бэла одновременно является представительницей тюркоязычного народа и родным ее языком является язык, который в XIX веке назывался татарским. Крепость, в которой происходят события описанные в повести «Бэла», находилась, как отмечал Максим Максимыч, в Чечне у Каменного Брода.

Что можно сказать по этому поводу? Вполне возможно, что на российских картах времен Кавказской войны территория Чечни могла отличаться от нынешней и включать в себя районы современного Дагестана. А из народов, населяющих Дагестан, в XIX веке татарами называть могли только кумыков. Так что, есть определенные доводы для предположения: княжна Бэла по национальности была кумычкой.

Доказательство вывода, что княжна Бэла была кумычкой можно подтвердить дополнительными доводами.

На свадьбе своей сестры Бэла обращается к Печорину с приветствием. Обращение молодой девушки к незнакомому мужчине, впервые посетившему дом, обычай достаточно своеобразный. Подобный обычай существует у кумыков. Для черкесской девушки подобное поведение могло рассматриваться как непозволительная вольность. Кроме того, как отмечалось в период одного из лермонтовских юбилеев, в одном из районов Дагестана, в местах компактного проживания кумыков, есть местность, которая в переводе с кумыкского называется Каменный Брод. Есть основания предполагать, что крепость у Каменного Брода – не выдумка романиста, а реально существовавшее укрепление.

...Думается, нет причин для серьезных упреков в адрес Лермонтова за то, что он кумычку Бэлу назвал черкешенкой. С одной стороны, Лермонтов, будучи человеком своего времени, использовал этнонимы «черкес» и «татарин» в рамках своего времени. В то же время, возможно, проблема даже выходит за рамки вопросов этнографии.

Михаил Лермонтов был поэтом, а поэты живут своей жизнью. В этом отношении можно вспомнить поэта Сергея Есенина. Сергей Есенин, встретив в Батуми армянку Шаганэ, превратил ее в персиянку и «переселил» ее в хоросанский Юг...

******************

Почему император Николай I пытался представить поэта Михаила Лермонтова сумасшедшим?
Владимир Рогоза

http://shkolazhizni.ru/img/content/i56/56113.jpg

18 февраля (2 марта по новому стилю) 1837 года корнета лейб-гвардии Гусарского полка Михаила Лермонтова арестовали и препроводили на гауптвахту. Для гвардейской молодежи того времени попасть на гауптвахту считалось событием вполне обыденным. Но Лермонтов очутился под арестом не за гусарские «шалости», его проступок был, как говорится, совсем из другой оперы. До него за подобное, пожалуй, попадал в серьезную опалу только Денис Давыдов. Похоже, что арест был для Лермонтова неожиданным. Он знал, что при дворе крайне негативно восприняли его стихотворение «Смерть поэта», но такой реакции не ожидал.

До смерти Пушкина Лермонтов в петербургском обществе особого интереса не вызывал: обычный корнет гвардии, наследник крупного состояния, но молод и в потенциальные женихи пока не годится, вроде бы опубликовал какой-то рассказ и пишет стишки.

И вдруг строки, которые буквально пронзают:
«Погиб поэт! – невольник чести –
Пал, оклеветанный молвой,
С свинцом в груди и жаждой мести,
Поникнув гордой головой!»...

В несколько дней стихи были переписаны в сотнях экземпляров (писатель Иван Панаев свидетельствовал, что в тысячах) и не только широко распространились в столице, но и появились в других городах России. Их обсуждали, пожалуй, не меньше, чем дуэль и смерть Пушкина.

Почему же реакция властей последовала с таким опозданием?

Дело в том, что первоначально стихотворение содержало 56 строк и заканчивалось словами «Приют певца угрюм и тесен, И на устах его печать». Написано оно было за день до смерти Александра Сергеевича, а его распространение началось 29 февраля, когда сердце великого поэта перестало биться.

Лермонтов, бывший в этот период больным, не был лично знаком с Пушкиным и не входил в круг близких к нему людей, а информацию о дуэли и возможной смерти поэта получил от посетившего его врача. Реакцией Лермонтова на гибель поэта, перед которым он преклонялся, и стали эти пронзительные строки, всколыхнувшие все петербургское общество. Как установило впоследствии следствие, их первичным распространителем стал друг Михаила Юрьевича С. А. Раевский.

На допросе Лермонтов скажет о том, как после известия о гибели Пушкина рождалось стихотворение: «Тогда, вследствие необдуманного порыва, я излил горечь сердечную на бумагу, преувеличенными, неправильными словами выразил нестройное столкновение мыслей, не полагая, что написал что-то предосудительное». Простим ему определенную попытку немного обелить себя, главное не это, а несколько коротких но емких слов «я излил горечь сердечную на бумагу».

По большому счету, в первом варианте «Смерти поэта» особой крамолы и не было, а была именно глубокая боль, пронзившая сердца многих. Поэтому и власти отнеслись к стихотворению относительно спокойно. Шеф корпуса жандармов А. Х. Бенкендорф даже посчитал, что «самое лучшее на подобные легкомысленные выходки не обращать внимания, тогда слава их вскоре померкнет».

В обществе смерть Пушкина вызвала неоднозначные мнения, продолжали распространяться сплетни и вымыслы, немалое количество людей оправдывали убийцу Пушкина, якобы действовавшего в «соответствии с законами чести». Кстати, подобную точку зрения на роль Дантеса отстаивал близкий к придворным кругам родственник Лермонтова камер-юнкер Н. А. Столыпин. Он навестил Михаила Юрьевича в начале февраля и рассказал ему придворные сплетни по поводу гибели Пушкина.

Видимо, именно эти свидетельства об отношении двора к смерти поэта, вкупе с уже имеющейся у Лермонтова информацией, и побудили его 7 февраля дописать к стихотворению еще 16 строк, начинавшихся словами «А вы, надменные потомки известной подлостью прославленных отцов»... Именно эти 16 строк и вызвали яростную реакцию власти.

Этот вариант стихотворения доброхоты представили Николаю I, сопроводив его недвусмысленным пояснением – «воззвание к революции». Вот тогда-то и последовала жесткая реакция. Лермонтов был арестован и препровожден на гауптвахту в здании Главного штаба.

http://uploads.ru/i/s/n/a/snaXd.jpg
Автограф стихотворения «Смерть поэта»

Ведение следствия «О непозволительных стихах...» Бенкендорф поручил генералу Веймарну, которому предстояло допросить Лермонтова и провести обыски в его петербургской и царскосельской квартирах. Докладывая об этом императору, шеф жандармов выразил и свое мнение о последнем варианте стихотворения: «Вступление к этому сочинению дерзко, а конец – бесстыдное вольнодумство, более чем преступное».

На докладную записку Бенкендорфа Николай I наложил резолюцию, ярко характеризующую уровень мышления российского монарха: «...старшему медику гвардейского корпуса посетить этого господина и удостовериться, не помешан ли он...». По мнению императора, офицер, посмевший обвинять власть и утверждавший, что на неё «есть и божий суд», не может находиться в здравом рассудке. Николай I не был оригинален, подобного мнения придерживались многие властители, как до него, так и после.

Слово «преступное», прозвучавшее из уст всесильного шефа жандармов, материализовалось в конкретное решение, принятое императором уже на третий день.
О нем Бенкендорфа официально известил военный министр: «Л.-гвардии Гусарского полка, корнета Лермонтова, за сочинение известных вашему сиятельству стихов, перевесть тем же чином в Нижегородский драгунский полк: а губернского секретаря Раевского за распространение стихов и в особенности за намерение тайно доставить сведение корнету Лермонтову о сделанном им показании, выдержать под арестом в течение одного месяца, а потом отправить в Олонецкую губернию для употребления на службу, – по усмотрению тамошнего гражданского губернатора».

Корнета Лермонтова отправили под домашний арест готовиться к отъезду на Кавказ, где несли службу нижегородские драгуны. Остановить же стремительное распространение по стране «преступного» стихотворения было уже невозможно.

Стихотворение «Смерть поэта» показало всей России, что у погибшего Пушкина есть достойный преемник. Никто не мог тогда и предположить, что Лермонтову отпущено судьбой всего четыре года, а впереди и его ждет роковая дуэль.

По материалам  http://shkolazhizni.ru/


Вы здесь » ЭпохА/Теремок/БерлогА » ЭпохА - Библиотечка » Интересные рецензии на интересные книги